Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Координатор кампании «За справедливые выборы» Виктор Корнеенко считает, что «более грязной избирательной кампании, чем прошедшие местные выборы, в Беларуси еще не было». А вам как выборы?
нормально, недорого выпили и закусили на участке
отлично - это было поистине честные и справедливые выборы
я в шоке от использования административного принуждения при досрочном голосовании
не удивился фальсификациям и избирательным «каруселям»
удовлетворен, что оппозиционные кандидаты провалились
БелГазета-online. Культура

Сразились рифмой и строфой

22.02.2013, Татьяна Замировская
В рамках второго международного поэтического фестиваля имени Михася Стрельцова в конференц-зале института Гете прошел очередной белорусский поэтический слэм.
Сразились рифмой и строфой
Андрей Хаданович: «Последний раз я так волновался, слушая немецкий язык, еще подростком. Когда посмотрел свой первый немецкий фильм в оригинале, без дубляжа. Впрочем, дубляж там не требовался».

14 февраля вместо того, чтобы сидеть со своими возлюбленными в переполненных минских кафешках, неловко разворачивая укутанные в бумагу алые розы, белорусские поэты в рамках «слэма святого Валентина» яростно сражались за право оказаться лучшим в жанре поражения зрителя словом - декламировали «матные стишки», авангардно молчали в стиле Джона Кейджа и привычно швырялись в зрителя черным пальто. Результат за годы не изменился - как и в самом первом поэтическом белорусскоязычном слэме, победил Виктор Жыбуль. Значит ли это, что других талантливых поэтов у нас нет, или Жыбуль действительно гений?

Слэм начался с концерта группы «Рэха», которым завершилась вступительная часть и открытие фестиваля. Открытие, пожалуй, было даже слишком торжественным, но микро-концерт почтила своим присутствием преподавательница хореографии Алена, городской персонаж, окрыляющий своими танцевальными па лучшие вечеринки столицы. Алена улыбалась и танцевала - фестиваль начался.

Когда поэт Андрей Хаданович, ведущий слэма, объявил начало турнира, где 20 отважных мастеров слова будут разить этим словом зрительские сердца, Алена, счастливая и натанцевавшаяся, убежала. Она не знала, что ритм, музыка и ярость продолжат пульсировать и наполнять собой душное пространство конференц-зала.

«Кто будет судить?» - взывает к толпам любителей поэтических битв Хаданович, размахивая листками с оценками: согласно правилам, судьями могут быть случайно выбранные зрители. За Хадановичем вприпрыжку бежит молодой радикальный писатель Андрей Диченко, любитель некрореализма. «Неужели никто не хочет?» - с интонацией телеведущего, предлагающего зрителям угадать слово из пяти простых букв, продолжает Хаданович, поднимая листки чуть повыше, чтобы писатель Диченко до них не допрыгнул.  В конце концов, соглашается несколько человек, в том числе девушка с огненно-рыжими волосами, сидящая на полу, и пара человек, оккупировавших подоконники.

Покатился, как огненное колесо, неумолимый конвейер поэтических выступлений. Поэты сменяли друг друга, как перчатки. Хаданович вел себя, как прожженный футбольный комментатор: «И сколько же мы поставим баллов этому прекрасному выступлению?», «Готовится следующий!» Белорусская публика видала всякое, поэтому даже на самые непростые выступления реагирует критично. «Это уже было у Лупасина!» - заголосили девочки на «камчатке», когда поэт Алесь Емельянов представил стихотворение в виде нескольких десятков секунд тишины. «Это было у Джона Кейджа!» - отозвались с первых рядов. С тихим ватным шумом на девочек падает огромная вешалка, переполненная тяжелыми зимними пальто. Поставив ее на место, они расплываются в улыбках: выступает их любимец, поэт Виталий Рыжков, на этот раз читающий стихи в стиле Сергея Жадана, о том, что в клубах «так рано включают свет», поэзия его «брала на понт», а «жизнь - за грудки».

«Пусть наш фестиваль и дальше останется международным!» - наседает Хаданович на жюри, когда выступают «поэтические тандемы». Андра Тээдэ и Игорь Котюх (оба из Эстонии)  читают стихи про «любовь, но не очень счастливую» - Андра на шведском, Игорь переводит их на русский - оказывается, это стихи о терзаниях эстонской женщины, которая спрашивает практически у всей Эстонии, «все ли с ней в порядке». Мария Мартысевич и Аня Кампман подобным образом - на немецком и белорусском - представляют более традиционные стихи о любви.

Белорусские поэты любят петь и охотно это делают даже в режиме поэтического слэма. Поющих, интонационных декламаторов было немало. Традиционно, наиболее безумен был Дмитрий Строцев, в чем-то приблизившийся к манере чтения Дмитрия Пригова, великого русского поэта-концептуалиста, прославившегося в т.ч. своими акциями с группой «Война» и знаменитым «криком кикиморы». В призывном декламационном вое Строцева появились элементы алеаторики; его трехминутное чтение можно было бы упрекнуть в попытке подражать Арнольду Шенбергу и «Лунному Пьеро».

Российский саунд-поэт Сергей Бирюков, основатель «Академии Зауми» и человек, еще больше Строцева преуспевшей в сонорной поэзии, прочитал чувственное стихотворение на барбарическом немецком, звуча при этом, как сломанный старый радиоприемник, который долго и безуспешно крутят и не могут настроить на веселую бодрую музыку. Под конец выступления Бирюков удивил зал, сообщив, что «Академия Зауми награждает Виктора Жыбуля международной отметиной имени Давида Бурлюка». «Последний раз я так волновался, слушая немецкий язык, еще подростком, - вытер пот со лба Хаданович, - Когда посмотрел свой первый немецкий фильм в оригинале, без дубляжа. Впрочем, дубляж там не требовался».

Детские, наивные и смешные хулиганские стишки белорусской публике нравятся больше всего. Живущий в Украине белорусский поэт Сергей Прилуцкий работает в стилистике детских «матных стишков» - таких стишков малыши обычно нахватываются, как ОРВИ, в детском саду (в духе «он висел-висел-висел и в помойку залетел»). «Заблевал он все на свете!» - заканчивает строфу Прилуцкий, и зал просто корчится от смеха. «Это дитя украинских полей к нам редко приезжает, - уточняет Хаданович для жюри, - Обидится на ваши оценки и не приедет больше, давайте-давайте - о, цветной фонтан, не побоюсь этого слова, пятерок!» Роскошное «эко-friendly» стихотворение представляет Виктор Жыбуль - о трагической любви «батарейки Андрейки» к аккумулятору, подзарядке и смерти: суицидального героя «не прымалі нават у смецце», а за границей он бы «трапіў на пераапрацоўку».  Похулиганил и журналист Павел Свердлов - как и много лет назад, он прочитал небольшой стишок про пальто и, сорвав с себя пресловутое пальто, швырнул его в аудиторию.

Несмотря на то, что условиями конкурса не требовалось, чтобы трехминутные выступления поэтов были связаны со взаимоотношениями полов, название слэма и дата располагали к поражению зрительской армии чувственной лирикой. Юлия Тимофеева в розовом шарфе мурлычет про «цемру майго нутра» и, кажется, вот-вот сорвет с себя шарф и швырнет его туда же, куда улетело пальто Свердлова. Ольга Гронская выдает длинное и скучноватое стихотворение про студента, который завел в общежитии сову, а потом - стишок про любовь и трамвай. Зал объединяет два стишка в один и решает, что сова в связи с хорошим уходом и вниманием к себе превратилась таки в принцессу, с которой студент теперь целуется в трамвае. Впрочем, возможно, все так и было. «Не надо было специально читать о любви! - радуется Хаданович. - Но обратите внимание!»

Под конец мероприятия и зрители, и поэты немного устают. «Где Тимур Хомич?» - кричит Хаданович. «Его убили!» - кричит в ответ толпа, не поместившаяся в зал и наблюдающая слэм из коридора. После уточняют: «Нет, он обиделся и ушел! Откуда ушел? Из ЦК компартии. И вообще, его, наверное, выгнали». Рыжая девушка, выставляющая оценки, каменеет лицом и начинает методично ставить каждому поэту по «двойке» - и за содержание, и за артистизм.

Спешно объявляют финал. Финалистов четверо. Сярж Медведев, в полуфинале гипнотичным голосом в режиме мотивационного аудиотренинга прочитавший стихи о том, что такое любовь (напоминавшие коллекцию вкладышей от жевательной резинки Love Is), в финале выдает такого же плана стихи о солнце - распевные, грустные, как народные песни. Зал послушно впадает в транс. Дмитрий Строцев выступает с прекрасным «футбольным» стихотворением, где один и тот же текст («Я болею за клуб «Россия»... я хочу, чтобы наши всегда побеждали красиво... а если красиво не получается, то и хер с ним!») читается разными интонациями. Сергей Прилуцкий и Виктор Жыбуль снова «гасили» зрителей хулиганскими детскими стишками. По сути, это была битва стиха музыкального, интонационного, изящного и эстетского со стихом панковским, оголтелым, школьным и вызывающим. Белорусам больше по душе игровая, детская, «утреничная» поэзия, дарящая не столько эстетическое наслаждение, сколько повышающая настроение и заставляющая от души похохотать. Поэтому побеждает Жыбуль - точнее, его изумительный опус о дамах, построенный на яростном повторении их имен в финале каждой строфы-истории о несчастливой встрече (Вера - раве, Маня - няма, Дашка - шкада, Настя - сцяна).

«Беларусь - не лучшая страна для слэмов, - шумит, расходясь, довольный зал, - Всегда побеждает в итоге один и тот же человек» - «Да, и это не только со слэмами так».

Добавить комментарий
Проверочный код