Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№11 (836) 19 марта 2012 г. Мнения

Гуси залетели

26.03.2012, Татьяна Замировская
Минского концерта исландской легенды танцевальной музы-
ки GusGus в клубе Re:publiс ждали все. Белорусская публика давно мечтала романтично встретить весну, поэтому, 
когда под равномерное гудение хаус-битов на сцене возникла пара депрессивных мускулистых исландцев, возвышающихся над массивными конструкциями из света, «вертушек» и синтезаторов, все начали млеть от нежности, особенно девушки. «Мы недавно видели их на «Октябрьской», - рассказывает в гардеробе одна из них подружкам. - Такие красавцы мужчины! Сразу же издалека бросаются в глаза - высокие, бородатые! Гуляли там, прикинь! Надо было сразу к ним бежать, а я растерялась что-то...»

Музыка GusGus при всей своей пульсирующей танцевальности поразительно романтичная. Когда на сцену выходит трио вокалистов - добродушный бородатый великан Хегни, мелкий и прыгучий Дэниел и томная красотка по кличке Earth c непроизносимым исландским именем, - начинается настоящая вечеринка.

Эклектичность музыки коллектива бросается в глаза даже на уровне разномастности концертной публики. Танцы под сценой устраивает типичная минская культурная публика - люди, которые тусуются в галерее «Ў», ходят за современным искусством на завод «Горизонт», а за покупками ездят в Вильнюс. Ярусом повыше скапливается публика поинтереснее - клубные школьницы, обожающие тусовки в гламурных местах столицы. Когда они, спотыкаясь на игольчатых, как шипы морского ежа, каблучках, входили в клуб, то умирали от хохота: «А это что за развлекательный центр?», но уже на этапе гардероба, исполненного в винтажной стилистике советского кинотеатра, становились тихими и задумчивыми.

В дамской уборной юные любительницы клубных тусовок устраивают музыковедческую дискуссию в духе фильмов Валерии Гай-Германики: «Концерт ваще пипец, да!» - «Пипец ваще, ну!» - «Дайте мне шпильку замотать на...й волосы, а то там такой пипец, что растрепалось все!» - «Голоса у них ваще!» - «Да, короче, пипец, вот как они вышли - так и пипец сразу!»

Тем временем на сцене коллектив устраивает настоящую дискотеку, но с неким налетом удушливого эротизма, мистики и таинственности. Собственно, троица вокалистов выглядит, как герои скандинавского эпоса - великаны, гномы, роскошная эльфийская женщина, волоокие длинноволосые божества на заднем плане с некими машинами и рычагами, издающими громоподобный рокот. Как крайне метко заметили европейские критики, GusGus прекрасно осознают, что «танец - это не то, что может спасти тебе жизнь, когда все вокруг рушится, но часто это единственное, что ты еще можешь делать». Этот кромешный момент слияния отчаяния и красоты присутствует в их музыке внятно и даже чересчур откровенно - поэтому многим она кажется «странной». Их гедонистские танцы отдают какой-то смутной печалью по поводу непостоянства и хрупкости бытия - возможно, дело в хрустальных многоголосиях и постоянном поиске визуального контакта с залом. Эта философская дискотека - идеальная музыка для белорусов: можно от души потанцевать, но остается ощущение слияния с чем-то серьезным и полным смутной, щемящей духовности, будто на концерт «Пинк Флойд» сходил.

Происходящее на сцене и выглядит как рок-концерт: вокалисты взаимодействуют друг с другом, размахивают микрофонными стойками, принимают причудливые позы и танцуют так, будто то перекладывают с места на место невидимые предметы, то внезапно заболевают чем-то необъяснимым - резко, серьезно и ненадолго. Их поведение на сцене соответствует формату живого концерта, в который публика вовлечена полностью - но музыка при этом ритмичная, электронная и пульсирующая такими густыми битами, что зрителям кажется, будто сквозь их сонные артерии проталкивают комки ваты.

От этих холодных нордических танцев под полные чувственности ритмы публика натурально сходит с ума. Даже второй ярус в клубных платьишках танцует все разнузданнее, размахивая клатчами и переставляя ноги на гигантских шпильках. GusGus общаются с публикой как с толпой детсадовцев: «Минск! Вам нравится танцевать? Мы хорошо проводим время? Поднимите руки!» Странно, что это говорят медленные, как айсберги, длинноволосые исландские мужчины. Эта холодная отстраненность вместе с ритмичной, но заторможенной сценической пластикой музыкантов, напоминающей то, как лесные животные застывают во вспышках автомобильных фар, рождает любопытный диссонанс с пульсирующим рокотом техномузыки.

GusGus с видимым удовольствием вышли на бис. Вокалист Хегни - большой и мягкий, как кукла скандинавского добродушного великана, нежно гладит вокалиста Дэниела Агуста по затылку. На сцену из-за пульта выходит Стефан Стефенсен, он же диджей Бонго, и начинает петь - он тоже мускулист, бородат и похож на викинга. «Ой, девочки, пипец теперь совсем ваще!» - стонут школьницы.

С концерта все расходятся ошарашенные, будто только что искупались в проруби. «Ох...тельный рейв!» - кричит кто-то в телефон. Ну, рейв значит рейв.

Добавить комментарий
Проверочный код