Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Обеспечит ли работой 500 тыс. граждан, официально зарегистрированных как безработные, обновленная версия декрета N3 «о тунеядцах»?
нет, скрытая безработица гораздо выше
нет, пока не будут проведены структурные реформы в экономике
нет, все закончится очередными акциями протеста
да, если президент приказал
нет, пятая колонна в Совмине преднамеренно дезинформирует президента
№5 (830) 06 февраля 2012 г. Радости жизни

Дали кренделя

13.02.2012, Administrator
Своими глазами
В нашей стране даже шансон имеет человеческое лицо. Это открытое, светлое лицо доброго друга, а не перекошенная тоской по воле угрюмая физиономия матерого жигана. Человек с уютным именем Дима и сдобной фамилией Крендель, уже давно работающий в этом задушевном народном жанре, намедни вновь продемонстрировал, что белорусский шансон - это магическая terra incognita, далекая от суровых «лагерных» канонов и близкая к ритмам джаза и зарубежной эстрады.
Дали кренделя
Дима Крендель - большой мягкий человек, чем-то и правда похожий на огромный сахарный крендель
Нечего и удивляться тому, что сольному концерту Димы Кренделя в концертном зале «Минск» 2 февраля вызвался аккомпанировать эстрадно-симфонический оркестр Гродненской областной филармонии. Оркестр, как обещалось, разучил не только всеми любимые шансон-хиты, но и ряд задорных ритмов мировой эстрады. А Дима Крендель был готов целых два часа «дарить зрителям хорошее настроение», заблаговременно подготовив целую коллекцию роскошных пиджаков: во время звездного шоу под названием «Мой бархатный сезон» пиджаки менялись каждые 10-15 минут, были среди них и бархатные.

Концертный зал был полон не под завязку, но посещаемость была завидная. Возможно, зрителей привлек не столько необычный подход к тривиальному жанру шансона, где вместо бесхитростных треньканий синтезатора «Касио» и тюремных мотивчиков предлагалось окунуться в мир симфонического безумия, сколько сам Крендель, у которого немало поклонников; среди них есть даже китайские студенты - их в зале было несколько десятков.

Дима - артист Молодежного театра эстрады. Возраст его, впрочем, не такой уж и молодежный - на вид ему лет сорок или чуть меньше. На самом деле Диме 47! Видимо, все дело в его добродушной, почти детской улыбке - выбегающий на сцену Дима чем-то похож на уютную плюшевую версию Стаса Барецкого: это большой мягкий человек, чем-то и правда похожий на огромный сахарный крендель. В нем нет демонической цепкости и хитрого ловкачества Виктора Калины, не похож он и на лучезарного нарцисса Солодуху: Дима полон любви к музыке, а не к самому себе. Поэтому и шоу его, как оказалось, состоит преимущественно из его любимых песен - этакое нежное приморское караоке под убаюкивающие оркестровые аранжировки.

Оркестр понимает шансон как некую тень американского гангстерского диксиленда - музыканты одеты в белое, звучит старомодный свинг, и Крендель, тоже весь в белом, как волшебный кролик, поет хриплым-хриплым голосом на русском языке «Puttin' on the Ritz» - хит эры свинга 1920-х гг. На сцене помимо нескольких десятков оркестрантов, дирижера и Димы Кренделя находятся еще и участники небольшой группы современного балета, демонстрирующие небольшие хореографические сценки.

Чтобы не утомлять зрителей вечнозеленым свингом, Крендель сразу переходит к шансону. Судя по всему, своих композиций у него не много - или он так любит чужую музыку, что предпочитает именно ее, любимую, и исполнять. Прозвучали любимые залом шансон-хиты Вадима Тирольского, Миши Шуфутинского, Сергея Ноябрьского, Анатолия Могилевского и прочих динозавров и корифеев жанра. Песни выбирались задушевные - о встречах и расставаниях. Иногда Дима Крендель усаживался за столик, который стоял на сцене, и, грустно посматривая на расположившиеся там цветок и фарфоровую чашечку, пел хриплые блюзы про слезы у вокзала. Вид у него был подкупающий - как у человека, который пришел к психоаналитику, либо как у героя забытого старого черно-белого фильма с каким-нибудь едким названием вроде «Осенний саксофон» или «Вечер в одиноком кафе».

В оркестровой аранжировке многие шансон-песни буквально расцвели. Например, разгульный хит «Я свободен, словно птица, загуляла вся столица!» оркестр выдал в стиле латинской босса-новы, добавив драйва и подпевок в духе «Passenger» Игги Попа. Так сказать, пришли послушать Шуфутинского, а заодно приобщились к чуду диксиленда. В момент, когда Крендель, надев «желтенький пиджак», исполнил одноименную песню Миши Шуфутинского, в которой упоминается Одесса и море, оказалось, что благодаря аранжировке Миша Шуфутинский стал немножечко Утесов. А шансон-хит «Рыжая-рыжая» зазвучал как бы трансляцией с танцплощадки 1950-х гг. В какой-то момент все начало напоминать фильм «Стиляги», и даже «Очи черные», спетые девушками-солистками Леной и Надей чуть ли не в стиле Бреговича, никого не удивили.

Но Дима, как выяснилось, на этом не остановился. Пиджачок его стал бирюзовым, зазвучали мировые свинг-хиты на русском языке (отчего они стали почему-то неузнаваемы). Дима пел что-то про «отель разбитых сердец», кажется, претендуя на звание нашего белорусского Элвиса. Это была песня-заклинание - вдруг внутри Димы будто что-то щелкнуло, и от песен лихих одесских морячков не осталось и следа: он внезапно перешел на английский, зарядив Джо Кокера («Unchain my heart»).

После Кокера зазвучали ритмы рэгги, и, не дав публике прийти в себя, Дима запел Боба Марли («I shot the sheriff»), после чего сразу же перешел на жесткий фанк, с рыком и визгом ошпаривая зрителей кипучими хитами Джеймса Брауна и Рэя Чарльза. После еще нескольких песен в подобном духе («Summer in the city», «Hit the road, Jack» и т.п.) стало понятно: это был мистический музыкальный блок непонятного, возможно, магического назначения. Будто попытка заставить зал окунуться в таинство классики мировой музыки, вспомнить, что где-то в Нью-Йорке, возможно, в каком-нибудь концертном зале, какой-нибудь певец с оркестром тоже поет эти песни. Но нет, это неправда, в Нью-Йорке поют другое. К счастью, этот момент пронзительной несбыточности быстро закончился, и Дима снова начал петь шансон про осень, зиму и желтую листву...

Микс подобного уровня наверняка ориентирован на публику, которая осознанно желает чего-то большего, нежели простоватая поп-музыка, но интуитивно тянется к подкупающей эстетике шансона. Сочетание народного жанра шансона с вынужденно интеллектуальным статусом джаза дает возможность взглянуть и на ту, и на другую музыку со стороны - и, как ни странно, хиты шансона, наложенные на ритмы свинга и диксиленда, звучат органично и даже предсказуемо. В принципе, разве не подобную музыку делает Леонард Коэн?

И хотя весь этот джаз напоминает скорее сюрреально-таинственную гангстерскую атмосферу фильма «Кто подставил кролика Роджера» и, по сути, является лишь стилизацией - у зрителя нет ощущения, что его дурят. Впрочем, вот вопрос: а получился бы концерт без Димы Кренделя? Наверное, получился бы. А справился бы Дима сам, без оркестра, под фонограмму? Видимо, справился бы. Но, право же, это как раз такая ситуация, когда лучше выступать вместе.

Добавить комментарий
Проверочный код