Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
«Нет в Беларуси того человека, который не знает о вас как о председателе великой страны» - сообщил Александр Лукашенко председателю КНР. А насколько хорошо вы знаете Си Цзиньпина?
давно на короткой ноге с товарищем Си
лично не знаком, но есть общие знакомые
пересекались пару раз на тусовках
тщательно отслеживаю каждый шаг товарища Си
не помню, кто это, но раз президент говорит, наверное, мы знакомы
№50 (824) 19 декабря 2011 г. Тема недели

«Моргнуть не успеешь, как привезут в багажнике в Беларусь»

19.12.2011
 
На прошлой неделе в аэропорту Варшавы во время прохождения пограничного контроля на авиарейс в Лондон был задержан экс-кандидат в президенты Беларуси Алесь Михалевич, получивший политическое убежище в Чехии. Как известно, после освобождения из-под стражи под подписку о невыезде он заявил о применении в отношении него пыток в СИЗО КГБ и отказе сотрудничать со спецслужбами.
Евгения СЕМЕНОВА



Экс-кандидат был задержан на основании иска белорусских правоохранительных органов. Беларусь затаила дыхание: неужели выдадут? Но не выдали, и политический беглец преспокойно убыл в Лондон, на встречи в МИДе и парламенте. Алесь МИХАЛЕВИЧ поделился с корреспондентом «БелГазеты» Натальей Провалинской тяготами жизни политэмигранта.

- Многие из белорусских политэмигрантов сильно «упали» в своем статусе и финансовых возможностях. Так ли это в вашем случае? Где вы живете, в каких условиях, сколько комнат в вашей квартире, есть ли там душ?

- Я постоянно езжу по разным городам и странам. Основное место дислокации у меня в Праге, где я живу в небольшой двухкомнатной квартирке - ее мне оставили друзья, уехавшие работать за границу. В Варшаве у меня комнатка в аспирантском общежитии: когда проезжаю через Варшаву, останавливаюсь там. Приезжая в Вильнюс, живу обычно у друзей.

А в финансовом статусе, естественно, первое время я сильно «упал», просел и довольно долго жил очень скромно. К тому же надо было отдавать долги, оставшиеся после избирательной кампании. Сегодня я чувствую себя достаточно уверенно, по крайней мере на еду, бензин и основные потребности хватает.

- Но считается, что Прага - очень дорогой город, сопоставимый по ценам с Москвой, и для более или менее нормального существования там необходим ежемесячный доход в размере не менее $1 тыс.

- Если у тебя есть место жительства, то необязательно. К тому же у меня очень хорошая плита, хороший холодильник...

- Каков ваш ежедневный рацион? Обедаете ли в кафе и ресторанах?

- Да, я часто обедаю в кафе, обычно это очень дешевые кебабы или китайские рестораны. Я очень люблю китайскую кухню и с удовольствием захожу в дешевые китайские забегаловки. Сам я не очень люблю готовить, покупаю уже готовые продукты, которые быстро съедаю. Иногда даже люблю выключить холодильник вообще, чтобы не было искушения ночью прийти и съесть все, что там лежит. Это моя слабость: просыпаться ночью, приходить в холодильник и обжираться. (Смеется.)

- Тем не менее вы наверняка сильно похудели из-за всех этих мытарств…

- Я похудел очень сильно в Беларуси, в тюрьме, скинул кило 30. А сейчас, наоборот, отъелся. В старых костюмах времен избирательной кампании вполне нормально выгляжу! (Смеется.)

- Большинство белорусов скучают за границей по бородинскому хлебу и молочным продуктам. А вы по чему тоскуете?

- Практически каждый белорус, который ко мне приезжает, приво-зит «Нарочанский» хлеб, поэтому он у меня почти всегда есть. А я скучаю по семье, с которой стараюсь встречаться, но часто пока не получается. Что касается так называемых русских магазинов, я туда принципиально не захожу: абсолютно спокойно обхожусь без гречки, черного хлеба и водки.

- Жена с двумя малышами собирается к вам переехать?

- Мы встречаемся в лучшем случае раз в месяц. Милана пока не может приехать по семейным причинам: ее бабушке 103 года.

- Проезд в общественном транспорте в Чехии тоже довольно дорог. Приходится ли много ходить пешком, дышать свежим воздухом?

- Езжу в основном - у меня карточка варшавского и пражского метро. Месячная карточка окупается, если ты находишься в стране больше шести дней.

- В Минске вы были завсегдатаем «Кальянной N1», а где курите кальян в Праге?

- Я курю кальян и в Праге, и в Варшаве, и во всех других городах, кроме Вильнюса, где кальян запрещен в связи с запретом на курение в общественных местах. В Праге есть очень хорошая сеть чайных, из них две - мои любимые.

- И сколько там стоит кальян?

- Практически вне зависимости от города - около $10 плюс-минус $2.

- Вы чувствовали когда-либо за собой слежку за границей? Не боитесь, что у белорусских спецслужб могут оказаться длинные руки с зажатым в них ледорубом?

- За собой лично слежку не замечал. Я, например, видел слежку во время официального открытия Белорусского дома в Варшаве. Стараюсь, приезжая в Вильнюс, не сообщать никому из знакомых о приезде заранее, поскольку от Вильнюса до белорусской границы очень близко - и глазом не моргнешь, как тебя уже привезут в багажнике в Беларусь. (Смеется.) Но никакой паранойи у меня нет, я же открыто езжу везде, встречаюсь. Сейчас я нахожусь в Беловеже, в нескольких километрах от белорусской границы.

- Вячеслав Дианов, отец белорусской сетевой революции, к примеру, говорит, что в Польше сам готовит себе еду и никуда не ходит…

- А у меня, напротив, очень много поездок. Еду я сам готовлю только 2-3 раза в неделю, покупаю кусочки нарезанного мяса, сыр, хлеб, с чаем или супом быстрого приготовления.

- Недавно президент Беларуси сказал, что ему достаточно было распорядиться насчет Дианова - и его укрытие сразу же обнаружили. Выходит, стоит президенту дать команду - и ваше местонахождение тоже будет моментально определено?

- Я абсолютно не против, чтобы все знали, где я нахожусь. Я ничего не скрываю, никаких преступлений не совершал. Просто у меня есть уверенность, что белорусский суд не будет справедливым.

- Вы считаете себя политически важной фигурой, которую действующему президенту будет приятно увидеть на скамье подсудимых? Или для него это было бы всего лишь что-то вроде завершения гештальта?

- Не знаю, я с Лукашенко лично не знаком и этому рад. Предпочитаю общаться с людьми интеллигентными, после разговоров с которыми настроение улучшается, а не наоборот. Поэтому не знаю, было бы ему приятно или нет.

Что касается меня как политически значимой фигуры, то после тюрьмы я себя уютнее чувствую скорее в роли правозащитника, поскольку хочу помочь оставшимся политзаключенным. Уверен, что после 19 декабря вся белорусская политика просто переформатировалась. Нельзя смотреть на нее так же, как до 19 декабря.

- Что с вами случилось в Варшаве, почему вас перехватили? Вы опасались, что поляки сдадут вас родине?

- Произошло то, что могло произойти в любой столице. Если меня подают в международный розыск, естественно, в каких-то списках я буду. В Польше пока не было механизма, чтобы меня из этого списка исключить. Нормальный функционер пограничной службы, увидев меня в этом списке, сделал то, что должен был сделать, - задержал меня. Поскольку, естественно, и МИД, и все руководство Польши отлично знают, кто я такой, меня очень скоро отпустили.

Поначалу я боялся, что могу провести две недели до суда в следственном изоляторе в Польше. Но суд меня в любом случае отпустил бы, я даже не думал про то, что меня могут выдать белорусской стороне.

- Как вам мнение, что вам просто дали сбежать? Мол, трудно представить, что вы могли так легко обмануть целую спецслужбу…

- Я никому ничего не хочу доказывать. Для меня было очень важно остаться свободным человеком. Даже если меня спецслужбы выпустили, я очень рад тому, что я на свободе и со мной все хорошо. Я не сделал ничего плохого, за что надо было бы оправдываться.

- Некоторые считают, что вы назвали пытками физические упражнения, которые вам предлагали выполнить в СИЗО КГБ и с которыми справился даже не очень мускулистый публицист Александр Федута… Ведь документального подтверждения пытки так и не нашли…

- Если выламывание рук с требованием сотрудничества - это физическое упражнение, желаю тем людям, которые так считают, побольше такого рода физической активности.

- Ходят слухи о «сваре» в клубе родственников политзаключенных и политэмигрантов. К примеру, спутницы жизни Дмитрия Бондаренко или Николая Статкевича бывают на встречах в Брюсселе и Вашингтоне, а вы и ваша жена в эту тусовку не входите. Вас и вправду отвергли?

- Нет, моя жена до сих пор очень активно помогает семьям тех, кто еще находится в тюрьме. Между собой практически все родственники, жены и матери знакомы, помогают друг другу.

Что касается меня, я только что вернулся из Лондона, где была встреча с белорусской оппозицией на высшем уровне, а именно с министром иностранных дел Уильямом Хейгом и министром по делам Европы Дэвидом Лиддингтоном. Все встречи, которые мне нужны, чтобы задействовать некие правовые механизмы для, в частности, прекращения в Беларуси пыток, у меня происходят. До всех людей, до которых я хочу достучаться, у меня получается достучаться.

- Что должно произойти, чтобы вы вернулись на родину?

- Я в любом случае вернусь. Я даже уверен, что вернусь, когда президентом будет еще Лукашенко. Но одним из элементарных условий является свобода Санникова, Статкевича, Беляцкого, основных фигурантов дела 19 декабря.

- Как только политзаключенных выпустят, вы сразу приедете?

- Да, если их отпустят, я практически сразу вернусь.
Добавить комментарий
Проверочный код