Понедельник, 5 Декабря 2016 г.
Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№44 (818) 08 ноября 2011 г. Последнее слово

«Любой следователь может перевести язык бизнеса на язык Уголовного кодекса»

08.11.2011
 
«Много раз я читал в независимых СМИ письма осужденных об экономических преступлениях. Практически все из них высказывают свою позицию невиновности. Я сам отбываю наказание за экономическое преступление и за пять лет «отсидки» приобрел достаточно опыта, чтобы поделиться с другими «экономистами».


Вообще-то, я не люблю разговоров о несовершенстве нашего государства. Оппоненты в такой беседе мне чем-то напоминают протестантских священников. Все вроде бы говорят правильные вещи, но ситуация от этого совершенно не меняется, количество осужденных-предпринимателей не сокращается. У нас, в последние семь лет, стало общепринятым и нормальным участие правоохранительных органов в деловых конфликтах, а реальные сроки для бизнесменов становятся обыденностью. И это проблема нашего общества, которую стыдно признать, а тем более решить.

Поводом для этой статьи послужили события за последние полгода, в сложившихся экономических условиях у государства появилась растерянность и неуверенность. Все чаще стали вспоминать о стратегических инвесторах, о помощи бизнесу и о том, что неплохо было бы, если бы предприниматели «подставили плечо» государству, кульминацией метаний правительства стало приглашение Совмина представителей бизнес-сообщества к диалогу. Конечно, я не совсем согласен с принимаемыми властью мерами, но считаю полезным включиться в дискуссию по поводу путей развития страны.

Первое и самое важное для предпринимателей - это свобода. Развивать производство можно и при инфляции, а вот, находясь в тюрьме, ничего сделать нельзя. Индикатором успеха или неуспеха государственной экономической политики служит количество осужденных-бизнесменов. Когда тысячи работодателей находятся за решеткой по статье «мошенничество», снижение инфляции не компенсирует вычеркнутых из экономики умных людей с активной жизненной позицией.

Любой следователь РОВД запросто может перевести язык бизнеса на язык Уголовного кодекса, поэтому у нас любая предпринимательская деятельность легко вписывается в квалификацию по ст. 209 УК РБ (мошенничество). Согласен, не все мошенники - предприниматели, как и не все предприниматели - мошенники, но я вам скажу, что существующая система обвинения этого абсолютно не различает. Судья по уголовным делам должен решить, была ли сделка преступлением. А ведь для этого необходимо разбираться во всех экономических цепочках, транзакциях, условиях договора. Судья - человек без бизнесобразования, без опыта работы в бизнесе должен определить экономическую суть сделки!!! Я это все говорю не с теоретической точки зрения, я сам отсидел пять лет за решеткой и мой приговор один из тысячи приговоров, который подводит черту под предпринимательством как таковым.

На суде меня просили дать ответы на обычные протокольные вопросы: понятно ли мне обвинение? считаю ли я себя виновным? а также я должен был выразить свое отношение к обвинению. Несмотря на то, что я почти отсидел свой срок, мне трудно будет объяснить своим родителям и своим детям, за что я провел 7 лет за решеткой. Я не могу выразить свое отношение к обвинению, потому что я даже не понимаю, что мне инкриминировали, мне не понятна сама суть предъявленного обвинения. Ни судья, ни прокурор мне не смогли объяснить термины использованные в приговоре. В частности, мне до сих пор не понятно, что такое «мнимый комиссионер», «создать видимость». Мне не понятно, что обвинение понимает под этими словами, и всегда ли оно понимает одно и то же. В приговоре сначала утверждается, что похищены транспортные средства, далее - что присвоены выручка от их продажи, и наконец, что изъято право собственности на транспортные средства. Может быть, я учился по каким-то другим учебникам, но если я правильно понимаю, если было похищено право собственности на транспортные средства, то о какой выручке может идти речь? В одном месте говорится о переходе по заниженным ценам фиктивного права собственности, в другой - о фиктивном переходе права собственности. Мне кажется, это принципиально разные вещи. А как, например, тонкости выставления и раскрытия аккредитива перевести на язык Уголовного кодекса? Риск судебной ошибки огромен! А ведь не судьи, ни милиционеры не построят ни одного завода, в Уголовном Кодексе не написано, как развивать страну.

Сегодня деловой климат в стране определяют суды. И изменение сложившейся ситуации - это первый шаг в помощь предпринимательству, который был бы в духе курса президента на поддержку бизнеса.

На этом фоне откровение оказался доклад о создании Следственного комитета госсекретаря Совета Безопасности РБ Леонида Мальцева. В частности, он сказал: «В стране на протяжении многих лет функционируют четыре крупных центра предварительного расследования - МВД, КГБ, прокуратура и департамент финансовых расследований КГК. Несмотря на то, что по закону следователи - фигуры процессуально независимые, де-факто все они подчиняются соответствующим руководителям структурных подразделений данных ведомств. Кроме того, в данных органах отсутствуют единые методики организации расследования, а также единые подходы к юридической квалификации одних и тех же правовых ситуаций» (газета «СБ-сегодня» от 16.09.11) Ну вот! Задерните шторки, и как будто едем! Оказывается, в нашей стране судьба решений зависит не от закона, не от практики его применения, а от того, кто определяет правила и исключении я из них.

Я вам скажу, что предприниматели у нас народ очень сообразительный, им дважды повторять не надо. Когда власть говорит «да», или говорит «нет», бизнесмен четко знает, что делать дальше, но чаще всего звучит «надо подумать». Это дает власти простор для маневра, а вот бизнес в таких условиях существовать не может, когда не определены правила игры. Предпринимателям приходится работать при относительности всех истин; обесцененные слова, отмененные правила, ничем не наполненные видимости.

Мне кажется, что те проблемы, о которых я говорю, имеют непосредственное отношение к привлечению иностранных инвестиций в страну. При выборе привлекательных стран для инвестиций, иностранные инвесторы часто задают вопросы о типе политической системы. Вопросы, на которые мы порой не знаем ответы: «Позволяет ли система мирный переход власти?»; «Достаточно ли развита в стране конкуренция, чтобы дискредитировавшие себя лидеры не могли цеплятся за власть?» В общем и целом это интересует инвесторов, потому что слабые бизнес-климаты те, которые допускают концентрацию власти и богатства в руках одно и того же узкого круг лиц. Надежные бизнес-системы предполагают распыление власти и ресурсов.

Если правительство всерьез задумывается о реформировании экономики, то хочу заметить, что никакое реформирование невозможно без «субъекта» реформ. Это должен быть полноценный реформаторский класс, для которого реформа экономики это не фиктивная кампания, спущенная «сверху», а вопрос выживания. Таким классом мне видится, конечно же, бизнес-сообщество. Без этого класса государство не сможет решить ни одной проблемы в экономике и будет вынуждено постоянно фиксировать свою структурную отсталость.

Если государство сфокусируется на проблеме предпринимательской свободы, это позволит начать равноправный диалог между властью и бизнес-сообществом, что приведет к согласованным действиям во всех отраслях экономики, а правительство начнет транслировать правильные, непротиворечивые сигналы для иностранных инвесторов.

А если этого не сделать, то спасение белорусской экономики окажется очередной профанацией.

Мартыненко Владимир, исправительная колония N10, г. Новополоцк, инициатор движения «Бизнес как поступок»

Публикуется с сохранением авторского стиля, орфографии и пунктуации
Добавить комментарий
Проверочный код