Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
Б/У картонные упаковки. Сравните цены. Выберите дешевле
transferlan.ru
№20 (794) 23 мая 2011 г. События. Оценки

Поэта вернули народу

23.05.2011
Владимир Некляев и Co. отделались условно-показательно
17 мая, после девяти дней судебного разбирательства по делу экс-кандидата в президенты Владимира Некляева и Co ., прокурор попросил обвиняемым следующие условные сроки: Владимиру Некляеву - 3 года с отсрочкой на 2 года; членам его предвыборного штаба: Андрею Дмитриеву - 3 года условного заключения с испытательным сроком 2 года; Александру Федуте - 2 года условно с испытательным сроком 2 года; Сергею Возняку - 2 года ограничения свободы с направлением в исправительное учреждение с испытательным сроком 2 года; экс-кандидату в президенты Виталию Рымашевскому - 2 года лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года; а молодежной активистке Анастасии Полаженко - 1 год и 6 месяцев условно с испытательным сроком 1 год.
Кирилл БОРИСЕНКО



Перед началом заседания суда 18 мая родственники обвиняемых помогли Владимиру Некляеву тщательно приладить к лацкану пиджака значок с логотипом президентской кампании, и суд начался.

Екатерина Петрович, адвокат Насти Полаженко, начала издалека, отметив, что право на мирные собрания - «основа любого демократического общества» и занимает «особое право среди других наших прав» . Сославшись на «ряд стран» , она подчеркнула явное преимущество уведомительного принципа проведения массовых мероприятий над заявительным и сделала вывод: «Всё происходившее на пл. Октябрьская было законным» .

Перейдя непосредственно к вменяемым своей подзащитной в вину прегрешениям перед законом, адвокат остановилась на «комическом составе тех, кого Полаженко призвала на площадь» . Петрович категорически отвергла обвинение в том, что Полаженко дала приют на время 10 «боевикам» из регионов: «Моя подзащитная, как вы могли заметить, человек наблюдательный. Когда она приходила в эту квартиру, то по вещам и еде понимала, что там было всего 2 человека» . Что касается такого весомого доказательства обвинения, как книга Полаженко с надписью на форзаце «19 декабря, Барановичи, 10 человек» , то адвокат поставила перед судом не самые простые вопросы: «Кто они, эти люди из Барановичей? Может, это дети? Может, Полаженко занимается благотворительностью?»

Всплыли в речи защиты и «злополучные спальные мешки» : «первая партия мешков закупалась Полаженко совместно с Дашкевичем и для личных целей Дашкевича» . Из доказательств обвинения адвокат согласилась признать лишь «единственный видеофайл с моей подзащитной - тот, где она говорит голосом Статкевича» . Для «молодой 20-летней девушки с огромным сердцем» , которая «стремится не только к счастью в личной жизни» , защита попросила «единственного приговора, которым мы все останемся довольны» .

Защищавший Некляева адвокат Владимир Бурштынов еще раз подчеркнул, что обвиняемый был «кровно заинтересован в присутствии на митинге милиции» : «по европейским стандартам митинг охраняется полицией вне зависимости от того, санкционированный он или нет. А назавтра уже - решайте вопросы» . Команда Некляева даже приглашала на площадь генпрокурора Григория Василевича, но «ответа так и не дождались» . По мнению адвоката, в ходе следствия право Некляева на защиту «не нарушалось, а попиралось» , дело является «результатом политического противодействия» , посему «человека-творца» , который «не может желать вреда нашей родине», следует немедленно оправдать.

Адвокат Тамара Сидоренко, касаясь происшествия на ул. Коллекторной, напоследок ударилась в опасную демонологию: «Люди в черном - не чертики из табакерки, которые появляются, если нажмешь на кнопку. Так кто же нажал на кнопку?» Арест Некляева также порождал у адвоката некоторые вопросы: «Потянули голого на мороз... Вы думаете, в СИЗО КГБ ему дали одежду? Заключенные в камере собирали с мира по нитке!»

А НАПОСЛЕДОК Я СКАЖУ…

Сергей Возняк, член избирательного штаба Некляева, для своего последнего слова попросил «пять минут, чтобы собраться с мыслями» . На суд он пришел с четырьмя медалями на пиджаке, правда, не боевыми - это оказались «награды за безупречную службу в рядах вооруженных сил» . Обычно Возняк надевает награды «3 дня в году: 23 февраля, 9 мая и 3 июля» , но 18 мая пришлось сделать исключение: «Впервые в своей достаточно продолжительной жизни мне приходится выступать с последним словом в качестве обвиняемого» .

Последнее слово Возняка было самым продолжительным (до 37 мин.). Он выразил свое удивление тем, что «гособвинитель употребил вчера фразу «сопротивление сотрудникам милиции», - по словам Возняка, единственный контакт с упомянутыми лицами у него состоялся, «когда они меня били» . В избивавших его лицах Возняк сразу опознал работников охраны правопорядка, поэтому не сопротивлялся, разве что «напрягал пресс» .

Будучи освобожден до суда под подписку о невыезде, обвиняемый времени зря не терял: вовсю проводил «самовольным образом следственные эксперименты» . Так, 9 мая, «с медалями» , Возняк зашел в McDonald’s и произнес там следующее: «Дети, на ваших глазах идет шествие! Почему не прекращаете работу?» «Дети» ответили Возняку: «Зачем? Это же классно!» Обвиняемый тут же напомнил рядовым сотрудникам McDonald’s о шествии на 19 декабря, когда тоже «гамбургеров бесплатно никто не хватал, так в чем же разница?» … По словам Возняка, подручные Рональда Макдональда в ответ только «стояли и молчали» .

Несмотря на то что в начале своей речи Возняк попрекал следствие изъятым ноутбуком Toshiba и дипломатом с $9,5 тыс., ближе к концу своего последнего слова обвиняемый сообщил суду, что он - «сказочно богатый человек» . Секрет резко повысившегося благосостояния обвиняемого простой: он будет «ходить по редакциям газет» и через суд выбивать из руководств газет, писавших о нем неправду, астрономические, но справедливые суммы. Работу в кампании «Говори правду» и в избирательной кампании Некляева Возняк назвал «одним из лучших периодов в жизни» .

«Моя бывшая школьная ученица, психиатр в одной из гродненских клиник, за месяц до выборов по моей просьбе проконсультировала меня, как легче выйти из послетюремной депрессии», - так начал Александр Федута свое последнее слово. Психиатр посоветовала бывшему школьному учителю «думать в тюрьме, что это происходит с кем-то другим» и «загримироваться - отрастить усы, а потом, на свободе, сбрить их». Федута сделал и то, и другое, но «легче стало ненамного». Пришлось коротать время в тюрьме за «работой над ошибками» .

Наскоро реконструировав перед судом картину событий 19 декабря, Федута признал: «Нужно лучше знать белорусское законодательство, нужно обуздывать собственные амбиции, разговаривать друг с другом и слышать друг друга». Напоследок обвиняемый пообещал «в следующий раз сделать все, чтобы люди шли на площадь по тротуару» .

Виталий Рымашевский предложил судье и прокурору покаяться («двери церквей всегда открыты» ) - только при этом условии они, возможно, тоже смогут стать когда-нибудь «членами или даже руководителями комитета «Белорусской христианской демократии» .

Андрей Дмитриев рассказал о том, что «встретил тридцатилетие с камнем на сердце» , поэтому попросил прощения у всех присутствующих за «то вынужденное интервью» (покаянное интервью, продемонстрированное по госканалам 20 декабря . - «БелГазета») и поблагодарил за поддержку. Дефицита патетики в речи Дмитриева не ощущалось: «У нас путем грабежа отобрали всё, с помощью чего площадь могла быть мирной - нашего лидера… И забрали «звук» .

Полаженко свое последнее слово использовала большей частью для того, чтобы сказать каждому из обвиняемых что-то приятное. Некляеву она рассказала о том, как «девочки в СИЗО разучивали песни Владимира Некляева - не я начала их петь, а женщины, которые сидели до этого» . Федуте: «Большое наслаждение читать в томах криминального дела про русский декабристский рух, я убеждена, что вы, как никто другой, подходите под имя декабриста наших современных белорусских реалий» . Возняку: «Оказывается, и христиане, и коммунисты могут найти общий язык, нас объединяет то, что мы любим нашу страну» . Дмитриеву: «Андрей, ты молодец» . Рымашевскому: «Христианские ценности необходимы нашей стране сейчас, как воздух и надежда» .

Поэт Некляев начал свою речь со скверного анекдота, который он услышал в тюрьме от своего следователя: «Сын ходит в детский сад. Отец забирает его, ведет домой и, как обычно, спрашивает: «Что делал сегодня, что было интересного?» «По-английски разговаривать учились!» - подпрыгивая, отвечает сын. «Да ну! - удивляется отец. - И какие слова ты выучил?» - «Дзякуй» і «да пабачэння»!» Зачин определил общее настроение всей речи мятежного поэта: говорил он преимущественно о «национальной катастрофе» , о «щебне и пыли диктатуры», вспоминал о «русских со знаком качества» («что это за нация такая?» ) и даже наскоро провозгласил «единую Европу от Альп до Урала» .

«За что меня судят?» - наконец поинтересовался Некляев. И сам же ответил: «Меня судят за то, что я попытался стать президентом. Я готов признать вину в том, что президентом не стал. Меня судят за то, что я добивался свободных, справедливых, демократических выборов. Я готов признать вину в том, что свободных, справедливых, демократических выборов добиться не смог. Меня судят за площадь. Я готов признать вину в том, что не дошел до нее».

20 мая суд Фрунзенского района принял решение приговорить Владимира Некляева к 2 годам лишения свободы с отсрочкой наказания на два года (освобожденный в зале экс-кандидат уже на ступеньках суда поспешил организовать импровизированный митинг). Виталий Рымашевский приговорен судом к 2 годам условно. Экс-кандидаты в президенты признаны судом виновными по ст.342 УК («организация групповых действий, нарушающих общественный порядок, либо активное участие в них»). Александра Федуту, Сергея Возняка и Андрея Дмитриева суд приговорил к 2 годам лишения свободы условно. Насте Полаженко назначено наказание в виде 1 года лишения свободы условно.

В зале суда была зачитана результативная часть приговора, объявлен список ранее изъятых вещей, возвращаемых следствием их владельцам: более 10 ноутбуков MacBook Apple, ноутбуки других марок и производителей (в т.ч. с «регуляторами типа мышь» и зарядными устройствами), более $20 тыс., различные суммы в валютах всех граничащих с РБ государств, около 1 тыс. брелоков и более 5 тыс. надувных шариков с логотипом кампании «Говори правду», книжные закладки «Говори правду», а также «трубка к факсимильному аппарату» и «журнал планирования избирательной кампании».

  После приговора поэт Владимир Некляев поделился своими творческими планами, предложив создать комитет национального спасения
Добавить комментарий
Проверочный код