Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
Производитель окон и дверей. Пластиковые окна
renkoplast.kz
№51 (774) 27 декабря 2010 г. Контекст

Владимир Ворсобин: «Они втаптывали людей в снег»

27.12.2010
 
Известный московский журналист, замредактора отдела политики «Комсомольской правды» Владимир Ворсобин не первый раз работал на выборах в Беларуси.
Виктор МАРТИНОВИЧ



Однако его статья о событиях ночи 19 декабря коренным образом отличалась от оценок «КП» событий 2006г. В тексте «Из 9 соперников Батьки на свободе остались только 2» журналист удивлялся словам белорусского милиционера, жаловавшегося на ТВ, что его «избивали» демонстранты. Ворсобин отмечал, что «стоял рядом с этим капитаном и видел, что никто его не трогал», «демонстранты говорили с ним вежливо, о конституции, правах человека», а вот «ОМОН их потом бил с наслаждением!»

Поскольку Владимир ВОРСОБИН был свидетелем чрезвычайных уличных событий на Украине, в Киргизии и Грузии, обозреватель «БелГазеты» решил выяснить у него, насколько адекватно вела себя власть и насколько распространена практика таких силовых подавлений, не щадящих даже журналистов.

- Как часто вы бывали в Беларуси?

- Я Беларусь знаю неплохо. Частенько приезжал.

- Почувствовали ли вы разницу в поведении власти сейчас и, например, на президентских выборах 2006г.?

- Мне кажется, что эти выборы с самого начала готовились как хорошая, большая пиар-акция, чтобы показать международному сообществу, что Беларусь идет к демократии. Разрешенные встречи с избирателями, выступления кандидатов на ТВ - все это было направлено на получение благожелательной оценки ОБСЕ и европейцев.

Я еще в субботу, 18 декабря, писал, что действительно, наверное, Беларусь потихонечку, эволюционным путем, придет к демократии, оправдает надежды Европы. Но то, что произошло в Минске после 19.00 19 декабря… Мне кажется, что люди психологически не вытянули ту задачу, которую сами поставили. У кого-то сорвались нервы. Или кто-то Лукашенко подставил.

Я присутствовал на избиении Некляева. До этой секунды все вообще было замечательно. Почему вдруг они приняли решение таким образом раздавить ту маленькую группу, которая шла к Октябрьской площади, я не знаю. С этой минуты все пошло совершенно по-другому сценарию. Так что выборы можно разделить на две части. Первая - внушающая доверие, показывающая, к чему стремится Беларусь. И вторая, отсылающая к тому прошлому, которое, возможно, у вас станет будущим. Прошлое, в котором Беларусь была полицейским государством. Двуличие этих выборов меня больше всего и зацепило.

«ОНИ ХОТЕЛИ ПОДВИНУТЬ МИЛИЦЕЙСКУЮ МАШИНУ»

- По белорусскому ТВ показывают официальные интерпретации произошедшего. В частности, дали слово Андрею Дмитриеву, руководителю штаба Некляева. Дмитриев сказал, что не имеет претензий к милиции, что на Некляева напали пьяные хулиганы. Вы там были: правда ли это? У Дмитриева, кажется, были следы ударов на лице…

- Это все ужасно! То, что происходит сейчас, то, что началось на ТВ с утра 20 декабря - ужасно! Это самое страшное на этих выборах. Я могу оценить степень неправды говорящегося по телевизору. Я находился в двух шагах от Некляева в тот момент. Никаких пьяных не было. Это был захват. Это были люди в черном, которые очень профессионально делали свое дело. Они втаптывали людей в снег. Светошумовые гранаты и т.д. Со стороны демонстрантов не было даже поползновений воздействовать на работников милиции. Было только какое-то небольшое движение с ГАИ - они хотели подвинуть милицейскую машину, которая преграждала им путь. Всё!

Я не согласен с официальной версией. Не согласен - по поводу пьяных. Не согласен - по поводу того арсенала взрывчатых веществ, арматуры и т.д., который нашли в автобусе. Хотя я, конечно, не был в автобусе, но могу говорить о том, что видел лично. Видел, что никакого противодействия милиции не оказывалось. Зато очень профессионально работал ОМОН. Били журналистов очень сильно. Я не представляю, что заставило Дмитриева говорить все это, очернять себя. Это заведомая неправда. Я боюсь, что сейчас возникнут другие люди, начнут кандидаты в президенты говорить, что они - преступники, что они - наймиты Москвы, Брюсселя. Но тогда эти выборы превратятся во что-то вообще странное. Мне кажется, именно этот момент самый главный: не получилось бы так, что после выборов Беларусь не только не станет демократичнее, но впадет в какое-нибудь принципиально другое состояние.

«ТАКОГО ВАРИАНТА Я НЕ ВИДЕЛ НИГДЕ»

- Президент пояснил, что точно такие же меры безопасности предпринимаются во всех остальных странах по отношению к лицам, провоцирующим беспорядки и захват зданий. Вы были в нескольких республиках СНГ на выборах. Наблюдался ли там такой алгоритм действий милиции? Насколько он нормален?

- Я был в Бишкеке, Киеве, Тбилиси. Но там милиция всегда действует на открытых пространствах. То есть, с одной стороны есть цепь милиционеров, полицейских, с другой - демонстранты. Не бывает того, что произошло на ул. Немига с Некляевым. Такого варианта я не видел нигде. Ну нигде не будут в маленьком массиве, состоящем из офисных зданий, на маленькой улице, вылавливать людей и просто их избивать. Я такого не видел. Тем более - люди в черном.

Очень часто бывает, что ОМОН жестко избивает демонстрантов, которые идут, допустим, на парламент. Это где-то даже справедливо. Но обычно людей просто не подпускают к парламенту. А на площади произошло так. Сначала людям (или провокаторам) дали возможность собраться, разбить стекла. А потом вдруг выскочил ОМОН и начал избивать вообще всех подряд. Ведь понимаете, обычно полиция предупреждает о том, что готовится применение силы. И делает все для того, чтобы минимизировать масштаб. Делает все, чтобы таких эксцессов не произошло, чтобы избежать жестокости.

«ГОВОРИТЬ О СТАБИЛЬНОСТИ В БЕЛАРУСИ Я УЖЕ НЕ МОГУ»

- Изменили ли вы мнение о белорусской стабильности, о характере политических процессов, происходящих в Беларуси, после того, что увидели на Немиге и на пл. Независимости?

- Вы знаете, я раньше думал, что ситуация в Беларуси намного более стабильна. Если власть стабильна, она никогда не пойдет на такую эскалацию напряжения. Даже если эту эскалацию напряжения провоцирует оппозиция. Сильная власть, которая уверена в себе, спокойнее реагирует на провокации, амортизируя удары и сохраняя равновесие.

То, что я увидел в Беларуси, меня очень сильно удивило. Власть как будто чувствует себя очень неуверенно. По-другому объяснить такое непропорциональное количество насилия я не могу. Ощущение, что произошло не просто подавление каких-то беспорядков на улице, а акт устрашения. После этого говорить о стабильности в Беларуси я уже не могу.

- На этот раз силовики в Минске вели себя очень люто по отношению к журналистам. Насколько это распространенная практика?

- В Грузии, во время разгона митинга 7 ноября в Тбилиси, очень сильно досталось журналистам. И Саакашвили долго замаливал грехи перед мировым сообществом. Та акция сильно похожа на то, что произошло в Минске. Разница только в том, что Саакашвили пришлось после того скандала, который разразился в Европе и мире, пойти на очень серьезную либерализацию собственной системы.

- Белорусские официальные СМИ сравнивают разгон площади с действиями московской милиции по отношению к участникам недавних беспорядков на Манежной площади в Москве. Насколько адекватно такое сравнение?

- Это разные вещи. Природа конфликта разная. Если в Минске протестуют против несправедливых выборов, нарушений на выборах, то в Москве это было попыткой спровоцировать межнациональный конфликт. Согласитесь, две эти проблемы имеют разную мотивацию. В Москве буйствовала пьяная и действительно вооруженная ксенофобская толпа, которая избивала в метро тех, кто отличается цветом кожи или формой носа. А в Минске были мирные манифестанты, которые просто хотели, чтобы политическая жизнь страны была честной. Это были совсем разные митинги!

Справка «БелГазеты». Владимир Ворсобин, первый замредактора отдела политика газеты «Комсомольская правда». Как правило, в освещении выборов на постсоветском пространстве занимает взвешенную позицию. В 2006г. Ворсобин прославился конструктивными комментариями о событиях в Минске. Говоря о протестующих, например, замечал: «Эти революционеры в СНГ так похожи друг на друга, будто выращиваются в одном инкубаторе…» Или: «Европа исхитряется на личный вкус называть выборы - свободными или нет. И в Беларуси это волнует лишь интеллигенцию. А остальной народ после твоего киевского Майдана так боится потерять то, что имеет, что ему вообще не до политики!» На события 19 декабря 2010г. Ворсобин отреагировал совсем по-другому: «Безумная ночь минского Майдана закончилась. Началось утро стрелецкой казни». Ворсобин отмечал, что 20 декабря «телевизор был переполнен документальным видео… Сюжеты о раненых милиционерах - вот, например, горемычный товарищ, который пострадал на улице Немига, 26, где был избит кандидат Некляев. «Они (демонстранты) на меня набросились и начали бить чем попало», - жаловался в камеру милиционер. Его слова кивками подтверждают еще два раненых товарища. Вот и доктор, который рассказывает о травмах служивых - у одного нога, у второго - рука, у третьего - грудь... «Подождите. Я ж там был, на Немиге этой!» - кричу в телевизор. Странно - стоял рядом с этим капитаном и видел, что никто его не трогал. Демонстранты говорили с ним вежливо, о конституции, правах человека. ОМОН их потом бил с наслаждением! Интересно, может, капитан об кого-то руку сломал?!»

Фото: kp.ru
Добавить комментарий
Проверочный код