Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
№13 (736) 05 апреля 2010 г. Радости жизни

«Кому-то может показаться, что Шопен здесь был уничтожен»

05.04.2010
 
Максим ИВАЩЕНКО

Судя по приподнятому тону афиш и предварительных релизов, выступление польского камерного оркестра AUKSO должно было серьезным образом разнообразить программу фестиваля «Минская весна-2010».

24 марта на сцене Большого зала Белгосфилармонии AUKSO вместе с джазовым трио (Матеуш Колаковский, Матей Грабовский, Кшиштоф Градюк) готовились представить свой свежий проект A Chopin Odyssey. Вечер обещал ни много ни мало - «необычайно смелую презентацию произведений Шопена в джазовой интерпретации».

 
Максим ИВАЩЕНКО

О смелости и уместности подобных экспериментов корреспонденту «БелГазеты» накануне концерта рассказал художественный руководитель AUKSO Марек МОСЬ.

- AUKSO вряд ли можно назвать типичным камерным оркестром…

- Наш коллектив всегда активно сотрудничал с миром неклассической музыки. В 1998г., в первый год своего существования, AUKSO выступил на фестивале Jazz Jamboree в Варшаве с Лёшеком Можджером, исполняя его композиции. И это в определенной степени демонстрировало, что наш коллектив открыт к сотрудничеству с неклассической музыкой.

(На фото: Марек Мось надеется, что Минску понравился A Chopin Odyssey, хотя «музыка Шопена в нашем проекте иногда приобретает типично джазовые формы, а скерцо, например, и вовсе заканчивается южноамериканской фиестой» )

У нас было много проектов с выдающимися польскими джазменами Томашем Станько, Михалом Урбаняком, Анджеем Ягодзинским и его коллективом, а недавно мы и вовсе играли с блюз-роковым коллективом. Сотрудничаем мы и с классическими пианистами - например, не так давно записали пластинку с Янушем Олейничаком (AUKSO - «Bacewicz, Penderecki, Kancheli», BeArTon, 2010), впереди - новые записи и проекты для слушателей, которые предпочитают чистую классику.

- Откуда у руководителя камерного оркестра такая заинтересованность в совместных проектах с неклассическими музыкантами и коллективами?

- Мир джаза может дать классическим музыкантам хороший пример того, что есть свобода в музыке. В таких совместных проектах классические музыканты учатся джазовой артикуляции, более безоглядной атаке на звук, учатся полностью подчиняться режиму пульсации, который задает ритм-секция.

С другой стороны, джазмены, выступая с классическими музыкантами, могут не столько научиться, сколько вспомнить, что музыка - это множество оттенков и динамик: это не что-то однозначно подчиненное ритму, а полноцветный, яркий, красочный мир. Исполняя классическую музыку, джазмен продолжает идти своей дорогой - никто не ограничивает его воображение. В то же время, меряясь силами с великими, написавшими эти вдохновенные произведения, джазмен обогащается сам.

- Марта Аргерих и Белла Давидович, чьи концерты состоятся в рамках празднования Года Шопена в Варшаве, в таких экспериментах определенно не нуждаются...

- Разумеется, для многих этот эксперимент необязателен. Нельзя сказать, что классическая музыка испытывает какую-то особую необходимость в подобных проектах. Но мне почему-то кажется, что это любопытно; что такие совместные проекты каким-то образом обогащают музыку.

Марта Аргерих - достаточно отважная особа, ей приходилось участвовать в самых разнообразных проектах: если и не выступать вместе с джазменами, то играть на фортепиано в шесть рук. Я думаю, у нее достаточно чувства юмора, чтобы решаться на подобные вещи.

Большинство блестящих классических музыкантов с джазом не хотят иметь ничего общего. Все-таки джаз - это совершенно другой мир, живущий по собственным правилам; не каждый классический музыкант отважится туда заглянуть. Я же считаю, что эти миры, классику и джаз, можно объединить.

- На этот раз инициатива, однако, исходила от джазовых музыкантов...

- Это была инициатива Матеуша Колаковского, его вклад в Год Шопена. Я свел Матеуша с Петром Стечеком (электрическая скрипка, духовые, композиция и оркестровка проекта. - «БелГазета»), который уже многократно давал мне возможность оценить его как человека, наделенного большим талантом, джазового композитора и аранжировщика. Музыка Шопена и то, что можно назвать джазом, в программе A Chopin Odyssey представлены в абсолютном равновесии. Музыка написана таким образом, что в ней с легкостью можно распознать Шопена, а музыканты могут продемонстрировать свои импровизационные возможности. Аранжировки Стечека кажутся мне чрезвычайно удачными.

- Сильной ли деформации подверглась музыка Шопена, если ее можно только распознать в музыке проекта?

- Видите ли, так эти вещи услышал Петр Стечек. Часть вещей здесь представлена в классической гармонии, но многие шопеновские произведения были изменены - как в гармонической, так и ритмической области. Музыка Шопена в нашем проекте иногда приобретает типично джазовые формы, а скерцо, например, и вовсе заканчивается южноамериканской фиестой.

С одной стороны, людям, которые слушают авангардный джаз, может показаться, что это недостаточно смело. В то же время людям, которые не слушают джаз, может показаться, что Шопен здесь был уничтожен.

Человек, который пишет музыку или исполняет ее, не раз столкнется в жизни с тем, что кому-то в его музыке что-то не понравится. Нужно быть просто настойчивым и иметь в то же время достаточно смирения, чтобы вслушиваться в критику. При этом продолжать реализовывать то, что ты хотел бы делать и что есть у тебя в голове, - без оглядки на то, нравится это большей части слушателей или меньшей.

- В минских афишах концерт AUKSO представлялся как «джазовые интерпретации сочинений Шопена», в то же время речь идет о чем-то более сложном…

- Понимание «джазовые обработки Шопена» часто основывается на том, что оркестр играет классического Шопена, а на этом фоне пианист что-то импровизирует. Я и мои коллеги хотели этого избежать - мы являемся категорическими противниками такой презентации Шопена на джазовый лад. Таким Шопен не является - это Шопен, который изменен и гармонически, и формально. Если у Шопена что-то выстроено на базе прелюдии или сонаты, то это имеет свою форму и свою конструкцию - в противном случае возникают совершенно новые произведения.

Конечно, исполняя подобные сочинения с джазменами, чьим, как полагает общественность, уникальным почерком является импровизация, мы стараемся найти там такие фрагменты, которые позволяют джазменам проявить свободу. Если такой свободы не предполагает конструкция произведения и установленная раз и навсегда оркестровая часть, то открытые фрагменты для импровизации на фортепиано у Шопена всегда можно найти.

- Рассчитываете ли вы на какую-то особую реакцию на проект A Chopin Odyssey от белорусской публики?

- Я только надеюсь, что Минску проект понравится. Это будет третье наше выступление с данной программой: презентация прошла 24 февраля в Вильнюсе, а 22 марта мы сыграли эту программу у нас, в Шленске. На польской премьере в Тыхах присутствовали представители городских властей. После концерта они подошли ко мне и сказали, что время на концерте пролетело для них необычайно быстро: когда мы закончили играть, они думали, что это только половина программы. Это был очень лестный отзыв о нашем проекте.

Конечно, всегда найдется кто-то, кто скажет, что чего-то в этом проекте слишком много, чего-то - слишком мало. Сочинение музыки по канве великих классических имен - дело небезопасное: граница между хорошим вкусом и дурным здесь очень тонкая.

СПРАВКА «БелГазеты». Марек Мось родился в 1956г. в Пекары-Слёнске (Польша). Окончил в Катовицах Академию музыки им. Шимановского по классу скрипки. В 1978г. вместе с другими выпускниками академии основал квартет Silesian String Quartet, заслуживший славу одного из наиболее выдающихся смычковых квартетов Европы. В 1998г. основал камерный оркестрAUKSO, является его дирижером и худруком. Дважды лауреат премии польской звукозаписывающей индустрии Fryderyk. Почетный гражданин города Тыхы, профессор Академии музыки в Катовицах.



«ПЛАВАЮЩИЕ» ГАРМОНИИ,«МЯУКАЮЩАЯ» СКРИПКА

Любители джаза, пришедшие на «Шопена в джазовой интерпретации», могли остаться несколько разочарованными: джаза как такового в программе A Chopin Odyssey не было, да и не могло быть. То, что концерт позиционировался именно как «джаз», можно отнести к поверхностному подходу Белгосфилармонии в формировании своих программ. Как и обещал Мось, джазовое трио использовалось в программе как инструментальная единица общего оркестрового эксперимента, относящегося, в свою очередь, скорее к академической экзотике и неоклассике, чем к джазу.

Помимо джазового трио и камерного оркестра, значительную роль в программе играла «мяукающая» электроскрипка Петра Стечека, автора проекта и исполнителя партий духовых инструментов, - этот сектор «Одиссеи Шопена» отвечал больше за авангардное наполнение проекта. Фортепианные партии Матеуша Колаковского были выдержаны вполне в классическом ключе, а ритм-секция в лице Матея Грабовского и Кшиштофа Градюка, зарекомендовавших себя в составе R.G.G.Trio как стопроцентный фри-джазовый проект, задавала общий ритм пульса оркестру.

Пиковой точкой этого сложного симбиоза можно было бы считать «Похоронный марш» Шопена, превратившийся не столько в трагическую, сколько в фантасмагорическую картину ускоренного просмотра жизненного пути почившего. Шопен действительно оставался в такой интерпретации нетронутым - «плавающие», свободные гармонии словно накладывались поверх и рядом с оригинальной партитурой.

Несмотря на отличительную особенность AUKSO - ряд совместных проектов с неклассическими коллективами, - часть европейской славы оркестра можно отнести и на исполнение серьезной академической музыки Гражины Бацевич, Хенрика Горецкого, Витольда Лютославского. Возможно, в этот вечер минчанам представился замечательный шанс оценить класс игры AUKSO в более облегченном, дружелюбном варианте.
Добавить комментарий
Проверочный код