Понедельник, 5 Декабря 2016 г.
Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№07 (730) 22 февраля 2010 г. События. Оценки

«Можно было ожидать худшего»

22.02.2010
 
Елена АНКУДО

Адвокат осужденного Дмитрия Баранова, заведующая юрконсультацией N1 Советского района Минска Ирина Шабанова, рассказала «БелГазете», о какой охоте может идти речь в «деле охотников» и чем ей запомнились обвиняемые.

- Говоря о «деле охотников», глава государства подчеркнул: «Прощения не будет никому». Сложно ли было вам после столь грозного президентского вердикта осуществлять защиту своего клиента?

- Обращения этого я не слышала, приступала к делу с мыслями, что оно интересное и сложное. Комментарии стали известны намного позже, поэтому, ожидая приговора, беспокоилась за судьбу своего подзащитного больше, чем когда-либо. Когда речь идет об обоснованном непризнании вины, защита всякий раз надеется, что будет принято правильное, на ее взгляд, решение. Но в данном случае в отношении моего подзащитного Баранова можно было ожидать худшего.

(На фото:Ирина Шабанова высоко оценила поведение осуждённых милиционеров в ходе судебного процесса:«Они настоящие мужчины, офицеры и профессионалы, которые держались очень достойно» )

- Поэтому приговором вы удовлетворены?

- Сложно отвечать однозначно - наказание Баранову и Малаеву менее существенное, чем могли ожидать обвиняемые и их защитники с учетом позиции стороны обвинения, высказанной в судебных прениях. В отношении двух других осужденных такого сказать нельзя. Приговор действительно не такой жесткий, как можно было ожидать, но не в отношении всех.

- Много ли доводов невиновности экс-милиционеров удалось собрать защите?

- Их было более чем достаточно, причем в отношении не только моего подзащитного. Доводы эти касаются и недоказанности вины, и вообще отсутствия состава преступления в действиях обвиняемых. Основное количество доказательств защите не нужно было собирать дополнительно - они находились в материалах дела и нуждались в грамотной оценке, что защита и предлагала сделать суду.

- Уголовное дело бывших милиционеров известно как «дело охотников». Насколько точно соответствует оно этому названию?

- Никак не соответствует. Предыстория возбуждения уголовного дела действительно в некотором смысле связана с охотой, но предъявленное обвинение было основано на совершенно иных обстоятельствах. Можно даже отметить, что Баранов и Малаев - не охотники.

- Заметной деталью «дела охотников» стало видеообращение в то время подозреваемого по делу Александра Малаева с сообщением о противостоянии между МВД и КГБ, вылившемся в уголовное дело. Сказалось ли наличие этого видеообращения на судебном процессе, изучалось ли оно?

- Нет, оно не относится к материалам дела.

- Ряд граждан, чья деятельность будет исследоваться в рамках уголовного дела, наверняка сопоставят видеообращение с освобождением Малаева в зале суда, наполнив Интернет откровенными признаниями…

- Не вижу ничего плохого, если новые обращения будут содержательными и обоснованными. При этом нужно понимать, что предметом исследования в суде могут быть не видеообращения, а надлежащим образом оформленные ходатайства, заявления или просто показания. Что касается освобождения Малаева в зале суда, то, очевидно, суд пришел к такому выводу, оценив собранные в отношении него доказательства.

- Если один из осужденных заговорил о противостоянии между МВД и КГБ, можно предположить, что основными свидетелями обвинения по делу милиционеров стали сотрудники КГБ?

- Среди свидетелей, допрошенных судом, не было сотрудников КГБ. Им не было необходимости выступать свидетелями со стороны обвинения, поскольку предварительное расследование по делу было поручено сотрудникам КГБ.

- Почему, на ваш взгляд, рассмотрение уголовного дела проходило в закрытом формате?

- Так или иначе в ходе судебного разбирательства затрагивались вопросы и обстоятельства, относящиеся к государственным секретам.

- …одним из которых является оперативная работа сотрудников правоохранительных органов?

- Да. Поскольку обвиняемые - сотрудники милиции, а к уголовной ответственности они привлекались в связи со служебной деятельностью.

- Первоначально все милиционеры обвинялись по уголовной статье «Превышение власти или служебных полномочий», однако суд переквалифицировал часть обвинения на «Злоупотребление служебными полномочиями». Трансформация обвинения повлияла на смягчение наказания?

- Более мягкое наказание получил Баранов, хотя его действия не переквалифицированы. В случае же с Ермаковым и Миненковым противоположная ситуация: их действия были частично квалифицированы иначе, однако наказание меньше не получилось.

- Несколько странно было видеть улыбки на лицах обвиняемых в момент оглашения приговора… Были уверены в вынесении оправдательного приговора?

- Они настоящие мужчины, офицеры и профессионалы, которые держались очень достойно на протяжении всего процесса, демонстрируя присутствие силы духа и готовность все выдержать.

СПРАВКА «БелГазеты». О том, что «дело охотников» - это результат противостояния КГБ и МВД, публично заявил в своем интернет-видеообращении к президенту, записанном накануне ареста, руководитель управления по борьбе с коррупцией и экономическими преступлениями управления внутренних дел Гомельского облисполкома Александр Малаев в июне 2009г. По его словам, при расследовании ряда уголовных коррупционных дел сотрудники возглавляемого им УБЭПа начали выходить на очень высоких чиновников. Проще говоря, влезли в «заповедные зоны», в которых, как известно, любая охота запрещена. За что и поплатились. «Большие начальники милиции, руководители крупных предприятий поохотились так, что сегодня приходится разбираться в рамках уголовного дела. Не буду забегать вперед, люди об этом узнают, но прощения не будет никому», - предупреждал Александр Лукашенко еще в апреле 2009г. Министр внутренних делАнатолий Кулешов в конце января 2010г., говоря о взаимоотношениях МВД и КГБ, заявил: «Не было этого противостояния, нет и быть не должно» - «никаких данных, говорящих о том, что это уголовное дело было возбуждено незаконно, у меня не имеется». Но вряд ли бы дело получило такой резонанс, будь в нем задеты интересы только занесенной в Красную книгу несчастной рыси.
Добавить комментарий
Проверочный код