Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
№01 (724) 11 января 2010 г. Накоротке

Виктор Лупасин: «Пока неясно, гений я или графоман»

11.01.2010
 
Наталья ПРОВАЛИНСКАЯ

На пресс-конференции 30 декабря Александр Лукашенко пообещал, что готов хорошо заплатить отечественным писателям за качественный товар: «Все щеки надувают: государство не поддерживает, не помогает. Дайте продукт, дайте товар! Я когда-то сказал: «Войну и мир» на стол - я заплачу. Где «Война и мир», хотя бы «Поднятая целина», где она? За что платить?» Президент призвал творческую богему отойти от советских привычек: «Дайте, дайте, а мы посмотрим, что дать… Нет, положите на стол товар - получите хорошие деньги. Гарантирую».

«Правильно призвал! - полагает молодой литератор Виктор ЛУПАСИН.- Совок в нынешней белорусской литературе живее всех живых. Если белорусский писатель захочет упомянуть в опусе стринги, он их возьмет в кавычки и пояснит, что это женские трусики, сзади имеют вид трех тонких полосочек, оголяя попу. Самые смелые авторы, наоборот, употребят это слово на самом видном месте, чтобы показать - мы офигеть какие продвинутые. Они или боятся нового, или бравируют им. Еще одну совковую привычку можно обозначить гениальной фразой: «Коля, вырубай кондиционер, тут одни наши!» Плюс существует 200 священных коров, небожителей, которых трогать нельзя».

О МОЛОТКЕ ДЛЯ СТАЛИНА

Некоторые авторы воспримут слова президента как сигнал к действию: «Бросятся срочно писать. И это неплохо. Вдруг проскочит что-то дельное. У нас же болото, Стикс, который не течет. Я по-разному отношусь к президенту, но он большой молодец, что этот Стикс всколыхнул». Особо отзывчивые литераторы могут попробовать «дать образ положительного героя современности в трилогии «Детство. Отрочество. Юность» президента. Но, думаю, ему самому станет тошно от таких опусов. Прошли времена, когда он восторгался «Гобеленом века» со своим портретом».

Если писать с целью «заслужить высочайшее одобрение, получится г…о, обильно сдобренное повидлом. Писать надо, чтобы дать людям вещь. Если я делаю молоток на выставку «Подарки товарищу Сталину», то не для того, чтобы Сталин меня похвалил. Я просто делаю хороший молоток».

«Нячэсныя» писатели могут и побрезговать президентским гонораром:«Идет мерзкое противостояние. Все такие до жути принципиальные! Мне это напоминает стихотворение Козьмы Пруткова «Осада Памбы»: «Пусть мы крепости не взяли, но поклясться можем смело перед совестью и честью: целых девять лет не ели, ничего не ели ровно, кроме только молока!» Я бы не побрезговал, но мне и не предлагают». Пока в Беларуси «идет холодная гражданская война», писателю надо«быть над схваткой».

О ПОДГУЗНИКАХ ЭЛВИСА ПРЕСЛИ

Исторический материал для «Войны и мира» в Беларуси есть:«Книга написана про Отечественную войну 1812г., которую можно сопоставить с нашей Великой Отечественной на данном историческом этапе: вымерли почти все ветераны, литература окопной правды уже отгремела, появились мифы, война стала брендом, ходульной национальной гордостью».

Однако такие произведения «на пустом месте не строят - чтобы покорить высоты, нужен фундамент. Мне очень нравится чеховское сравнение литературы с армией: нужны низшие чины. Солдаты, которые мечтают стать генералами. Средняя актуальная литература - это разные Маринины и Акунины. Ходовой товар. У нас нет плодовитых беллетристов-борзописцев».

Вопрос гонораров - особо острый:«Советскому писателю платили 100 руб. за авторский лист, это где-то 20 страниц. За книжку среднего размера получаем 5 тыс. руб. Если ты писатель маститый, идут солидные надбавки. 5 тыс. стоили «жигули» - символ благополучия и плодородия. Но советское писательство было дутое, как финансовая пирамида».

От президента хотелось бы получить «$5 тыс. задатка, чтобы я мог полгода спокойно писать и при этом нигде не работать. «Войну и мир» не обещаю, а «Альтиста Данилова» положу на стол. Это очень хорошо написанный клон «Мастера и Маргариты» Владимира Орлова (русский прозаик и сценарист 1936 г.р.) - тот самый средний чин, литературный старший лейтенант».

Книгу Лупасина«держали в издательстве «Галiяфы» два года, издали тиражом 300 экземпляров. Белорусскую литературу так не спасешь!». К тому же«опубликованы устаревшие вещи. Мне в этой книге не стыдно только за один рассказ и за цикл автомобильных сонетов - первый в восточнославянской поэзии. А сейчас меня обязывают эту книгу рекламировать! Это как рекламировать свои старые подгузники. Их надо продавать с аукциона, когда ты станешь Элвисом Пресли».

О БЛАТЕ И ВЕШАЛКАХ

В этой стране «все делается медленно и неправильно. В том же СССР дело было на мази. Возьмем Коласа. Он пишет стихотворение в первый день войны - на второй день войны оно уже опубликовано в русском переводе. Тормоза с изданием херят на нет всю актуальность литературы. Даже если писатель в 2008г. выучил слово «доставляет», опубликуют его опус в 2012г., когда оно выйдет из моды. А к 2015г. критика отметит, что появился писатель, употребляющий современный молодежный сленг. Это не литературный процесс - это фигня».

Чтобы издать«свои опусы мизерным тиражом, нужно вложить порядка $1 тыс. Меня по блату напечатали бесплатно». В толстых журналах гонорары «относительно приличные»: «В «Маладосцi» за три страницы стихов я получил Br150 тыс., но прожить на эти деньги нереально».

Современной белорусской литературы«почти не существует - тут я согласен с Лукашенко. Причем ни среди авангардистов, ни среди традиционалистов, ни среди оппозиционеров, ни среди «лукашистов». Есть «отдельные сильные писатели - Орлов, Федоренко, Бахаревич, Жибуль. Некоторые имеют признание, но среди своих. Писатель для писателей - это как автоконструктор для автоконструкторов».

Писать нужно «легко, красиво и в меру эпатажно. Эпатаж - это крючок, на который вешается все пальто». И у писателя Лупасина «очень немного стихов, рассчитанных на голый эпатаж. Скажем, мое стихотворение «Купала. Колас. Лупасин» - это не эпатаж. Это даже не мания величия. Это конкретная поэзия. В белорусском социуме достаточно сказать «Лукашенко» - и это уже будет стихотворение. Даже поэма».

О ГОМЕРИЧЕСКОЙ ГРАФОМАНИИ

По его версии,«яркая размашистая графомания - именно то, из чего вырастают таланты. А литературщина - разложившийся труп прошлого. Почти все наши литераторы гонят литературщину. Доходней и прелестней. А я считаю, что лучше уж графоманию гнать». Вообще-то, «неясно, гений я или графоман. А у 99% белорусских писателей все ясно - не графоманы, но и не гении».

От официального Союза писателей «толку маловато. Хотя зависит все не от союза, а от писателей. Как сказал Сталин, «других писатэлэй у мэня нэт». В творчестве союза время от времени встречается «гомерическая графомания, которая доставляет лузлы. У Аврутина знаю одну строчку: «Портье, портвейну пора плеснуть!» Он перепутал портье с барменом». Правда, «тыкни мне пальцем в любого писателя-центриста, я не скажу, в каком он союзе состоит. Если бы меня принимали в оба союза, я бы вступил в оба».

Свою новую книгу«я собственноручно сверстаю в Paint, распечатаю на лазерном принтере, буду продавать как эксклюзив - по предварительному заказу за ящик пива. Такую книгу будут хранить в квартире на видном месте. Каждый гость начнет расспрашивать, кто такой Лупасин и почему он так странно пишет. Пусть такой гость идет ко мне - я за пиво распечатаю книгу и ему».

ДЕТЕКТОР ЛЖИ

- Белорусской литературе не хватает «Поднятой целины»?

- Сегодня белорусской литературе нужней, пожалуй, «Ночной дозор».

- Власти хотят получить произведения в духе соцреализма?

- Я очень надеюсь, что власть у нас умная
(смеется).И дешевый развод ей уже не нужен.

- За какую сумму возьметесь за написание «Войны и мира»?

- Главное, чтобы пачка влезала в карман. Понты отвлекают от работы. Писатель - не телеведущий и не светский лев.

- В какой срок уложитесь?

- Полгода я буду собирать материал. Нужно знать, какие были пуговицы и слова-паразиты. К тому же, раз это «Война и мир», надо выучить иностранный язык, на котором будет идти половина всего текста.

- Не коробит ли вас как творца предложенная президентом схема «товар - деньги»?

- Нет. «Не продается вдохновенье, но можно рукопись продать». Моя душа - не товар. Как написал - так написал. Понравилось - платите деньги.

- У нас есть писатели-звезды?

- Есть несколько таковых. А есть недозвезды. Ну хотя бы я. Тоже пыжусь.

- Когда книга на белорусском языке перестанет быть не только литературным, но и политическим явлением?

- В 2017г. Когда мне исполнится 35 лет.

- Режим мешал вам творить, перекрывал доступ к аудитории?

- Мне особо нечего перекрывать. Лично мне режим ничего не сделал. Ни хорошего, ни плохого.

- Можно ли говорить о «белорусской литературе начала XXI в.»?

- Пока нет. Делают ее те же люди, что и в XX в., теми же дедовскими методами.


КОНТРАТАКА

- У нас по-прежнему делят литературу на правильную и неправильную. Причем делят все - и режим, и борцы с ним. Одна группа говорит, что она в белом костюме, а вторая - «кака». Вторая говорит, что наоборот. Это ситуация недостойна истинных гениев, к которым я себя причисляю. На самом деле, пожалуй, единственный настоящий белорусский писатель - Бахаревич. Он не «описатель», не писатель для писателей и не авангардный гений. Он нормальный, сильный творец. Мог бы и «Войну и мир» написать. Правда, не уверен, что ему нужны деньги от Лукашенко в сытой Германии.
Добавить комментарий
Проверочный код