Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Обеспечит ли работой 500 тыс. граждан, официально зарегистрированных как безработные, обновленная версия декрета N3 «о тунеядцах»?
нет, скрытая безработица гораздо выше
нет, пока не будут проведены структурные реформы в экономике
нет, все закончится очередными акциями протеста
да, если президент приказал
нет, пятая колонна в Совмине преднамеренно дезинформирует президента
№46 (718) 23 ноября 2009 г. Радости жизни

Неформат Де-Юре

23.11.2009
 
Татьяна ЗАМИРОВСКАЯ

Наверное, это был первый случай в истории детского «Евровидения», когда взрослые белорусы бросили свои дела и прилипли к телеэкранам, переживая за 13-летнего Юру Демидовича, автора хита про волшебного кролика. Увы, «Кролик» не победил и не оказался даже в первой пятерке (9-е место из 13). Чуда не случилось, мир в очередной раз доказал: победа в массовых развлекательных мероприятиях редко достается по-настоящему новым и нестандартным вещам.

Победа Юры в белорусском отборочном туре - по сути, самая главная его победа и самая важная. Она фактически символизирует возвращение в Беларусь демократии: если бы в силу каких-то посторонних влияний он не победил, белорусы бы наверняка вышли на улицы города и помчались громить Белтелерадиокомпанию. Противостояние аккуратных, глянцевых детей, распевающих про дружбу и солнышко, странному мальчику в строгом костюме с мистической песней на псевдолатыни вдруг обернулось чудом: заклинание сработало, народный любимец победил.

Детское «Евровидение» - тоже противостояние, но другого уровня. Там безоблачный мир детства противостоит миру взрослому, нервному и суровому. В идеале детское «Евровидение» должно быть лишено пубертатного ужаса - этого хватает во взрослой жизни, а дети до какого-то возраста должны жить в сказке, только смутно догадываясь, что дальше, в общем-то, ничего волшебного: разбитое сердце, подростковые депрессии, угревая сыпь…

Несмотря на это, большинство участников детского «Евровидения» играет во взрослых - выдают половозрелые песни о любви, в белых костюмах распевают томное R’n’B, страстно вздыхают в микрофон. По большому счету эти рано созревшие дети должны сдерживать себя и как-то дорастать до взрослого «Евровидения», чтобы уже там презентовать проблемы невзаимной любви - мир детства чересчур хрупок, его надо беречь. Именно поэтому белорусы несколько раз побеждали в конкурсе с детскими песнями: мы первыми поняли, что дети должны оставаться детьми, а не блестеть в камеру напомаженным ртом.

В этот раз наша задача усложнилась - мы послали на конкурс в Киев не просто детскую песню, а необычную детскую песню, полностью соответствующую понятию «нестандартный ребенок исполняет неформатный номер». Мы имели на это полное право - мы уже выигрывали, детское «Евровидение» все равно пройдет в Беларуси. Мы запросто могли рискнуть и отправить на конкурс не то, что совпадает с массовыми представлениями о детских песнях, а что-то оригинальное. Юра кардинальным образом отличается от юных нидерландских мачо, за которых наверняка голосовали тысячи 13-летних девчонок, мечтающих о сладком принце из далекой Европы. Он отличается и от славной российской девочки, за которую голосовали все, кому нравятся веселые детские номера а-ля Ксения Ситник. Фактически такого на детском «Евровидении» вообще никогда не было: в нашей песне нет ничего веселого, но она поразительна - не случайно видео «Волшебного кролика» стало интернет-хитом.

Демидович был не единственным, кто представил детскую песню. Были и девочки-принцессы из Грузии, и маленькая йодлирующая мадам из Бельгии. Но он был единственным, кто сделал нестандартную песню - в одиночку он противостоял розовым сказкам и маленьким принцам. Одолеть оба этих уровня - противостояние миру «взрослых» пубертатных детей и противостояние миру стандартных детей - пожалуй, нелегко. У Юры Демидовича есть талант, есть харизма, есть индивидуальность - он мог занять и первое, и последнее место с одинаковым успехом.

Недоброжелатели, хором рассуждающие о странности песни, вряд ли отдают себе отчет в том, что детство, в принципе, еще и такое. Разумеется, не всем детям по душе сюрреалистические стихи Даниила Хармса, абсурдные сказки Людмилы Петрушевской и гротеск «Алисы в Стране чудес». Но этот момент дурашливого мистического сюрреализма в мире детства все-таки присутствует. Юра играет именно на этом поле - и разве проигрывает?

Если задуматься - мы сделали прекрасное шоу. Когда на сцену вышел Юра, все изменилось - и зал, и зрители. Даже операторы и осветители вдруг стали работать иначе - будто снимают стадионное рок-шоу; да это и походило на рок-концерт: зрители впали в экстаз! Возможно, эта песня - не совсем «формат». С другой стороны, если бы на взрослом «Евровидении» от Великобритании выступил бы певец Моррисси (он собирался), случился бы идентичный «разрыв шаблона» - странноватый Моррисси бы не победил (как не победила и Патрисия Каас), но разве это значит, что он перестал бы являться одним из самых знаковых музыкантов в истории современной музыки?

Ани Лорак после конкурса посоветовала белорусам «поддержать мальчика». Возможно, эта просьба излишняя - Юра чувствовал поддержку больше всех остальных детей. Ни один участник конкурса не вызвал такой единодушной реакции у зрителей. Возможно, благодаря этой поддержке он спел великолепно (в отличие от прочих детей, часто не попадающих в ноты).

Да и проиграли ли мы? Мы рискнули, предпочли не подстраиваться под «формат» - и победили, потому что весь этот гигантский зал был наш: им дирижировал наш маленький мальчик. Что нам до далекой непонятной Европы? Да, мир жесток - нестандартным людям в нем сложнее. Да, дети жестокие - предпочитают нелестно отзываться о тех, кто не отвечает «формату». Но мы выиграли, потому как развлекались, как хотели - показали Европе «Волшебного кролика». Он мог занять первое место, мог не занять его - это совершенно не важно. Ведь никакие другие песни-участники не превратились в рингтоны.

Фото: tut.by
Добавить комментарий
Проверочный код