Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Обеспечит ли работой 500 тыс. граждан, официально зарегистрированных как безработные, обновленная версия декрета N3 «о тунеядцах»?
нет, скрытая безработица гораздо выше
нет, пока не будут проведены структурные реформы в экономике
нет, все закончится очередными акциями протеста
да, если президент приказал
нет, пятая колонна в Совмине преднамеренно дезинформирует президента
№46 (718) 23 ноября 2009 г. Личный вкус

Дайте джаза в Год Шопена

23.11.2009
камерТОН

Максим ИВАЩЕНКО

Фигура Адама Маковича, без сомнения, принадлежит к сонму джазовых легенд. И в Минск Макович приехал как настоящая легенда - с совсем не той программой, которую могли бы ожидать его поклонники (если таковые еще уцелели со времен винилов серии Polish Jazz и дуэтов с Томашем Станько).

С тех пор как в 1978г. Адам Макович окончательно обосновался в США, его имя фактически исчезло для нашего слушателя: пианист-европеец в джазовом Нью-Йорке - это даже не «американец в Париже». За последующие 30 лет Макович выпустил более 20 альбомов, в т.ч. на Сoncord Records. Каждый из них - жемчужина малой величины: Макович неустанно совершенствовал свою технику, а материал альбомов часто представлял полную ретроспективу какой-либо джазовой персоналии, будь то Гершвин, Эллингтон или Джером Керн.

Когда Адам Макович только переезжал в Америку, его называли «почти вторым Артом Тэйтумом» - в итоге Макович пополнил в США число высококлассных музыкантов, пользующихся в то же время не самым большим вниманием публики. Надо думать, что и для польского слушателя легенда Маковича осталась в далеких 1970-х гг. - редкие «всплытия» его имени на поверхность в 2000-х гг. в связи с альбомом Reflections on Chopin (2000) и нашумевшим концертом в «Карнеги-Холл» на пару с Лешеком Можджером (2003) только подтверждают это.

Посольство Польши пригласило Адама Маковича в Минск по поводу приближающегося празднования Года Шопена (на 2010г. приходится 200-летний юбилей композитора). По словам посла Польши в Беларуси Хенрика Литвина, фигура Маковича была выбрана для открытия юбилейного цикла по принципу значимости: великий польский джазовый пианист - к юбилею великого польского композитора. Соответственно, и Адам Макович был приглашен с шопеновской программой.

При этом всех меньше всего волновало то, что обращение Маковича к Шопену - глубоко личный, частный специфический случай, связанный с его заокеанскими рефлексиями о Польше, детстве и меньше всего подходящий для масштабных презентационных программ. Относить к таким программам диск Reflections on Chopin, вышедший на небольшом американском лейбле и призванный хоть в какой-то мере представить Америке великого польского композитора на ее, Америки, джазовом языке, вряд ли уместно. «Два поляка, встретившихся в Нью-Йорке в самом престижном зале, не могут не сыграть Шопена!» - так объяснял Макович «шопеновскую» программу своего совместного концерта с Можджером в «Карнеги-Холл».

Шопен - отнюдь не стихия Адама Маковича; растянувшееся на два отделения концерта джазовое обыгрывание «шопеновских» прелюдий, мазурок, ноктюрнов и скерцо вполне укладывалось в формат «встречи с легендой», «хорошего концерта», но никак не нормального джазового концерта или полноценного концерта Маковича. У Шопена Маковича интересует только яркая мелодия, и он объясняет свой подход: «Нельзя импровизировать импровизацию». В итоге прозрачные, практически хореографические прелюдии в вариациях Адама Маковича в силу их рефлексивного характера получают «затемненную», сложную для восприятия, отнюдь не шопеновскую логику и структуру.

Момент смены мелодий Шопена «черным», чуть ли не новоорлеанским, свингом также находится в этой «затемненной» области. Так, наверное, могли всплывать «шопеновские» мотивы в импровизациях таперов - выходцев из Европы в каком-нибудь американском городке во время сеансов немого кино. Макович, несомненно, стоит значительно выше как по технике владения инструментом, так и по палитре изобразительных средств, но его джазовые вариации на темы Шопена все равно выглядят архаичными. Архаичной была и реакция на Маковича белорусской действительности: неизбежное колесо «мастер-класс в музучилище, пресс-конференция, концерт в филармонии, публика аплодирует стоя».

Считанными островками по программе концерта были рассеяны джазовые, не по случаю Года Шопена, пьесы: стандарт Кола Портера в конце первого отделения, гимн кумиру Tatum On My Mind, пьеса Interface из одноименного альбома 1987г., Flower Is A Lovesome Thing Билли Стрэйхорна. Здесь действительно можно было услышать и джаз, и Маковича, великого джазового пианиста, которому пророчили славу Арта Тэйтума.
Добавить комментарий
Проверочный код