Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№30 (702) 03 августа 2009 г. Контекст

Дмитрий Быков: «В России нет ни одного вора в законе»

03.08.2009
 
Виктор МАРТИНОВИЧ

28 июля совершено покушение на Япончика (Вячеслава Иванькова) - российского криминального авторитета ранили в живот из снайперской винтовки. Комментарий следствия: Япончик играл роль «третейского судьи» в решении спорных вопросов и его попытались убрать обиженные им воры в законе. На фоне второй истории - про выпрыгнувшего из окна московского отделения милиции на железнодорожном транспорте студента Якова Солонченко, которого подполковник Терентьев обещал изнасиловать, если тот не даст ему денег, - складывается впечатление, что в России есть милицейский беспредел, но милиция по-прежнему ничего не решает.

О проблеме профилактики преступлений среди милиционеров заговорил на прошедшей неделе даже министр внутренних дел Рашид Нургалиев. По его мнению, начинать работу в этой сфере нужно «с отбора, при этом всесторонне изучать кандидата, делая это не на бумаге. Должен быть расширен комплекс изучения личности». Есть ли у российской милиции иная функция, кроме как требовать деньги с граждан, обратившихся к ней за защитой? И в чем эта функция заключается, если наведением порядка на улицах и «решением вопросов» по-прежнему занимаются криминальные авторитеты вроде Япончика? За ответом на этот вопрос мы решили обратиться не к криминалистике, а к культурологии. В конце концов, культура может сообщить нам о поведении той или иной социальной группы порой даже больше, чем статистика. Образ российского мента в литературе и кино стал предметом разговора обозревателя «БелГазеты» с поэтом и прозаиком Дмитрием БЫКОВЫМ.

- Студент Яков Солонченко обратился в московское отделение милиции с просьбой поймать мошенницу, обманувшую его у вокзала. Подполковник, к которому он попал на прием, запугал парня настолько, что тот выбросился из окна и получил переломы. Почему таких сюжетов нет в современной российской литературе?

- Тема мента - достаточно сложное переплетение комплексов. Давайте рассматривать милицию во всей амбивалентности этого понятия, во всей сложности. Героем 90-х гг. был мент, действующий вопреки закону. Мент, который, вопреки начальству, осуществляет справедливость не всегда законными способами. Такого мента мы видим в сериалах «Улицы разбитых фонарей», «Убойная сила», «Менты», в романах Даниила Корецкого.

Потом этот мент самым загадочным образом эволюционирует. Становится понятно, что в условиях прогнившей государственности Робин Гуд оказывается тоже прогнившим. Мент как национальный герой, национальный проект не состоялся. Этот кризис очевидней всего обозначился в сериале «Бандитский Петербург», который делали серьезные режиссеры, в частности Владимир Бортко. Стало видно, что борец-одиночка в насквозь прогнившем социуме ничего не решает, а сам, как правило, прогнивает.

Последним фильмом про мента, «стоящего на стороне народа», был «Ворошиловский стрелок». Помните, там был образ у Владислава Галкина, он играл положительного милиционера, выступившего против закона, чтобы защитить справедливость? После этого произошел слом сознания. Милиция, только-только получив положительные качества, немедленно их лишилась. А дальше закон оказался важней морали: 90-е гг. проходили под знаком того, что, если есть мораль, закон можно преступать. А тут выяснилось, что мораль - вещь относительная. А закон - абсолютен. И, если нет четких правил, никакая мораль не спасет.

Сейчас мы оказались страной, где нет закона. Где из-за этого милиции можно все. И милиция этим пользуется. Причем довольно цинично. Я здесь согласен с Даниилом Корецким, который сам милиционер и хорошо знает среду. Корецкий говорит, что органы - кровь от крови остальной нации. И в них отражаются проблемы, присущие всей России. Та же продажность, отсутствие правил, чудовищные условия жизни, необходимость кормить семьи, неуверенность в завтрашнем дне.

«РОБИНА ГУДА «СВЕРХУ» НЕ НАВЯЖЕШЬ»

- А есть ли сегодня заказ на образ мента в культуре? И если есть, то кто и как его формирует?

- Заказа на отражение того или иного образа в культуре быть не может. Произведение искусства - всегда отражение какой-то низовой тенденции. Например, считается, что Юлиан Семенов написал «Штирлица» по заказу КГБ. Но это совершенно не так! На «Штирлица» был внутренний заказ самого Семенова, который всю жизнь прожил в ситуации «свой среди чужих - чужой среди своих» и захотел создать образ такого «исповедального» героя. Это случайно совпало с желанием тогдашнего главы КГБ Андропова увидеть на телеэкранах хорошего разведчика. Если бы не было внутренней авторской потребности самого Семенова, никакого Штирлица бы не получилось.

- А в 90-е гг. кто, как и почему «лепил» образ мента-борца?

- Существовал такой же низовой заказ на положительного героя, грозу преступности. Вот начальство не дает ему с ней бороться, а он все равно борется. Эдакий заказ на Робина Гуда. Но ожидание Робина Гуда «сверху» не навяжешь. Люди сами желают, чего им хотеть. Сегодня нет никакого заказа на образ милиции «сверху».

«МЕНТ ГОДИТСЯ НА ОБРАЗ ВРАГА»

- А почему?

- Да потому, что власть сама пока не решила, как с ментами поступить. С одной стороны, у нас одновременно появилась добрая дюжина свидетельств о чудовищных происшествиях с участием милиции. Началось все с дела майора Евсюкова, который расстрелял из «Макарова» 9 человек в супермаркете «Остров», двоих при этом убил. Продолжилось фактами коррупции, о которых заявил начальник ГУВД Москвы генерал-лейтенант Владимир Пронин. Несколько статей о ментовском беспределе написала «Новая газета». То есть вдруг появились реальные сводки о реальных делах.

Как себя вести власти? У нее, на мой взгляд, есть два варианта. Первый - быстро спихнуть ответственность на милицию, сделать ее козлом отпущения. В стране кризис, нужен враг. Мент годится на образ врага. Но этот вариант опасный, чреватый. Потому как милиция может обидеться. А в ситуации каких-то беспорядков милиция власти необходима.

Поэтому мы здесь наблюдаем типичную тандемную ситуацию: какое-то «зависание», нерешенность проблемы. Пока не ясно: будет масштабная реформа МВД, полетят головы или нет. У меня есть ощущение, что милицию козлом отпущения все-таки сделают. Что будут большие перестановки в милицейском начальстве.

«РОССИЯ НЕ ЯВЛЯЕТСЯ МЕНТОКРАТИЧЕСКОЙ СТРАНОЙ»

- Официальное объяснение покушения на криминального авторитета Япончика: «Он был третейским судьей». Если Россия является «ментократичной страной», зачем же нужны криминальные авторитеты для решения вопросов? Почему закона и морали недостаточно?

- Во-первых, Россия не является ментократической страной. И никогда ею не была. Россия есть и будет страной, где власть распространяется на крайне небольшое расстояние от центра, все остальные территории самоуправляемы. Мент входит в структуру этого «самоуправления», но входит тогда, когда ему дают взятку, откуп, чтобы он отвязался. Ведь платят ему не для того, чтобы он решал вопросы. От мента у нас вообще зависит немногое.

Я не думаю также, что сегодняшней Россией правит криминал. Наш криминал уже давно вошел в истеблишмент, сросся с властью гораздо тесней, чем с властью в свое время сросся капитал. Сейчас в России нет ни одного вора в законе, который соответствовал бы классическому представлению об этих аристократах блатного мира. В основном, как сказал недавно Игорь Губерман, - это «назначенцы», а не «коронованные» персоны. В большинстве своем они даже в тюрьмах не сидели. Контроль над экономикой осуществляется криминалом и властью на паях, давно уже нет антагонизма никакого. Но есть некоторые конфликтные зоны, передел в которых чреват определенными блатными войнами.

Вот сейчас, например, была попытка власти вмешаться в проблемы игорного бизнеса. Возникла напряженность. Предположительно, она сопровождалась конфликтом двух группировок. И этот конфликт должен был разрешить Япончик. Но все-таки это какая-то маргинальщина. Реальные дела в России сейчас решаются совсем не этим поколением.

ЛЕЙТЕНАНТ АНИСКИН ПРОТИВ МАЙОРА ЕВСЮКОВА

- А какое поколение сейчас правит Россией?

- Поколение 1960-70 гг. рождения, учившееся в Оксфорде. Это - та посткриминальная элита, которая набрала лоску, легализовала свои капиталы. Все как в «Трехгрошовой опере» Брехта: что такое ограбление банка по сравнению с основанием банка?

- Героический образ мента из культуры был вытеснен не потому, что ему на смену был рекомендован образ «чекиста-Робина Гуда»?

- У меня нет ощущения, что чекист или фээсбэшник в России когда-либо был народным героем. Напротив, у меня впечатление, что это антигерой, он враждебен местному менталитету. Хотя бы потому, что чекисту свойственна скрытность, фальшивость во всем, а в России этого не любят.

Мне кажется, что популярность премьера Владимира Путина связана с тем, что Путин - не чекист, а разведчик. Если бы Путин был борцом с диссидентами, как Виктор Черкесов (директор Федерального агентства по поставкам вооружения, военной, спецтехники и материальных средств, имевший опыт работы в 5-м управлении КГБ. - В.М.), никакой славы у Путина не было бы.

- Литература, кино и даже сказки могут быть источником формирования представлений о некоем идеальном образе той или иной социальной группы. Если исходить из образа мента в культуре, какие выводы нужно сделать министру Нургалиеву? Кто он - идеальный мент в воображении читателей и зрителей?

- Мне кажется, это участковый Михаил Анискин (герой многосерийной советской трилогии «Деревенский детектив», «Анискин и Фантомас», «И снова Анискин»). Он, с одной стороны, близок к народу, с другой - олицетворяет собой власть. Анискин до сих пор очень актуален, именно к нему отсылает фигура милиционера в недавно вышедшем на экраны фильме «Дикое поле». Но этот «хороший» мент должен быть глубоко погружен в повседневный быт. Участковый - это по-прежнему «свой брат», «свой мент». Но сегодняшний фольклорный образ мента в России - это скорее майор Евсюков, нежели Анискин.

СПРАВКА «БелГазеты». Дмитрий Быков родился в Москве в 1967г. В 1991г. окончил журфак МГУ. С 1985г. работает в газете «Собеседник», с 1993г. печатается в «Огоньке». Выпустил 5 романов, 6 стихотворных сборников, 3 книжки статей и сказок.
Добавить комментарий
Проверочный код