Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
№12 (684) 30 марта 2009 г. Экономика

RE Belarus!

30.03.2009
Шанцевым инструментом по перестрахованию


На недавнем заседании коллегии Комитета госконтроля были рассмотрены результаты работы Белорусского национального перестраховочного общества (Belarus Re). Коллегия комитета предложила Совмину освободить от занимаемой должности гендиректора организации Сергея Мисюрова. Правительству настоятельно предложено внести соответствующие изменения в законодательство, ограничивающие предельный норматив обязательной передачи страховщиками своих обязательств в БНПО.

Одним из главных доводов в пользу создания национального перестраховщика была необоснованно высокая доля перестраховочной премии, передаваемой за рубеж. Это при том, что при создании БНПО Беларусь прочно удерживала последнее место в Европе по этому показателю (не более 5% от портфеля), передавая во внешнее перестрахование главным образом то, что просто обязана была передавать, - риски «Зеленой карты», авиации, ответственности перевозчика перед таможенными органами. Организация, созданная на бюджетные деньги, фактически жила за счет доходов от инвестирования уставного капитала при более чем скромном страховом техническом результате. Только расходы на командировки за два года составили более Br100 млн., а допвыплаты к зарплате работников, штат которых был непомерно раздут, вылились почти в Br200 млн. Фактически деятельность свелась к перераспределению доходов от страховщиков в пользу БНПО.

Идея создания национального страховщика, возникшая еще 15 лет назад, в принципе, никем никогда не отвергалась. Вопрос только в том, что по цене и качеству такого рода услуги должны быть как минимум не хуже зарубежных и приносить выгоду и страховщикам, и перестраховщику, и государству. В нашем случае государство выбрало наихудший вариант - создание перестраховочной монополии. В разные времена подобные структуры создавались и во Франции, и в Бразилии, и в Индии, но от этого опыта пришлось отказаться в силу его неэффективности.

Национального перестраховщика государство наделило капиталом, эквивалентным $25 млн. На должность гендиректора был назначен Сергей Мисюров, прежде занимавший должность замначальника Главного экономического управления в аппарате Совмина. Мисюров рьяно принялся выполнять поставленную задачу единственно известным ему способом - административным. За короткое время численность работников БНПО превысила количество специалистов по перестрахованию всего белорусского страхового рынка. При этом, забирая риск у одной страховой компании за символическую цену, БНПО передавало его другим компаниям за вполне реальные деньги, что-то, правда, оставляя и на собственном удержании. Остальная часть рисков передавалась за рубеж, в т.н. ретроцессию.

Накануне создания БНПО произошла авария с первым белорусским спутником. Правительство настояло на том, чтобы риски запуска спутника были застрахованы белорусскими страховщиками, и только часть риска была перестрахована за рубежом. И если для зарубежных перестраховщиков выплата своей доли в $6 млн. по космическому риску не составила никаких проблем, то наш рынок просел на 15% и долго после этого приходил в себя.

Создав БНПО, правительство решило в течение 10 лет вообще отказаться от внешнего перестрахования, внедрив идею импортозамещения и в сектор финансовых услуг. Простой расчет показывает, что при положительной динамике роста поступлений взносов и достижении 5-процентной доли страхования в ВВП (который тоже должен расти хотя бы на 5% в год) в 2016г. в стране будет ежегодно собираться почти $3 млрд. страховых взносов. Чтобы удержать такой объем рисков внутри страны, государству придется как минимум удвоить сумму бюджетных вливаний в уставные капиталы госстраховщиков, доведя ее до $700 млн. с одной только целью - не допустить оттока валюты за рубеж в перестрахование. Нужны ли такие жертвы и стоит ли фактически омертвлять огромные суммы бюджетных денег, которые, будучи вложенными в реальный сектор, дали бы доход, многократно перекрывающий отрицательное перестраховочное сальдо?

В прошлом году БНПО передало за рубеж в ретроцессию почти половину перестраховочной премии, собранной внутри страны. И в этом нет ничего удивительного, если сопоставить собственные активы с возможными выплатами. В случае т.н. кумуляции рисков эти активы могут быть съедены двумя-тремя страховыми случаями, если принимать всю ответственность на себя.

Большую же часть доходов перестраховочной организации, как и следовало ожидать, составили доходы от банковских депозитов, что было справедливо расценено Госконтролем как обычное ростовщичество, причем за счет бюджетных средств.

Каким-то образом оправдать свое существование БНПО могло двумя способами: «дожимать» местных страховщиков увеличивать премию, передаваемую в перестрахование, или же попытаться получить перестраховочные взносы из-за рубежа. Видимо, с этой целью и совершались поездки гендиректора за рубеж (83 дня за неполных два года), которые особого успеха не принесли, поскольку принцип «вы нам

должны передавать риски, потому что мы государственные» за рубежом плохо срабатывает. В то же время не наделенные госпреференциями белорусские страховые компании умудрились принять из-за рубежа в 13 раз больше перестраховочной премии, нежели специально на то уполномоченный перестраховщик. И это при том, что на сегодняшний день эти страховщики сами риски передавать за рубеж не могут - только через БНПО.

Однако, перестрахование - это не только прием перестраховочной премии, но и выплата своей доли в возмещении. В этом отношении подход к основополагающему принципу перестрахования - «следованию судьбе страховщика» - у руководителя БНПО также весьма своеобразный. По его мнению, «нет гарантии, что цедент (страховая компания) этим принципом не будет злоупотреблять, прикрывая им либо свои непрофессиональные действия во взаимоотношениях со страхователем, либо даже покрывая умысел страхователя, направленный на нанесение ущерба застрахованному имуществу… При этом не надо забывать, что Belarus Re является государственным предприятием, и деньги, которые мы выплачиваем, по сути, также являются государственными. Поэтому к вопросу возмещения убытков мы относимся очень серьезно».

Логично было бы предположить, что с такой же серьезностью БНПО подходит и к отбору рисков, принимаемых в перестрахование. Однако принимается все, а серьезный подход используется лишь при необходимости выполнять свои обязательства.

Вообще-то, перестрахование возможно только при наличии прямого страхования, но во взаимоотношениях с БНПО страховщикам - главным «кормильцам» перестраховщика - отводится примерно такая же роль, как и членам Белорусского бюро по транспортному страхованию под предводительством Петра Кучерина: довольствоваться правом совещательного голоса. Конец карьеры последнего известен: по результатам проверки того же Госконтроля он был уволен.

Примечательно, что работал Мисюров под лозунгом «Через перестрахование - к консолидации страхового рынка». И хотя страховое сообщество в стране неоднородно, страховщики дружно консолидировались на почве профессиональной неприязни к Мисюрову. За 16 лет участники рынка освоили технику перестрахования и, столкнувшись с неграмотным андеррайтингом, бюрократическими проволочками в рассмотрении документов и откровенным ценовым «разводом», испытали сильное разочарование. Правительство было в курсе конфликта, но почему-то добавило в уставный капитал БНПО еще Br350 млрд.

В конечном счете ситуацией заинтересовался Госконтроль. И хотя по результатам проверки руководителя обвиняли главным образом в излишней расточительности, под большое сомнение была поставлена эффективность самого предприятия, которое «при передаче рисков в перестрахование в пределах страны фактически выступает излишним посредническим звеном». На фоне борьбы с посредничеством такое заявление весьма симптоматично. Дело не столько в личности гендиректора, сколько в порочности самой модели монопольного перестрахования, которая ничего, кроме весьма затратного перераспределения того, что есть, предложить не может. Перестрахование - это тонкий и сложный механизм, и пытаться подстроить его под себя с помощью шанцевого инструмента - задача бессмысленная.

Игорь ВЕРШИНИН
Добавить комментарий
Проверочный код