Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
№51 (672) 22 декабря 2008 г. Общество

«В зале стоял смех»

22.12.2008
 

Елена АНКУДО

Громкие уголовные дела последнего времени касаются действий преступных организаций и организованных групп. Коммерсанты, сотрудники госорганов и силовых структур получают длительные сроки лишения свободы и многомиллионные иски. Крупные руководители в их рядах не встречаются - организаторами преступных схем признают рядовых сотрудников.

Особое внимание правоохранителей привлекла граница: за последние годы вынесено несколько приговоров группам таможенников, признанных виновными в содействии уклонению от уплаты таможенных платежей перевозчиками и владельцами дорогих грузов. Последнее рассмотренное дело, о котором писала «БелГазета» (см. N48 от 1.12.2008г.), касается незаконного оформления грузов на пунктах таможенного оформления Брестской и Гродненской таможни «Берестовица-2» и «Козловичи».

Согласно приговору, вступившему в законную силу в конце ноября, за взятки более чем в $13 тыс. на всех десятерых таможенников они закрывали глаза на грузы, следовавшие в 2004г. в Беларусь по поддельным документам. Адвокаты обвиняемых не раз заявляли о тщетности усилий в ситуации, когда при недостаточном, на их взгляд, количестве доказательств за основу берется версия обвинения.

Несколько адвокатов осужденных рассказали корреспонденту «БелГазеты» о причинах интереса правоохранителей к раскрытию действий преступных организаций и о том, как собираются доказательства противозаконной деятельности.

Андрей ДОВНАР: «НА ЛИДЕРА ОН НЕ ПОХОЖ»

- Порой кажется, что в делах о преступных организациях следствие путает оперативную информацию с доказательствами преступной деятельности, которые необходимо собрать, и представляет ситуацию так, как хотелось бы ее видеть. К примеру, отправляя данное уголовное дело в суд, следствие вновь заявило о существовании преступной организации. Уже в ходе суда обвинение было перепредъяв-

лено: из одной организации сделали две - в зонах действия брестского и гродненского участков госграницы. Руководителем гродненской преступной организации назвали моего подзащитного, директора компании-перевозчика «Джаз» Александра Андронова. В зале стоял смех: Андронов - единственный из фигурантов дела, не имеющий высшего образования, у него нет родственных связей в силовых, административных, таможенных структурах, на лидера он не похож, заикается… Тем не менее приговор признал рядового коммерсанта-перевозчика создателем, вдохновителем и руководителем преступной организации и ее структурных подразделений: якобы Андронов не только руководил действиями таможенников, но и был причастен к их расстановке на постах.

Руководящего сотрудника Гродненской таможни, который мог управлять преступными действиями таможенников, следствие не установило. Хотя на стадии следствия звучали фамилии крупных чиновников, их причастность к преступлениям не доказана.

Трудно сказать, почему по уголовным делам последнего времени, где говорится о преступных организациях, не проходят высокопоставленные чиновники. Остается признать, что в свете активизации борьбы с коррупцией правоохранители заинтересованы именно в громких делах: их количество - свидетельство хорошей работы. На мой взгляд, желание правоохранительных органов раскрыть очередное громкое дело не было подтверждено в ходе судебного заседания доказательствами, достаточными для вынесения обвинительного приговора.

Один из приемов правоохранителей, получивший распространение в последнее время, - освобождение от уголовной ответственности ряда обвиняемых за активное содействие следствию. Однако, сыграв роль главных свидетелей обвинения, эти люди не признались в том, что являлись членами преступной организации.

Не установлено и связи Андронова с некоторыми лицами, входившими в руководимую ими преступную организацию; как следует из показаний обвиняемых, они не были знакомы, следствие не установило телефонных переговоров между ними. Это противоречит логике: руководитель организации не может не знать тех, кому отдает распоряжения, координируя действия.

Я уже не говорю о том, что некоторые следственные действия, сбор доказательств вины Андронова проходили без необходимого в таком случае вынесенного постановления о возбуждении уголовного дела. По всем составам инкриминированных ему деяний такие документы в материалах дела отсутствуют. На основании лишь одного этого человек должен быть оправдан. Видимо, желание получить еще одно громкое дело оказалось слишком велико.

Оксана НИСТЮК: «НА НАКАЗАНИИ ЭТО НЕ ОТРАЗИЛОСЬ…»

- Исходя из судебной практики и разъяснений пленума Верховного суда, которыми должны руководствоваться и судьи, и следователи, и прокуроры, и адвокаты, совершение преступления организованной группой - это умышленное участие в преступлении двух и более лиц, предварительно объединившихся в управляемую устойчивую группу для совместной преступной деятельности. Преступления, совершенные организованной группой, не спонтанные и не сиюминутные, а продуманные и запланированные. По разработанной схеме они совершаются изо дня в день, из месяца в месяц - до тех пор, пока деятельность не будет пресечена правоохранительными органами либо не будет исполнено все задуманное.Очевидно, что для выявления преступной организации необходимо доказать запланированность и длительность совершения преступления.

Понятие управляемости подразумеваетналичие организатора. Руководитель организованной группы подбирает исполнителей, распределяет между ними функции, формирует структуру группы, разрабатывает схему преступлений, организует расстановку по постам, если речь идет о таможенниках. Кстати, в нашем деле такие обстоятельства не были установлены - сотрудники таможни только утром узнавали, на каком конкретно посту будут оформлять машины в течение рабочего дня, следовательно, никто не мог руководить их действиями. Однако следствие и суд решили иначе.

На мой взгляд, следствие порой чрезмерно увлекается описанием преступной деятельности. Скажем, одному из моих подзащитных - Андрею Пекарю - были вменены эпизоды, касающиеся времени, когда он не выходил на указанный следствием пост, при этом следствие заявило, что этот человек был еще и руководителем структурного подразделения преступной организации. В суде выяснилась совершенно очевидная несостоятельность обвинения в этой части, и от него отказался прокурор. У других обвиняемых еще более значительные корректировки: единственному представителю силовой структуры следствие вменило более двадцати эпизодов преступной деятельности, а в приговоре остались только два.

Направляя дело с недостаточными доказательствами в суд, следствие уверено: все его выводы правильные, а прокуратура, надзирающая за работой следствия, соглашается с этим. Несмотря на то, что в его обязанности входит проверка полноты расследования и доказанности обвинения, надзирающий орган в данном деле посчитал, что доказательств достаточно, и не направил дело на дополнительное расследование, как того требует закон. В результате в суде обвинение не смогло в полном объеме доказать все вмененные эпизоды, хотя на наказании это, к сожалению, не отразилось: несмотря на значительное уменьшение количества эпизодов преступной деятельности, некоторые обвиняемые получили по 10-12 лет лишения свободы. На мой взгляд, при направлении прокуратурой данногодела в суд речь можно вести о переоценке значимости и достаточности доказательств, собранных следствием.
Добавить комментарий
Проверочный код