Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
Количество проголосовавших: 79
это эксцесс исполнителя
 2.53%
после информобработки Украины настала очередь РБ
 31.65%
это заказ Кремля
 31.65%
атака СМИ - вымысел оппозиции
 12.66%
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
 7.59%
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
 13.92%
№31 (652) 04 августа 2008 г. Визави

Мораль крепчает

04.08.2008
Проституткам грозят 15-суточным арестом

Татьяна КАРЮХИНА, Борис КОМАРОВ

МВД намерено ужесточить наказание за проституцию. На прошлой неделе замначальника отдела по противодействию преступлениям в сфере нравов управления по наркоконтролю и противодействию торговле людьми МВД Владимир Емельянов пригрозил девушкам, торгующим своим телом, 15-суточным арестом в СИЗО. «В МВД Беларуси всегда было много противников легализации проституции в стране. Легализовав проституцию, мы можем превратить Беларусь, которая является страной-поставщиком, в страну - потребителя живого товара». А это, по мнению Емельянова, может быть опасно: «Проституция является подпиткой для организованной преступности, которая может взять в руки этот теневой бизнес».

Имеет ли смысл бороться с проституцией и какими методами - об этом в беседе с корреспондентами «БелГазеты» рассуждают депутат Палаты представителей Геннадий ДАВЫДЬКО и менеджер системы Rotes Haus (Франк-фурт) Доган КАСС.

Геннадий ДАВЫДЬКО: «НУ ПОСАДЯТ ДЕВУШКУ НА 15 СУТОК, А ЧТО ДАЛЬШЕ?»

- Милиция вновь начала наступление на проституток, а на всех выездах из столицы сильного и процветающего государства днем и ночью как стояли, так и стоят девушки, предлагающие широкий спектр услуг

- Да все потому, что бороться с проституцией бесполезно. Это очень древнее занятие, и пока будет живо человечество, будет существовать и этот вид услуг. Это не зависит ни от степени демократизации общества, ни от экономического или политического положения - это просто реалии существования человека на земле.

- Когда в парламенте утверждался законопроект об ужесточении наказания за проституцию, вы отметили, что бороться с проституцией нужно либо очень жесткими методами, либо легализовать ее…

- Я не сторонник жестких мер - они совершенно бессмысленны: даже в тех странах, где за проституцию введена смертная казнь, девушки все равно торгуют своим телом. Проституцию нужно легализовать. Как поступили во многих демократических странах, на которые мы часто киваем и равняемся: посмотрите, какая там демократия!

Там проституция легализована, и это отнюдь не подрывает устои общества. По этому поводу давно успокоились старушки, может быть, даже с проститутским прошлым: знаете, «мораль крепчает, когда ветшает плоть». А девушки, которые занимаются этим, находятся под охраной государства: их безопасность, их здоровье...

Более того, в бюджет поступают средства, ведь это одна из существенных статей дохода государства, которое поступает не ханжески, но радикально. Ведь когда мы боремся с болезнями, мы не отрицаем их, не говорим, что их нет: они есть. И против проституции, как против СПИДа, еще не придумано лекарства.

- Почему вы были одним из немногих, а может быть, даже единственным депутатом, выступившим за легализацию проституции?

- Я убежден, если бы этот вопрос поставили на голосование, конечно, он не прошел бы: слишком велико давление псевдоморали: как это проституцию легализовать! Но 20-25% парламента, уверен, поддержали бы меня. Ведь закон - это торжество здравого смысла. А здравый смысл диктует нам, что нужно следовать примеру стран, легализовавших проституцию.

Известен такой факт: жены декабристов в ссылке, подкупив охранников, отправили своим мужьям бочку, в которой пряталась проститутка. Сами жены!

- Легализация проституции создаст условия для развития этого бизнеса: откроются публичные дома, потом улицы «красных фонарей»...

- Естественно! Но это значит, что в бюджет пойдет больше налогов. Я убежден, что часть пенсионных расходов из бюджета, еще каких-то расходов можно было бы закрыть доходами от легализации проституции.

Я за трезвое к этому отношение: я же не предлагаю легализовать, скажем, наркотики. Пьянство - тоже болезнь общества, но тем не менее у нас оно легализовано: алкоголь продается в магазинах.

И потом, во многих странах инвалидам, неимущим подобные услуги оказывают социальные службы. Что в этом плохого? Инвалиду от этого плохо? Или мы по-прежнему, как в советские времена, считаем, что наш человек живет только верхней частью тела, а все, что ниже пояса, что во многом диктует его поведение, даже не берем в расчет?

- А как вам мнение одного белорусского сенатора: «Если мы легализуем проституцию, нам придется объяснять юношам, как этим пользоваться»?

- Юноше нужно объяснять это в 4-м классе. Иначе ему объяснит другой юноша - и расскажет в извращенных тонах. Дело в том, что в последнее время нравственность ветшает. Почему возникло такое явление, как «социальная депрессия»? От невозможности реализовать себя так, как показывают по телевизору. И нравственность ветшает, когда говорят одно, а поступают по-другому, когда лгут. А если это ложь на высоком уровне, то это еще страшнее. В данном случае все прекрасно знают, что существует проституция, и государство якобы с нею борется. Разве это борьба? Это аналогично попыткам лечить перелом ноги примочками.

- Какие меры вы имели в виду под «жесткой борьбой»?

- Наверное, нужно высылать куда-то, отправлять на работы в трудовые лагеря без права въезда в крупные города. Но это нереально. И антигуманно! Ведь очень многие девочки-проститутки - из неблагополучных семей: для них это единственный способ добычи денег. Допустим, они рождены в пьяном угаре от нездоровых родителей, у них не все в порядке с головой - кое-как окончили школу или не окончили вовсе. Учиться они не хотят, трудиться - тоже... Они деморализованы. И они идут на это, чтобы хоть как-то заработать на жизнь. В определенном смысле это люди с ограниченными возможностями, почти инвалиды. Государство должно защищать их.

- В МВД полагают, что, легализовав проституцию, мы из страны-экспортера превратимся в «страну - потребителя живого товара»

- Еще раз скажу: и хорошо! Больше будет поступлений в бюджет. Значит, эта услуга будет востребована. Но она ведь и так востребована: любой, кто жил в гостиницах, знает, что эти услуги предлагают и будут предлагать. Но только все деньги, которые зарабатывают эти девушки, идут в криминальные структуры.

- На учете в МВД сегодня состоит 1516 женщин, промышляющих проституцией…

- Думаю, их раз в десять больше. В других странах, в том же Таиланде, проституция запрещена, но тем не менее секс-туры в эту страну пользуются популярностью. Полицейские просто закрывают на это глаза, ведь это статья дохода. А наше государство просто отмахивается от этой проблемы и якобы ужесточает меры. Ну арестуют девушку, посадят на 15 суток, а что дальше?

- Подсчитывал ли кто-либо, насколько доходным мог бы быть этот бизнес?

- Я этим не занимался. Но чувствую, что это серьезные деньги. В той же Голландии есть пресловутая улица «красных фонарей». Она огромна. А представьте, сколько там стоит земля, столько стоит взять помещение в аренду… Но охотники находятся: дома арендуются, платятся налоги государству. Значит, это прибыльный бизнес.

- После того как в Голландии была легализована проституция, сами же проститутки признавались, что им стало труднее работать...

- Так всем трудно, кто легально работает. Когда у девушки есть бандит, который ее «крышует», отношения между ними определяются просто: половину или даже 70% выручки она отдает ему - и свободна. А если проституцию легализуют, ей понадобится медицинская книжка, страховое свидетельство, нужно будет обязательно платить налоги… Конечно же, это сложнее. Но это по крайней мере гарантирует ей защиту.

- Какие еще меры борьбы с проституцией могут быть приняты у нас?

- Прошу понять меня правильно: проституция - это зло. Но ее не будет только в некоем утопическом государстве, где природные инстинкты настолько подавлены интеллектом, что она просто не будет востребована. Но такого государства нет на планете Земля. И не будет!

Поэтому единственный путь борьбы с проституцией, который я вижу, - максимально повышать нравственность, пропагандировать семейные ценности, духовные ценности, нормальное отношение к сексу. Причем нужно объяснять, что секс имеет определенное отношение к понятию «любовь».

- На это понадобится не один год…

- Тысяча лет понадобится. Никто не знает, как правильно обучать ребенка сексуальным взаимоотношениям, с какого возраста. Поэтому будет гораздо лучше, если папа возьмет свою дочь или сына, которому всего семь лет (потом будет поздно), посадит перед экраном телевизора, поставит порнофильм и станет подробно объяснять. Лучше он, чем старшая подруга, которая, зная об этом понаслышке, передаст свои знания в более извращенной форме, с душком, с оттенком пошлости, грязного таинства. Ведь человек всегда тянется к опасному, запретному. Молодежь априори настроена на бунт, на опровержение устоев: потому что она молода. И если неправильно проповедовать нравственность, молодежь пойдет против нравственности.

- Вы предлагаете начать обучение детей с порно, даже не с эротики...

- Эротика - это искусство, а порно - документалистика. Эротика передает взгляд художника, возвышающий и чувство, и телесную привязанность, а порно опускает до животного все, что происходит между мужчиной и женщиной.

СПРАВКА «БелГазеты». Геннадий Давыдько родился в 1955г. в г. Сенно Витебской области. Окончил Дальневосточный пединститут искусств по специальности «актер драматического театра и кино». Затем учился в Белорусском театрально-художественном институте, режиссер драмы. Трудовую деятельность начал в Оренбургском областном драмтеатре. Работал актером Могилевского областного театра драмы и комедии, актером, режиссером, гендиректором Национального академического театра им. Я. Купалы. Заслуженный артист Беларуси, лауреат премии Федерации профсоюзов, член правления Союза театральных деятелей РБ. Награжден медалью Франциска Скорины и почетной грамотой Нацсобрания РБ. Женат, имеет дочь.

Беседовала Татьяна КАРЮХИНА

Доган КАСС: «У НАС ПРОСТИТУЦИЯ НИКОГДА НЕ БЫЛА ПРОБЛЕМОЙ»

- Сегодня в Германии проституция признана легальной. Комфортна ли эта ситуация для владельцев соответствующих заведений, самого государства?

- Для владельцев ситуация комфортна - если говорить о том, что можно уже не прятаться. И тратить средства на эксклюзивный интерьер, на разнообразие услуг, лучшую организацию бизнеса. Раньше же нужно было держать бизнес таким, чтобы его можно было свернуть в течение суток. Ни о каком раскрученном, привлекательном образе заведения говорить было нельзя. Сегодня уже можно подумать о внешнем виде клуба, подумать, чем привлечь посетителя, чем твоя программа будет отличаться от программы соседнего заведения, которое может находиться в соседнем доме.

Легализация проституции нужна была в первую очередь государству. В нашей сфере всегда крутились большие деньги - государство захотело получать от них какой-то регулярный процент. Сегодня город получает налоги от легальных публичных домов до 1 млн. евро ежегодно. Неплохие деньги, правда? Раньше этими деньгами распоряжались крутые ребята - сегодня они поступают в бюджет города.

- Исчез ли теневой бизнес и контроль со стороны «крутых ребят» после легализации проституции в Германии?

- Никуда он не исчез. Человек не хочет платить налоги - он начинает работать самостоятельно. Тут же появляются ребята, которые хотят с этого деньги. И то и другое незаконно. Поэтому в конце концов на сцене появляется полиция. Многие зарегистрированные публичные дома удерживают часть налогов у себя, скрывая их. Как правило, это не очень крупные заведения, и выбор услуг там невелик. Конкурировать с большими публичными домами, которые честно выплачивают налоги и поэтому ничего не боятся, они просто не могут. Можно сказать, что доля теневого бизнеса заметно сократилась. Основной бизнес вышел из тени.

- А что означает сам термин «легализация проституции», насколько широки его рамки?

- Это означает, что девушка, работающая в публичном доме, может больше не бояться полиции. Она заключает обычный рабочий контракт с заведением, платит налоги и ни о чем не беспокоится. Сутенерство остается под запретом. Этот момент туманный - по сути, само заведение выступает в роли сутенера, не говоря уже о государстве, которое также наживается за счет этих девушек. Поэтому до сих пор можно прицепиться даже с самому крутому заведению, но зачем, если оно регулярно платит налоги?

Многие публичные дома практикуют систему, когда девушка все деньги забирает себе, а у заведения просто арендует комнату. Это не очень выгодно, это не позволяет организовать стройную общую концепцию развлекательной программы.

- Какова вообще история этого события - придания публичным домам и проституции в Германии легального статуса?

- Проституция существует здесь очень давно, и никогда она не была особенной проблемой. Скажем так, она существовала на полулегальном положении. В какие-то периоды власти на это обращали особое внимание, нацисты, например, но чаще просто закрывали на это глаза. Все знали, что это существует, но как-то узаконить ее и побороть протесты общественного мнения удалось только в 2002г.

До 2002г. публичные дома чаще маскировались под обычные бары. Просто на верхних этажах располагались комнаты для «специальных услуг». На эти бары регулярно устраивались облавы, информацию об этих облавах можно было заранее купить и подготовиться, потом вслед за полицией приходили за своими деньгами наши знакомые ребята. При этом перестрелку в баре могли устроить как одни, так и другие. Если какой-то бар закрывали, на его месте или рядом сразу возникал новый, точно такой же бордель. Часто в нем работали те же самые девушки и приходили те же клиенты.

- Какое место занимает услуга непосредственно полового акта в ассортименте современного немецкого публичного дома?

- Это почти всегда обязательный элемент, но приходят сюда не за этим. Человек платит за вход, и он может рассчитывать на гораздо большее, чем просто секс. Он здесь может поиграть со своим желанием, и здесь есть все условия для такой игры.

Стандартный половой акт небольшой продолжительности стоит немного - от 20 евро. Цена более тонких удовольствий может превышать эту сумму в десятки раз. Поэтому человек и приходит в современный комплекс, где он может найти эти вещи в одном месте и по более умеренной цене.

- Какие существуют требования к тем, кто работает в легальных публичных домах в Германии?

- Они обязательно должны проходить медицинское обследование, обязательно должны быть старше 16 лет и, если это иностранцы, иметь разрешение на трудовую деятельность. Обязательно заключить трудовой договор и внимательно выплачивать налоги. И, конечно, они должны быть привлекательными, хотя это в законе и не прописано.

- Конечно же, доминируют девушки из Восточной Европы, в частности бывших республик СССР…

- Так было в начале 90-х. Сейчас национальный состав выровнялся, из Восточной Европы девушек не так много, и особой популярностью у клиентов они не пользуются. Гораздо больше наших посетителей интересуют девушки из Таиланда, Африки, Южной Америки. Девушка из России думает, что она будет привлекать посетителей уже потому, что она русская. Это ее ошибка, и в конце концов она окажется без работы. А женщина с Востока, из Африки заботится о своей внешности, это диктует ей традиция отношения женщины к своей красоте. Она знает, что одними глазами не привлечешь внимание, никто не выберет ее только потому, что у нее темный цвет кожи. Нужна красивая фигура, общий тонус, общительность, чувство юмора, особенная «загадка». Представителей других национальностей в нашем бизнесе - до половины всего количества, остальные - те, кто родился в Германии.

- Ожидается ли рост рынка сексуальных услуг в Германии?

- Думаю, нет. Все места давно уже заняты. Если кто-то организует свой собственный бизнес, он не будет убыточным. Но если появится сразу сто новых борделей, им придется конкурировать со всей уже существующей системой, и они будут просто разорены. В большинство публичных домов и клубов, которые уже есть во Франкфурте, может свободно попасть любой, и эти заведения полностью удовлетворяют общественный спрос. Даже во время крупного наплыва туристов мы справляемся с новой нагрузкой.

- Считаете ли вы лично занятие проституцией аморальным?

- Конечно, нет! Это всего лишь работа. Можно заниматься одним, другим, третьим, а можно работать в публичном доме или клубе. Ничего плохого здесь нет. Церковь, феминистки считают, что эта работа унизительна, и так считают только они. Но это нормальная работа для человека, который хочет выжить здесь. Тем более что по закону она аморальной не является.

СПРАВКА «БелГазеты». Доган Касс родился в 1972г. во Франкфурте (Германия). Специального образования не имеет. С 2003г. работает менеджером в системе Rotes Haus во Франкфурте, предлагающей клиентам услуги сексуального характера.

Беседовал Борис КОМАРОВ
Добавить комментарий
Проверочный код