Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
№29 (650) 21 июля 2008 г. Тема недели

Переговорщики в строю

21.07.2008
«Младолибералы» восторжествовали

Виктор МАРТИНОВИЧ

Назначения, состоявшиеся 15 июля в высших эшелонах власти, едва ли не более важны, чем отставки, произошедшие 8 июля. Государственные посты заняли представители круга, выступающего за переговоры с Западом и либерализацию. Когда о новом председателе КГБ представители оппозиции говорят, что «он не был связан с политическим сыском», это принципиально новая для Беларуси ситуация. Главное же, что назначения носят системный характер, позволяющий заключить, что на смену силовой группе во власти пришла дипломатическая.

Самому молодому из назначенных трех чиновников - новому председателю КГБ Вадиму Зайцеву - 44 года. Новому секретарю Совбеза Юрию Жадобину - 54 года, новому главе администрации президента Владимиру Макею в августе исполнится 50.

 Их круг принято называть «младореформаторами» или «младолибералами», причем не только из-за того, что они олицетворяют собой некое «новое поколение» (как об этом написал интернет-ресурс «Белорусские новости») во власти, но и оттого, что отдельные представители этого поколения куда моложе чиновников уходящего круга. Помощнику президента по идеологии Всеволоду Янчевскому - 31 год, замглавы президентской администрации Наталье Петкевич - 35.

Юрия Жадобина принято относить к этой группе в связи с советником президента по национальной безопасности Виктором Лукашенко. Новый председатель КГБ Вадим Зайцев пришел на нынешний пост с должности зампреда Государственного погранкомитета, а Виктор Лукашенко служил именно в пограничных войсках.

Впрочем, комментарии отдельных экспертов о том, что новые назначения обусловлены исключительно необходимостью укреплять самого Виктора Лукашенко, готовить его к статусу преемника действующего президента, кажутся более чем сомнительными.

Виктор Лукашенко не производит впечатления человека, имеющего президентские амбиции. В конце концов, предоставлять президенту альтернативную информацию, дополняющую, например, информацию госсекретаря Совбеза, - одно, быть публичным политиком - совсем другое. И это постоянно подчеркивает сам Александр Лукашенко.

После отставки Виктора Шеймана с поста секретаря Совбеза и Геннадия Невыгласа с поста руководителя администрации президента вокруг сценариев их замены возникло два блока слухов. Первый связывался с продолжающимся укреплением министра внутренних дел Владимира Наумова или сохранением «силовой» линии в администрации президента за счет какого-нибудь другого выдвиженца.

Второй обсуждаемый сценарий касался непосредственно усиления либералов, причем наиболее вероятной кандидатурой на пост главы администрации называли Петкевич, а также фигуры из официальной медиасреды, которые напрямую не входят в либеральный круг во власти.

Отдав предпочтение самому Владимиру Макею, президент удивил многих. Несмотря на то, что эта фамилия уже несколько лет звучит в кулуарах как обозначение идеолога и главного дирижирующего лица преобразований во власти, Макей мыслился как теневая персона, которую даже неплохо осведомленные о его делах люди никак не связывали с тем натянутым, как струна, чиновником, который то и дело мелькал перед объективами телекамер на всех мероприятиях с участием главы государства. Собственно, это именно та причина, по которой Запад до сих пор пребывает в растерянности и не знает, как оценивать это назначение.

Появление во главе администрации Натальи Петкевич было бы однозначно воспринято как признак либерализации, а вот о «теневом либерале» Макее в Европе не слышали с тех времен, когда он был представителем нашей страны в Совете Европы. Эта дипломатическая составляющая биографии Макея обращает на себя внимание в первую очередь.

Со времен Урала Латыпова в высшие эшелоны власти людей с таким складом ума и выражением на лице не забирали. Учившийся за рубежом, владеющий немецким и английским языками, работавший советником посольства Беларуси во Франции и МИДе РБ, Макей, очевидно, мыслит несколько иначе, чем мыслил Шейман. Собственно, особенность последних назначений состоит именно в том, что люди, мыслящие, как Виктор Шейман, во власти заменены людьми, мыслящими, как Урал Латыпов. Пусть даже переходить от мышления к действиям в этой системе может лишь один человек.

Не следует ожидать при этом, что с назначением Макея и дальнейшим укреплением «младолибералов» Беларусь ожидает демократическая вольница. Некоторые эксперты, по всей видимости, упреждая именно такую интерпретацию, характеризуют Макея как человека «жесткого». Хотя в первую очередь обращает на себя внимание его щепетильность, внимание к деталям в исполнении преследуемых целей. Славянская тактика«рубить сплеча, а там - как получится» может смениться поистине немецкой скрупулезностью.

Российские телевизионщики рассказывали, как на пресс-конференциях с участием президента проверялся даже угол поворота камеры, ракурс, который открывается из камеры на главу государства. Можно только догадываться, что останется от оппозиции, если такой подход будет перенесен на осуществление внутренней политики. Впрочем, дипломатический бэкграунд восторжествовавшей во власти группы либералов позволяет надеяться на то, что к работе с оппозицией будут применены западные схемы, отчего ее принципиальная роль в общественно-политической жизни страны не изменится, а вот поводов упрекать государство в том, что ее «прессуют», станет меньше. Как еще совсем недавно говорил во время личной беседы один из представителей этой группы, «в Беларуси политзаключенных можно пересчитать по пальцам, и мы - последняя диктатура в Европе. В России число политзаключенных исчисляется сотнями, и она - член «Большой восьмерки» и ПАСЕ».

Впрочем, основной остающийся после всех этих назначений вопрос не в том, как будут вести себя «либералы», а почему президент сделал именно такой выбор. Ведь от ответа на этот вопрос в конечном итоге зависит и то, как будут вести себя «либералы», ибо направляемы они все же железной президентской рукой. Почему после зашедших в тупик из-за фигуры Александра Козулина переговоров о политической амнистии для улучшения отношений с США и ЕС во власти вновь усилен переговорный вектор? Зачем было опять ставить на пост главы КГБ человека, не имеющего отношения к этому ведомству, пришедшему, как и Юрий Жадобин, извне? Сделано ли это под нужды одной кампании - парламентских выборов - с целью их международного признания или обстановку в стране решено либерализовать в принципе, «на все времена»?

Чем бы ни была истинная цель, главное, чтобы и в этом случае не появилась какая-нибудь неразрешимая загвоздка вроде уже упомянутой фигуры Козулина.
Добавить комментарий
Проверочный код