Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Ожидается, что декрет об обеспечительном депозите позволит бизнесменам не опасаться за свою свободу,если они выйдут за правовые рамки. Нужно просто заблаговременно положить не менее BYN50 тыс. на счет в Беларусбанке. От чего еще можно обезопасить граждан?
от призыва в армию
от бедных родственников
от оплаты коммунальных услуг
от вредных привычек
от прохождения флюрографии
№21 (642) 26 мая 2008 г. Радости жизни

Талисман из шагреневой кожи

26.05.2008
Андрею Мдивани от Оноре де Бальзака

Кирилл БОРИСЕНКО

№ 21 [642] от 26.05.08 - Большой премьерой на правах юбиляра одарил своего слушателя Государственный академический симфонический оркестр. Со сцены Большого зала филармонии впервые прозвучала симфоническая сюита «Шагрень» по мотивам романа Оноре де Бальзака «Шагреневая кожа» - сочинение заслуженного деятеля искусств Беларуси композитора Андрея Мдивани.

На пресс-конференции, посвященной 80-летию Государственного симфонического оркестра, Андрей Мдивани, отметив вклад в историю оркестра нынешнего дирижера Александра Анисимова, сказал прямо: «Для нашего брата-композитора самым главным является бережное отношение исполнителя к детищу, которое композитором написано». И назвал оркестр своим «драгоценным талисманом». В свете готовящейся премьеры это звучало даже зловеще. Ведь именно как «талисман» фигурирует в романе Бальзака шагреневая кожа, исполняющая любые желания своего владельца, но, к ужасу последнего, неизменно уменьшающаяся с исполнением каждого из них. Вокруг этого же талисмана великий Бальзак с азартом третьеразрядного писаки на протяжении всего романа нагнетает атмосферу ужаса и страха.

Действительно, какой другой институт, как не симфонический оркестр, является «талисманом из шагреневой кожи» для нынешнего композитора, воплощая его фантазии и мечты во всей их красе и масштабности? Убывает ли что-то при этом от симфонического оркестра - судить трудно, но его готовность стать бальзаковским талисманом для своего Рафаэля де Валентена не может не вызывать уважения.

К премьере симфонический оркестр готовился почти год. «Это мой стиль, - отметил Анисимов.- Так работалось и с «Концертом для оркестра» Галины Гореловой, так готовились премьеры сочинений Смольского. Проиграли, прочитали, что-то переделали, записали, прослушали. Этот стиль кажется мне уместным, он нам нравится, он дает хорошие плоды».

Новое сочинение сначала задумывалось композитором как балет «Шагреневая кожа» - по мотивам одноименного романа Бальзака. Но по просьбе оркестра-юбиляра была сделана специальная симфоническая редакция произведения, получившая название «Шагрень». Она-то и прозвучала 4 мая в Большом зале филармонии в рамках программы «Воскресение классики» (цикла дневных воскресных концертов, обращенных прежде всего к социально незащищенным поклонникам серьезной музыки, что отразилось в первую очередь на цене входного билета - до Br5 тыс.).

Зал на премьере был не то чтобы переполнен, но число тех, кто пожертвовал погожим солнечным майским деньком ради премьеры маститого современного белорусского композитора, было впечатляющим. Пусть даже и не набралось 688 человек (число мест в Большом зале). Какое бы количество слушателей ни собрала на премьеру «Шагрени» филармония, каждый слушатель являл собой живое свидетельство: наша публика, помимо Чайковского и Моцарта, желает слушать и своих, белорусских композиторов, тем более - современников, тем более - такого уровня, как Мдивани.

«Сочинение интересное и необычное, - так охарактеризовал «Шагрень» дирижер Государственного оркестра на пресс-конференции и добавил: - Эта музыка сама скажет вам все». В самом деле, после ознакомления с сюитой, никаких вопросов у публики остаться просто не могло. Вопрос «Почему Бальзак?» сам собой разбивался о неопровержимый довод: ну, обратился один классик, белорусский, к произведению другого классика, пусть и французского - что же здесь странного?

Краткая энциклопедия БССР за 1982г. в очерке о Мдивани отмечает: «Творческая индивидуальность композитора наиболее полно проявилась в сфере инструментальной программной музыки». Так что от «Шагрени» вполне можно было ожидать взвешенной и одновременно яркой транскрипции оригинального текста, демонстрирующей весь потенциал советской школы белорусского симфонизма, доставшейся по наследству нынешней Беларуси.

«Шагрень» покоряла сразу. Первая же сцена «Шагреневой кожи», с ее бешеным визгом рулетки и оглушительным перестуком отчаянных сердец прожженных игроков, была представлена Мдивани продолжительной партией одной только перкуссионной группы симфонического оркестра. Эта тщательно выписанная сцена игорного дома, к которой Бальзак со всей расточительностью гения больше не возвращается, контрастирует с тканью романа в целом. Точно так же и в «Шагрени» Мдивани к ней нет больше ни одной отсылки; она остается в памяти читателя и слушателя как отправная точка, когда все еще можно было если не изменить, то решительно поставить крест на истории, позже ставшей известной всему миру как «Шагреневая кожа».

Наряду с редкими умиротворенно-идиллическими сценами, удачно вышли в «Шагрени» и сцены кутежей, в которые пускается после обретения талисмана главный герой: подчеркнуто балаганные, шумные, близкие по мелодике и стилю скорее к классическому французскому шансону с его аккордеонной поэтикой. Общая планка высокой симфонической музыки здесь выглядит намеренно сниженной, демонстрируя всю глубину той блестящей пропасти, в которой поверг себя герой.

«Шагрень» можно считать современным прочтением романа: композитор оперирует уже носящей отметку времени, поблекшей палитрой красок «Шагреневой кожи»; роман здесь уже не бестселлер, но образчик классики. В драматизме и внутреннем напряжении музыки «Шагрени» (переделанной из балета, предполагающего еще и зрительный образ) во многом слышен шелест переворачиваемых с большой скоростью книжных листов романа, сжатого до получаса симфонической сюиты. Этот образ в качестве внутреннего двигателя произведения выглядит вполне современно, оригинально и к месту.

Все нюансы, заложенные в произведение композитором, симфоническим оркестром были представлены наилучшим образом и, главное, «бережно», как просил Мдивани.

Композитор и сам поднялся на сцену: по всему было видно, что премьерой он остался доволен.
Добавить комментарий
Проверочный код