Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№17 (638) 28 апреля 2008 г. Тема недели

Стабильный очаг нестабильности

28.04.2008
в масштабах нации

Ася КАЛИТИНА

Появление слухов об утечке радиации накануне чернобыльской даты психолог, психотерапевт Михаил ДЕРНАКОВСКИЙ считает вполне «обоснованным». В беседе с корреспондентом «БелГазеты»  психотерапевт объяснил это «эффектом годовщины».

- Отчего чуть ли не ежегодно в конце апреля в Беларуси распространяются все новые и новые слухи об очередной «утечке радиации»?

- Есть такой феномен, как «эффект», или «синдром годовщины»: фактически у большинства известных нам культур существует традиция переживать те или иные события в определенные сроки. К примеру, христиане год от года отмечают все праздники, которые повторяют жизнь Христа: начиная от его рождения, и заканчивая распятием и воскресением.

Но существуют не только своего рода культурные традиции, но и особый синдром - то, что у психологов называется «эффектом годовщины»: когда люди ежегодно ожидают, что те или иные события, имевшие место в их жизни, повторятся. Я знаю несколько человек, которые ежегодно попадают в аварию в одно и то же время, и даже в одном и том же месте. Один из них попытался разорвать этот порочный круг и накануне опасных дней перестал ездить на автомобиле, не выходил из дома... А через год снова попал в аварию.

- Но если аварии нет?

- То ее можно «придумать». Человек, как правило, склонен запоминать даты и «оставаться в них». Он словно пытается погрузиться в «тот день», побыть в нем, мысленно погрузившись в воспоминания, ощущая те самые переживания... Человек будто бы ищет какого-то завершения события, которое произошло год, два или пять лет назад.

- Можно ли расценивать появление слухов как проявление радиофобии общества?

- Все общество не может болеть радиофобией. Просто есть определенный процент людей, которые даже не панически боится, а, я бы сказал, опасаются повторения событий апреля 1986г. Человек, видите ли, такое существо, что, обжегшись на молоке, дует на воду: он стремится обезопасить себя и поэтому заранее склонен бояться тех вещей, которые еще не произошли.

А если еще его опасения хоть раз подтверждались и в канун памятной даты он снова оказывался в похожей ситуации, то он еще больше укрепляется в мысли: «А ведь не зря же... Ведь было у меня предчувствие... Ведь говорили же мне...»

- Можно ли выделить вполне типичные для белорусского общества фобии?

- Согласно последней классификации психических болезней, специалисты выделяют три основные категории: агорафобия, или страх открытого пространства, социальные и специфические фобии.

Вторая группа фобий очень обширна: это и страх оказаться в центре внимания других людей, например выступать перед широкой аудиторией, и боязнь испытать стыд или унижение в результате собственного неловкого поведения. Но и третья не менее велика: сюда можно отнести и обсуждаемую нами радиофобию, и клаустрофобию, и аэрофобию, и даже боязнь числа «8»...

- И тем не менее белорусов терзают какие-то специфические страхи?

- Да, например, страх потерять работу и в результате остаться без средств к существованию. Периодически возникают опасения, что деньги обесценятся, доллар упадет. Сейчас набирает обороты «газовая фобия»: а вдруг Россия подымет цены на газ... Возникают также фобии катастроф, но они, как правило, связаны с определенными предсказаниями или астрономическими явлениями.

- Специалистам известны меры, с помощью которых можно преодолеть «синдром Чернобыля»и прочие фобии?

- Да, конечно. Если человек попадает в ситуацию, когда с ним ничего ужасного не происходит, то чувство страха проходит: происходит «парадоксальное торможение». Именно это и использует, например, «метод наводнения». Если человек панически боится воды или, к примеру, ездить в метро, и вдруг попадает в бассейн или в «подземку» и находится там довольно долго (экспозиция должна составлять не менее двух часов), то за эти два часа он переживет бесконечный ужас. Но спустя это время ему в голову придет спасительная мысль: а ведь ничего не произошло... И в следующий раз он проще войдет в «ту же реку». А еще через раз ему будет еще проще: фобическая реакция будет тормозиться.

- Именно этим объясняется то, что люди в зоне отчуждения не боятся радиации?

- Да, хотя не только. Видимо, эти люди испытывали внутреннюю тревогу в связи с переселением: непонятно куда, непонятно зачем... Радиация - это ведь что-то необъяснимое, незаметное, мы ее никак не чувствуем, мы только думаем о ней. А переселение - это выход из зоны комфорта. О радиации им ничего неизвестно: есть она или нет. А тут заставляют сниматься с места, ехать не знаю куда, не знаю зачем... Естественно, переезда они боялись больше, чем радиации.

А потом, оставшись, видели, что ничего с ними не происходит, и постепенно они перестали бояться, что с ними может произойти что-то опасное.

* * *

- Что заставляет людей опасаться новых аварий и утечек - вред радиации для здоровья?

- Поведение человека связано с системными процессами: его внутренняя энергия направлена на самозащиту. Но если человеку вдруг почему-то нечего делать, если все стабильно, то он внутренне будет искать какие-то очаги нестабильности и будет находить их, например в радиации.

Например, в Швейцарии, существует насколько социальных институтов, которые планируют какие-то очаги нестабильности, чтобы эту нестабильность контролировать и планировать. И создавать самим, а иначе их придумает общество...

- От безделья?

- От того, что все стабильно: в стабильной стране появление различного рода слухов - это закономерность.
Добавить комментарий
Проверочный код