Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№11 (632) 17 марта 2008 г. Визави

«Откарабошу милиционеру башку!»

17.03.2008
Уже было

«Час был не поздний, но густая синева ранних сумерек уже спустилась на улицы города» - такими лирическими вступлениями газета МВД БССР «На страже» в 70-80-е гг. часто предваряла рассказы о кровавых уличных драках и хулиганствах с летальным для хулиганов исходом.

«Виктору К. показалось, что я его толкнул, - рассказывал суду юный Андрей Сыч. - Он возмутился и предложил мне с ним поговорить. Я вышел. Вместе со мной был мой приятель Саша Борозна. Но К., видимо, передумал, и мы послали за ним какого-то парня. Когда К. вышел, я предложил ему отойти подальше от дома, к лесу. Там мы начали драться. Вернее, бил только я. К. не отвечал. Затем его ударил Саша. Головой. К. упал и… умер».

На скамье подсудимых оказались двое учащихся минского ПТУ N80 - Борозна и Сыч. «Первому едва минуло 18, второму и того меньше. Как же могло случиться, что они оказались пьяны? Ведь для таких лиц у нас существует сухой закон. Кто напоил их?»

Незадолго до этого Фрунзенский райсуд Минска слушал дело по обвинению в злостном хулиганстве двух подростков. «Ночью, когда люди спали, они бродили по улицам и прокалывали шины стоящих во дворе машин. Более 30 автомобилей вывели из строя озорники во хмелю! Позже, когда они протрезвели и оказались в милиции, стали размазывать слезы по щекам: пьяные, дескать, были, глупые…»

В Борисове «группа подростков провожала на службу в армию товарища. Изрядно выпили. Поздно возвращались домой. Пьяное веселье кружило голову, хотелось чего-то «отчебучить». Проходя мимо машины, один из компании ляпнул ее ногой. В ответ послышался недовольный возглас: чего, мол, дурачитесь? В машине были люди». Они возвращались с охоты и остановились здесь, чтобы отужинать.

Но «в отличие от персонажей известной картины они не ограничились скромной трапезой. Центральное место здесь занимала наполовину опустошенная трехлитровая банка с самогоном». Так что для конфронтации обе стороны вполне созрели. «Ссора моментально переросла в драку. На одной стороне был количественный перевес, зато в распоряжении другой - ружья. В результате двоих из дерущихся пришлось увозить на «скорой помощи», третьему уже ничто не могло помочь…»

«Вон вы какие вымахали, а до сих пор непутевые… Никакие вы не трудные - просто глупые еще»,
- участковый Трипутень нежно вглядывался в фотографии подопечных мальчишек. «Надо драться не с ребятами, а за ребят», - решил он. Слабо поддаются ребята воспитательным приемам: «Косятся исподлобья, упрямо молчат. Но лед недоверия растапливается. Участие в спортивно-массовой жизни оказывает на ребят благотворное влияние. Кружки самодеятельности возглавляют опытные активисты. Самодеятельные артисты из числа ребят выступают на предприятиях».

Правда, не всем участковым так повезло с воспитанниками. Некто Садовник, когда к нему зашел участковый Степанов, выскочил в сени. Оттуда вернулся с топором в руках: «Убью!» Мать бросилась к разъяренному сыну: «Опомнись, Иван! Что надумал?» - «Не мешай! Сойди с дороги! Откарабошу милиционеру башку!» Степанов изловчился, схватил Садовника за руку, крепко сдавил. Тот ойкнул, выпустил топор. Степанов решил перенести разговор на улицу. Во дворе Садовник продолжал кричать: «Все равно отлупешу! Живой не выйдешь!» Горько обиженный участковый удалился.«Перед сном милиционер взял с полки, которую сам смастерил, любимый томик Рождественского «Необитаемые острова», раскрыл на знакомой странице: «Я зла не имею, я сердцу не лгу».

Поколение, отвергшее заботу литературно озабоченного участкового, выросло жестоким: «Тупые лица, бессмысленный взгляд, трясущиеся руки, щетина недельной давности, одежда грязная, помятая». Иван Кизин, образование 4 класса, разведен. Брат его, Петр Кизин, образование 6 классов, холост, судим. И их приятель К., который уже ничего никому никогда не расскажет.

Была пятница, «яркий, солнечный день. Кизин-старший в этот день выпил на базаре бутылку стеклоочистителя. Когда возвращался, встретил брата и К. «Ваня, брат, знакомься с другом», - зашумел младший. «Две уже оприходовали, - хвастался К., показывая на пустые бутылки из-под денатурата. - Напиток что надо, да и цена божеская. Пусть треплются, что отрава, сто лет проживем!» «Ему оставалось жить меньше часа», - писала газета «На страже».

Вскоре младший заметил пропажу мастерки. «Положи шмотку на место!» - кричал Кизин-младший на К. Тот, одуревший от «сложнейшего по химическому составу ядовитого коктейля», что-то мычал в ответ. Последовал первый удар.

Через день Кизин-старший лихорадочно вспоминал: «Я видел, что К. упал. Брат еще сказал, что он мастер спорта. К. ответил, что он тоже мастер. И они снова начали драться». И добавил: «Я решил, что К. просто крепко спит, и начал его будить. Но вскоре убедился, что он мертв. На улице я увидел каких-то незнакомых людей. Сказал, что была драка и умер человек». Младший заупрямился: «Никакого К. не знаю, денатурат не пил, никого не бил. Ночевал у дядьки. Тетка дала закусить». Тетка сказала, что племянник у нее не ночевал. Тогда он выдал другую версию: «Иду, а брат пьет с К. денатурат. Зашел в комнату, вижу, нет моей спортивной рубашки. Я решил, что ее взял К. и пропил. Я был очень зол. Он тоже бил меня, у меня есть телесные повреждения! Царапина на ноге».
Добавить комментарий
Проверочный код