Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
Узнать где продаются стиральные машины Sanyo ASW-S80KT на этом сайте.
№7 (628) 18 февраля 2008 г. Тема недели

Вне протокола, без прокола

18.02.2008
Президент отвечает юным согражданам



Чтобы наиболее полно отразить доверительную атмосферу мероприятия и его информативность, «БелГазета» приводит транскрипт ответов президента на вопросы, заданные студентами после лекции.

- Каким образом можно попасть на работу в президентскую пресс-службу?

- Честно говоря, я как-то не занимался этими проблемами. Ну, первое у вас есть: надо быть красивым человеком. И надо быть талантливым человеком, я так понимаю. Потому что президент - он ведь глава государства, первый человек в стране, кадры должны быть соответствующие. В остальном - не знаю. Что делать, если некрасивый, но талантливый? Внешность сегодня умеют даже и подправить, так что ничего страшного, если некрасивый: сделаем красивым!

- Ну и образование, наверное?

- Да, без образования ты там вряд ли сможешь работать. Но если ты талантливый и способный - пожалуйста! Нам нужен талантливый человек. Я всегда чиновникам говорю: ну не смотрите вы на формальные вещи. Главное ведь, как человек реализует замысел. Если он хороший журналист - замечательно. А если еще и образование хорошее, хорошо учиться будет - мечта!

- Расскажите о планах развития белорусского кинематографа.

- Вы что, в кинематограф решили идти?

- Нет, но интересно!

- Если рискнете, то не ошибетесь. В ближайшее время, за два-три года, мы должны создать свой маленький Голливуд, сейчас мы все разрушаем, убираем старье и строим новую, мощнейшую киностудию. На целый квартал будет новых павильонов! Все условия будут на самом высоком уровне, как ваша телестудия. Система образования и кадры у нас есть. Умные, красивые. А девушки - самые красивые в мире! Есть кого на экран выпустить.

И потом, из всех искусств для нас важнейшим является кино. Владимир Ильич в этом был прав, и я его поддерживаю, поэтому столько внимания уделяю развитию кинематографа. Но фильмы не смотрю. Когда я посмотрел, как делаются фильмы и пишутся книжки, перестал смотреть фильмы и читать. Благо в ваши годы я их день и ночь читал. Историческую литературу, романы… Наверное, последняя книжка, которую я прочитал, - «Цусима». Перечитывая книги, смеюсь: столько там выдумки!

Я поездил по площадкам, где снимают, и посмотрел, как снимают. Потом ко мне подошел режиссер и шепнул: «Сегодня самое главное - это монтаж». Я говорю: как монтаж? Ну, вот посмотрите: это на пленке, а вот так будет в конечном варианте. Смотришь и не веришь! Настолько это художественно делается современными методами. Когда я смотрю фильм, начинаю профессионально думать: а где снимали, а как это сделали? Я уже не смотрю на актерскую игру, сюжет разве что улавливаю.

Когда я был избран президентом, мне стало обидно: история исковеркана. Я не говорю, что в советский период нам преподавали абсолютно объективную историю. Да, она была политизированная, но разумная. Кто мог додуматься отказаться от самого великого нашего достояния - победы в Великой Отечественной войне, спасения человечества от коричневой чумы?! Кто мог подумать, что придет время, и часть нашего народа будет от этого отказываться! Каким же идиотом надо быть, чтобы кому-то подарить то, что нам досталось ценой 30 млн. жизней! А сколько было искалеченных, сколько мы потом не родили детей в связи с этим! Меня как человека, не говоря уже о президенте, это возмутило. С этого и началась борьба с той оппозицией так называемой, которую я сегодня очень хорошо знаю. И тогда мы взялись за историю, за учебники истории.

Но самое главное: ведь я никого из интеллигенции не напрягаю. Пусть хоть один из ректоров, руководителей самой видной интеллигенции скажет, что я им приказал: делайте так, поддерживайте курс, восхваляйте Лукашенко. Никогда этого не было! Просто мне жалко было интеллигенцию после периода, когда от нее требовали: делайте это, восхваляйте это! И всегда (как историк я это знаю) интеллигенция вот так вот шептала. Не потому, что они такие, а потому, что власть их напрягала - в одну сторону, потом в другую, потом в третью, и они, как осиновые листы, качались. Я, еще будучи совсем молодым, сказал себе: нет, я так делать не буду. Хотите - поддерживайте, не хотите - не надо. И очень грубо всегда реагирую, когда мне говорят: президент должен стараться, чтобы интеллигенция или еще какая-то часть народа была рядом с ним, и должен бороться за эту часть народа. Я слушал-слушал, потом сказал: пришло время, чтобы не я за вас боролся, а вы за меня.

Итак, мы начинали с кинематографа. Занесло меня в сторону…

- Как вы относитесь к возможному введению религиозного воспитания в учебных заведениях?

- Вот на этот вопрос я всегда не хочу отвечать. Вера, религия - это настолько личное, настолько каждому свое, что я на эти темы не рассуждаю. Я сразу сказал моему другу, большому другу, митрополиту, патриарху, моему учителю, честно признался, что иду в церковь, потому что церковь сегодня занимает очень хорошую позицию, поддерживает стабильность нашего государства. Она честно работает на наше государство.

Увидев семинаристов и посмотрев им в глаза, я понял: более целеустремленных, честных, порядочных людей нигде не видел! Но чтобы ввести завтра в школе или в вузах религиозное образование… Я боюсь, что это может разрушить стабильность. Я и так еле справляюсь с ними! Это же не только католики, православные и пр. Да ладно ислам - они нам тоже проблем не создают. Но есть такие, которые сегодня ну просто хуже оппозиции! И стоит только сделать шаг в отношении традиционных конфессий… Не будете же вы сегодня изучать христианство, завтра ислам, иудаизм, что там еще есть… буддизм и т.д.! Потом всех этих пятидесятников, протестантские церкви… Это же вообще хлам получится. Стоит только сделать один шаг, как мы возбудим море ненужных нам настроений. Мы к этому не готовы, и нам это делать не надо.

- Планируется ли повышение зарплаты молодым преподавателям в вузах и школах?

- А что, еще надо? А, вы имеете в виду без научной степени. Самая больная проблема. Доцентов, кандидатов наук, докторов, профессоров - всех вроде бы удовлетворили, особенно продуктивны последние шаги, по предложению совета ректоров. Ладно, не жалко, их не так много, это мозги нации. Преподаватели - это золотой фонд, потерять их - не будет ни образования, ни студентов. Но в самой этой системе иерархии как поддержать молодых?

Это звенья: дернешь за это звено - остальные тянутся, сыплются. Как здесь быть? Я поручил правительству: давайте выработаем какие-то подходы. Конечно, эту проблему надо решать, и я знаю, что у наших молодых врачей и преподавателей зарплата еще слабенькая. Если вы можете предложить путь решения - предложите. Но так, чтобы не разрушить систему: она уже сложилась! Будет же ненормально, если молодой преподаватель будет получать зарплату на уровне доктора наук! Как найти фундамент для молодых людей, зная, что они важны, и из них завтра выйдут кандидаты и доктора? Вы умные, компьютеры у вас есть, сядьте и подумайте, посчитайте.

- Когда студенты будут иметь возможность жить в студенческой деревне?

- Первое общежитие откроем в следующем году. Вас устраивает? Но это Br900 млрд., строительство рассчитано на несколько лет. Мне уже просто страшно становится! Понимаете, это Br900 млрд., а на выходе - дай бог, чтобы вложились в триллион. Там же не просто - дом поставил, и все. Это же и спорт, и развлечения, и кафе, и дискотеки, чтобы меня пригласить - а куда пригласить-то? Это стройка на 5-7 лет.

Василий Иванович (ректор БГУ. - Ред.) молодец, он знает меня, подвел к окну, говорит: этот туалет у меня под окном, такое здание, надо его куда-то убрать. Я поручил убрать и построить или общежитие, или для преподавателей служебные помещения.

У нас не только БГУ. У нас есть и Академия управления при президенте, которой недостаточно внимания уделяется. Но я всегда говорю: когда выйдете на уровень БГУ, тогда от меня требуйте! А они мне: мы уже давно обошли БГУ!

- Какой вид отдыха вы предпочитаете?

- Активный.

- А поподробнее можно?

- Ну как можно подробнее?

- А что касается спорта?

- Спорт - это самый активный. Я абсолютно не люблю лежать на диване, задрав ноги, читать, что-то там смотреть. У меня не так много моментов бывает таких, чтобы расслабиться и отдохнуть. Весь мой отдых ориентирован на то, чтобы поддерживать работоспособность.

Мать мне часто говорит: слушай, сынок, ну что ты одуревши бегаешь по этой площадке на улице с дубиной? Имеет в виду хоккей. Она не понимает, что переключение с одного вида деятельности на другой полезно. Спорт дает мне возможность нормально выдерживать статические, умственные и психологические нагрузки. В хоккее отвлекаешься: не будешь думать ни о проблемах, ни о любимых девушках, ни о семье. Если будешь думать - пропечатают гол. То же и в теннисе. А в лыжах, наоборот, - сколько будешь бежать, столько о проблемах будешь думать! Но я очень люблю лыжи.

Больше всего я люблю зиму и, естественно, зимние виды спорта. Хоккей - это сегодня уже не отдых для президента, а политика, особенно с появлением Рождественского турнира. Сколько приезжает людей, а сколько не может приехать! Из-за океана великие звезды сюда едут - они же увозят отсюда впечатление о стране. Меня послы информируют, что те приезжают и говорят: что вы, это же совсем другая страна, здесь нормальный президент, он играет с нами в хоккей! Единственный в мире. Советую вам подключаться.

- Вы уже подчеркивали, что планируется строительство агрогородков в Венесуэле. Скажите, возможно ли аккредитовать там белорусские студотряды?

-
Это возможно, но дороговато и далеко. В общем-то, это интересно, можно попробовать! Вы хотите включиться в этот первый студотряд?

- Можно попробовать. Хотя у меня образование философское…

- Но у вас же руки есть?! Надо съездить. Приедет Чавес - надо ему сказать: за его счет! Серьезно! Заплатит за перелет, а там заработаем деньги.

- Кого бы вы могли назвать своим другом и с кем из глав государств вам приятнее всего общаться?

-
Мне было бы проще тебе непублично на этот вопрос ответить. Наверное, вы меня вряд ли поймете, но, к сожалению, друзей среди глав государств у меня нет и вряд ли они могут быть, т.к. у каждого из глав государств свои интересы. Думаю, мне проще и комфортнее с россиянами. Я был в Сочи, встречались мы там каждый день - с Вайнштоком, с Миллером, с Зубковым вообще каждый день, мы очень дружны с ним, очень приземленный и толковый человек, очень многие вопросы оговаривали, не хочу пока говорить, они на стадии разработки. Разумеется, встречи с Путиным.

Мне всегда комфортно с россиянами. Конечно, много споров, порой лоб в лоб, жестких. Мне хотелось бы сказать, что мы дружелюбны, но у государств есть свои интересы, хотя мы очень близки, фактически один народ. Поэтому вряд ли у меня есть друзья.

Что касается друзей вообще по жизни, я не могу этим похвастаться. Неужели это плохо? Когда я стал президентом, со мной пришли друзья, которые порой себя не очень солидно вели: вот мы люди президента, а вот Стражев - человек Шушкевича или еще кого. Вот мы такие, а те другие. И тогда я сказал: все, никаких «людей президента» быть не может. Я президент, они работают со мной, все в одинаковых условиях. И тогда я потихоньку начал терять друзей, и сегодня я не скажу, что я их имею. Есть люди, которые чаще появляются в моем окружении.

Если у президента есть друзья, они очень неправильно используют свое положение. Все президенты - отшельники и ведут закрытый образ жизни. Это не потому, что хочется закрыться. Я бы с удовольствием пошел с вами на дискотеку или еще куда, но потом вы же напишете не то, что было на самом деле! Так часто бывало.

Коль уж затронули женскую тему, приведу один пример, связанный с конкурсами красоты. Чего только не писали, когда я взял сферу под свой контроль. Но до этого было так: сделали какую-то профанацию, кто больше заплатил за девчонку - выиграл. Я не говорю, что после того, как я ввязался в это, мы сделали лучше. Перед первым конкурсом, который я взялся контролировать, произошло катастрофическое несчастье, уже связанное со спецслужбами иностранных государств. Мне доложили. Я вызываю помощника, Пролесковского: идите, и чтобы там был идеальный порядок! Вам надо, чтобы я приехал - хорошо, приеду! Приехал, от души и честно все провели, и куча разговоров было. И в прошлом году я сказал: возьмите ОНТ и сделайте это по-настоящему, отберите самых лучших в регионах, любые подарки им обеспечим. Одну вашу студентку я хорошо знаю, это Лена Аладко, которая недавно отличилась. Я всем им пообещал поддержку. Они по жизни красавицы, талантливые в чем-то, ну и потом, государство получает от этого огромные деньги, огромные. Вот ввязался, а что написали журналисты? Не читал? Почитай.

- Есть ли у вас личный психолог?

-
Вы же все равно не поверите, что нет. Нет у меня ни психологов, ни имиджмейкеров. Вот я к вам шел - сам одевался! Хотя вполне нормально, когда у президента есть личный диетолог. Вот вы, наверное, слышали, я рассказывал на пресс-конференции, что мне надо было похудеть килограммов на 10-12, я похудел на 13 за два месяца. Просто попросил врача прописать мне диету.

Костюмы закажут, рубашки закажут, а я выбираю. В студенческую аудиторию как ты оденешься в черный костюм, что девчата скажут? В то же время, хотелось быть президентом - галстук, белая рубашка.

Я вообще не понимаю, что психолог должен делать. Я считаю, что я сам нормальный психолог.

Что у меня есть, чего у вас нет, - это повар и официантка. Сам не готовлю. Хотя прежде чем они начали готовить, я им сказал, как, и показал. Я могу приготовить драники, которых вы вообще не ели. Когда прихожу куда-нибудь, спрашиваю: что у вас драники болтаются, как собачий язык? Драник нужно взять за хвост - и он должен ровненько держаться. Воздерживаюсь от сладкого, хотя страшный сладкоежка и могу мороженого сразу двадцать порций съесть. Мы сами себе не стираем, в прачечную вещи отдаем. Рубашку меняю каждый день. Это нормально?

Это все не мое, это все ваше - государственное. Государство полностью обслуживает президента. Каждый президент обязан быть достойным государства и народа. Чтобы вам ни в коем случае не было стыдно за меня. Часто вспоминаю: когда Шушкевич встречал Клинтона в аэропорту, где он был целую ночь. Пришел утром, какое-то пальто надел или что, жутко было смотреть. И оппозиционные газеты все это опубликовали. Я посмотрел - действительно некрасиво. И для себя я решил: ты должен быть в порядке, нормально выглядеть, насколько это возможно в твои годы, спорт немаловажен. Не будешь заниматься спортом - придешь, живот на стол положишь…

- Многiя выкладчыкi сцвярджаюць, што цiкавасць маладых людзей да навуковай дзейнасцi падае. I ў той жа час умовы становяцца больш жорсткiмi: калi аспiрант не абараняецца ў тэрмiн, ён мусiць вярнуць грошы за вучобу ў аспiрантуры…

- Нiякiх, мусiць, грошай ён не павiнен. Этого в законодательстве нет. Это абсолютная неправда! Мы проводили совещание, по-моему, даже на моем уровне, и Рубинов, академик, толковый человек, очень жестко ставил вопрос. А это талантливые люди, это математика, там блатных очень мало. Из меня за любые деньги математика не сделаешь, не любил я ее. Как я ни старался! В физике еще как-то разбирался, но в математике… Может, где-то упустил чего-то, может, там нужен особый склад мышления, я абсолютный гуманитарий по складу мышления.

Три года достаточно, чтобы защититься и стать кандидатом, если ты попал куда надо, если ты выбрал свою стезю, если тебя не просто туда затащили. Ну что, нельзя 90 или 100 страниц за три года написать и защитить? Можно защититься за три года, при том внимании, которое есть, если ты сам написал. Может, и прессуем где-то аспирантов, чтобы за три года защититься, но это же в ваших интересах. Если не можешь, а туда ли ты попал?

- У меня вопрос насчет благотворительной и спонсорской помощи вузам. Возможно ли какое-то упрощение законодательства, чтобы вузы получали ее без посредников? Это должно согласовываться в соответствующих министерствах, затраты времени, затраты человеческих сил. Действительно ли это так необходимо?

- Думаю, что да. Вообще вопрос спонсорской помощи был инициирован мной лично. Мы считали, сколько всего в стране оборачивается этой спонсорской помощи - это сотни миллионов долларов. Куда ты их дел? Как и на что расходовал? Трудно было посмотреть. Когда мы с помощью спецслужб провели расследование, выяснилось, что половина спонсорской помощи раскладывалась по карманам тех, кто дает и кто получает.

Было поручение такое: спонсор и получатель, пожалуйста, заключите между собой договор. И напишите, на какие цели берете спонсорскую помощь. Никому не запрещено договариваться со спонсорами, запретов никаких нет. Простой договор заключите на страничку, там будет написано: сумма направляется на закупку телевизионного оборудования для студии. И ни копейки - ни туда, ни сюда. Легче будет контрольному органу проверить, по назначению ли использованы деньги. Вторая причина - огромные деньги, которые шли из-за границы в виде той же спонсорской помощи. Никого не ограничиваю, но скажите, куда, какому детскому дому такая сумма? На этой спонсорской помощи выросла вся наша оппозиция. И надо было просто привести ее в порядок.

Госпредприятию надо разрешение вышестоящего органа. Не обязательно министерства. Телеканалы подчинены напрямую президенту. Мне недавно Зимовский письмо прислал: прошу разрешить спонсорскую помощь. Я, даже не глядя, разрешил эту помощь! И легко проверить. Лазейка воровства спонсорской помощи исчезла. Это стало прозрачно. Я понимаю, что некоторым это не нравится.

Даже согласование с президентом заняло всего несколько суток, а с министром вообще никаких проблем. Не знаю, почему у вас возникло подозрение, что процесс забюрократизировали. Воровать меньше будут под крышей святого дела.

- В своем выступлении вы уделяли много внимания отношениям Беларуси с Венесуэлой. Венесуэльцы во главе с Уго Чавесом действительно очень благосклонны: хотите добывать нефть - вот вам нефтяная скважина, у нас есть калийные удобрения - они сделали большие закупки, выделили $1,5 млрд. на строительство агрогородков. Скажите, каким образом вы вызвали такой интерес к нашей стране и какую выгоду из этих отношений имеет Венесуэла?

- Вот вы правильно избрали президента! Это моя работа. Я специально из себя никого не делаю, чтобы вызвать интерес. Мы им предложили построить то, что они хотят: строить там проще, чем у нас, мы это умеем делать, это обойдется нам очень дешево, там огромные прибыли на строительство.

Я прошу не давать это в большой эфир. (Далее «БелГазета» выполняет просьбу главы государства. - Ред.)

- Наше государство делает акцент на развитии въездного туризма. Планируется ли выделение денег на восстановление историко-культурного наследия, замковых комплексов?

- Я не стану забрасывать вас фактами и цифрами, но то, что делается в последнее время, это огромные недостатки средств. Я иногда удивляюсь, даже без меня, не требуя денег, на местах реставрируют объекты. Возьмите дворец Паскевичей, это шедевр, его сделали лучше, чем он был! Или возьмите Мирский замок. Что еще? Несвиж, да. Много объектов, которые мы реконструируем. Возьмите Национальный музей, «Линию Сталина», остров, куда все влюбленные ездят…

- Когда будет открыт Театр оперы и балета?

- Мне даже этот вопрос передавали заранее, он у меня есть. Реконструкция не затянулась - он должен был 5 лет реконструироваться по нормам, а я его пустил в 3 года. В будущем году вы уже с удовольствием побудете в красивейшем в мире здании нашего Театра оперы и балета. Он будет еще лучше, чем Национальная библиотека, еще мощнее… Ну, может быть, трем китам, спортивным комплексам на пр-те Победителей, будет уступать, но только по объему. А по красоте это будет жутко красивое здание!

- Какие периодические издания для детей и подростков вы читали, когда учились в школе?

- Ну «Зорьку» заставляли всегда выписывать - я ее выписывал. Потом еще какой-то журнал был (Подсказки из аудитории: «Мурзилка!»). Я уже не помню! Но читал все! Поверьте, ваш президент очень начитанный человек, он в свое время очень много читал газет. Когда был студентом, параллельно заканчивал школу лекторов, у меня была международная тематика и атеистическая. Иногда говорю нашим священникам: я же ваш противник страшный, по атеизму лекции читал. Когда я стал лектором, приходилось много читать.

- Зарегистрированы ли вы на сайте odnoklassniki.ru и поддерживаете ли отношения с одноклассниками?

- Нет, не зарегистрирован. К сожалению, сколько меня ни приглашали на вечера встреч, не получалось. Я активное принимал участие, но встретиться не получалось. В последний раз даже договорился, что приеду на вечер встречи студентов, но снова никак не получилось. Не потому, конечно, что не хочу…

- В европейской официальной мысли и в белорусской неофициальной вас часто называют врагом свободного развития журналистики. Основные доводы: официальные СМИ финансируются обществом, где существует множество позиций, но в то же время освещают одну-единственную позицию. Введен также запрет на использование слова «белорусский» в газетах (на самом деле, в названиях газет. - Ред.), которые не поддерживают государственную политику. Как вы относитесь к тому, что вас некоторые так называют?

- Очень спокойно. Меня еще не так называют! Послед-ний диктатор Европы, еще как-то меня называют. Знаете, как говорят? Хоть горшком назови, только в печку не ставь. Поэтому я спокойно к этому отношусь. Что касается моих вражеских отношений к журналистам… Когда вы задавали вопрос, меня подмывало вас спросить: ну выразите какую-нибудь неофициальную, как вы сказали мягко, или оппозиционную точку зрения! Вот я сижу перед вами, вот наши судьи, ну выразите какую-нибудь точку зрения, покритикуйте меня за что-то. Что я не так сделал? После того как я вам рассказал, как я выбирал этот путь, терзаясь, не терзаясь… Критикуйте, только честно.

- Я не хочу кого-то критиковать, но…

- Нет, не «кого-то» - меня!

- …но я бы хотел сказать одну вещь: думаю, ее понимают абсолютно все. Полное согласие, единодушие, улыбки на лицах ведущих новостей… Полное согласие может быть только на кладбище. Не может общество развиваться только на основе одного мнения…

- Абсолютно так!

- …это опасно для общества.

- Где вы видели, что я не поддерживаю разные мнения, разные точки зрения? Я вообще сворачиваю совещание, если нет альтернативы, сталкивания позиций. Если только появляется так называемое «единодушие» - это труба! Что касается ТВ, радио - там разные точки зрения, ты посмотри внимательно на нашем телевидении и радио. Но там нет вот этой пыли, нет вот этой драки, когда по мордасам друг друга бьют. Вы намекаете на то, что в мире есть какие-то независимые СМИ? Есть?

- Я бы не сказал, что в России сейчас ситуация сильно отличается, но в то же время там есть дебаты, куда приглашаются известные люди. У нас на ТВ нет дебатов, кроме ток-шоу «Выбор». Выбор чего? Должны приглашаться известные люди, которые выражают общественно значимую позицию, у нас же такого нет…

- Ну, знаете, не хочу влазить в творческий процесс наших журналистов. Это, кстати, ваша проблема! Я бы взял обязательно их, этих столпов демократии, всех сюда, пусть они поспорят друг с другом! Я представляю, как пришел бы Шушкевич, известный человек, на телевидение к Зимовскому и Козиятко. В свое время они их поносили невыносимо. Ну, просто жуть. Издевались над этими людьми - «розныя казiяткi» называли их и прочее. Я уверен, как руководителя его сейчас не пустят туда. Если нет Петрова и Сидорова, значит, никого нет? Там есть другие люди, которые являются носителями иных точек зрения.

Я же вижу, в вашей аудитории поначалу сидела половина, которая так ехидно: ну, мол, ты нам скажи, мы послушаем… Сейчас их, может быть, чуть-чуть меньше стало, но еще немало. Я совершенно откровенно с вами разговариваю, вы имеете свою точку зрения. Но прошу вас, Сергей, вы же будущее вашей профессии, все должно быть честно. Вам покажут на экране шоу, как они там борются, но за кулисами у них одна точка зрения, один денежный эталон. Ну, сказали Жириновскому, нашему лучшему другу и стороннику в свое время, что надо по Лукашенко пройтись, а он и по белорусскому народу прошелся. Сейчас он в очереди стоит, чтобы ко мне попасть. Извините, спасибо, ты оскорбил меня и народ.

И потом, есть у нас достаточное количество СМИ, которые иную точку зрения проповедуют и поливают вашего президента, если он ваш… Я часто их смотрю, чтобы узнать больше о себе. Поэтому ничего подобного! Но СМИ серьезного характера не приватизируются, как и вся идеология. Не приватизируются, это моя железная точка зрения: они должны работать на народ. Пожалуйста, приходите (меня слышит руководитель), спорьте на экране до хрипоты, но в интересах государства. А не так, что вы придете и будете рассказывать, какие американцы молодцы, что разбомбили Ирак. Нам это надо? Какой бы ни был Хусейн, но Буш нам $0,5 млн. на Национальную библиотеку не дал. А Хусейн в условиях блокады $0,5 млн. выслал. Это, может быть, маленькая копейка для него, царство ему небесное, но он прислал: передайте президенту, это небольшой вклад, но я хочу, чтобы в этой Национальной библиотеке была и моя доля! Почему мы должны плохо к нему относиться? Где там эта Беларусь, но Буш же этого не сделал! И поближе никто этого не сделал!

Поэтому, Сергей, это, может быть, еще из-за неопытности, из-за малого промежутка времени, который вы прожили. Когда я еще был студентом, был редактором общей институтской газеты. Представляешь, каким я тогда был! Я ни одному преподавателю ничего не прощал! Мы дрались с деканом, если он только косо посмотрел на моего коллегу-студента. И они мне все прощали. А вот по прошествии времени я думаю, что жестоко порой увлекался. Но это максимализм, он нам присущ.

Хочется, чтобы и на экране это было, но все должно быть в интересах государства. И никаких журналистов я не ограничиваю! Вы спросите, сколько раз я им говорил: ребята, вы не делайте из меня неизвестно что, показывайте, какой я есть, со всеми недостатками и прочее. Легче будет народу. А меня на экране будут одним видеть, в жизни - другим. Никого мы не душили. Почему мне вас душить? Я вас абсолютно не боюсь. Я не отношусь к той когорте президентов, которые боятся журналистов и прячутся от них. Абсолютно не боюсь! Я вас могу хоть всех пригласить на любое мероприятие, даже частно-интимного характера. Если я иду в баню - пожалуйста, идите и вы, пейте чай, чего мне бояться? Говорят: вот, мы хотим к вам в гости прийти, посмотреть, как вы на лыжах катаетесь. Пожалуйста, надевай лыжи и поезжай! Чего рот раскрывши стоять и смотреть на лыжню? Мне нечего вас бояться.

И если я где-то, как вам кажется, ограничиваю журналистов, то в интересах государства. А кто сказал, что вы лучше знаете, что надо государству, чем я? Хотя, опять же, я не могу припомнить того случая, где я пытался кого-то в рамки поставить из журналистов. Пишите, говорите. Каждому из нынешних руководителей телеканалов нелегко было, но они шли в открытую! Им домой нельзя было попасть в свое время, как мне Юра Козиятко говорил после своей этой аналитической передачи, говорит, у подъезда ждали. И мне приходилось многих прикрывать службой безопасности. Видите ли, кому-то не понравилось, что они сказали! Ну а сегодня, когда уже многие поняли, что к чему, и уже жизнь стабилизировалась, все поумнели.

Они знают, насколько дорога стабильность и определенность, а СМИ могут вмиг разрушить это все! В ваших руках оружие самой разрушительной силы! Я не говорю, что не вижу и не контролирую СМИ (основные) в Беларуси. И в то же время есть оппозиционные. Если оппозиционные СМИ уловят настроение людей и будут писать правду, поверьте, их тираж будет больше, чем у Якубовича. А так их тираж поддерживается валютой из-за границы.

Поскольку вы - журналисты, я, может быть, несколько эмоционально и широко говорю, но вы выбросьте эту мысль из своей головы. Часто я своим журналистам говорю: вы не жалейте чиновников на местах, показывайте весь негатив и все, что там творится, но показывайте и положительное! Не надо, чтобы было тенденциозно: мол, плохо, развалилось, обвалилось. Покажите, где не обвалилось, и покажите два раза, где обвалилось. Это будет полезно для государства.

Еще же создана система ответственности. Если вышел негативный сюжет, уже назавтра письмо несут, что все исправили. В какой стране еще такое есть, чтобы перед журналистом отчитывался самый большой начальник и премьер-министр?! В какой, назовите! А я знаю. Ни в какой. Там демократия: что хочу, то и ворочу, денег много заплатил - хорошо, кто-то еще больше заплатил - еще лучше…

Задавай только оппозиционные вопросы!

- Я хацела спытаць наконт беларускай мовы. Вы ведаеце, сiтуацыя ў краiне такая, што большасць насельнiцтва размаўляе па-руску. Цi плануюцца нейкiя мерапрыемствы па павышэннi прэстыжу нашай роднай мовы, каб яна сапраўды стала дзяржаўнай?

-
У вас не совсем точная информация. Такой вопрос стоял: что делать, как быть при поступлении в вузы? Я говорю: давайте дадим свободу, пусть поступающие определят, на якой мове, на каком языке писать сочинения, сдавать ли литаратуру белорусскую альбо русскую. Я сам тогда не верил, что большинство при поступлении изберет беларускую мову для написания сочинений! Это большой прогресс. Но я против того, чтобы это делать силой: мы это уже проходили.

Я не могу вам запретить размаўляць на роднай, сакавiтай беларускай мове. Вот Сергей на русском языке задавал вопрос, я уверен, что он не хуже тебя знает беларускую мову. Я не могу его упрекнуть: «Ты чего на русском языке размаўляеш?»

От какого наследства мы отказываемся? Когда мы ведем переговоры, россияне часто затрагивают вопрос русского языка. И они всегда отмечают: у вас нет проблем с ущемлением языка, с русским языком. Я отвечаю: чего это у нас с нашим родным языком должны быть проблемы? Русский язык - это и наш язык. Там душа нашего народа! Мы сколько в этой империи вашей кувыркались? Это ведь совершенно другой язык: там есть душа русского, белорусского народа, даже от прибалтов там что-то есть. Его называют русским, но это и наш язык. Почему мы от этого языка должны отказаться? Если бы мы только отказались от этого языка, у нас было бы столько проблем, что их материальными ресурсами не измерить. Василий Иванович знает в десять раз лучше меня беларускую мову, я не знаю, его кто-нибудь ущемлял? На каком хочешь, на том и говори.

Почему я сейчас больше на русском говорю? Чтобы говорить идеально, надо что-то почитать, документы и пр. Почитаешь вечер - и уже забываешь русские слова. Давайте откровенно. Кто в мире знает белорусский язык? А русский? Так почему вы хотите от него отказаться? Почему я должен какие-то мероприятия проводить, чтобы заставить людей разговаривать на белорусском языке? Действительно, мы в школах начинали меньше внимания уделять беларуска

й мове. Вот я учился в русской школе на селе, но было достаточно тех объемов преподавания, чтобы хорошо знать мову. И я обратил внимание министра: мне кажется, что мы в Минске во многих школах английский язык преподаем на более высоком уровне, чем белорусский. И никто об этом не говорит! Я на это тоже внимание обращаю. Да, английский должен быть на высоком уровне, но белорусский нельзя забыть! Это наш язык! Его нет ни у россиян, ни у украинцев. Белорусскому языку быть, жить, и мы его должны знать, прилично знать.

- В связи с поставками нефти в Беларусь будут ли увеличиваться мощности фармацевтической и нефтеперерабатывающей промышленности?

- Что касается нефтепереработки - дай бог загрузить то, что есть. Тому, что мы можем здесь переработать, на рынке места нет, мы здесь продать не сможем светлый нефтепродукт. Поэтому у нас мощности нефтепереработки достаточно. Можно отправлять на химию. Не хотел бы я, чтобы у нас увеличилось химическое потребление нефти, у нас и так предостаточно здесь химии в нашей стране.

Думали мы о том, чтобы построить третий нефтеперерабатывающий завод, и этот вопрос не снят с повестки дня. Но при определенном условии: если нам будет выгодно здесь перерабатывать нефть не только из России, но и c Ближнего Востока, Ирана, Венесуэлы и т.д. Что касается фармацевтической промышленности, приведу такую цифру: 30,5% мы производим своих лекарств, 70% завозим.

- Вечером, взяв пульт в руки и переключая каналы, понимаю, что мне не на чем остановиться. Молодежи неинтересно то, что показывают. Смотреть каналы-аналоги МТV - это западная культура и разложение общества. Я большую часть жизни прожил в России, и, невольно сравнивая российское молодежное общество и белорусское, мне хочется российское обнять и плакать. У белорусского еще есть будущее. Есть ли вариант создания какого-то альтернативного телеканала или выделения эфирного времени именно для молодежной аудитории?

- Ну возьмите, пусть они создадут, что они там хотят создать для молодежи! Ну сделай, пожалуйста, я не представляю, что надо сделать!

- Давайте организуем какую-то…

- Ну, давай! Вот давай, вот вы организуете! Василий Иванович вам разрешает, возьмите кассету, запишите и принесите ему, он покажет.

- Но вы добро даете?

- Да, пожалуйста!

- Я из городского поселка Плещеницы. Это такое промежуточное состояние: уже не деревня, но еще не город…

- Я знаю Плещеницы, много мимо ездил.

- Выпускники школ, несмотря на то что любят свой поселок, возвращаться не хотят и не могут, потому что работать негде: нет предприятий, нет культурных центров… Даже спортивный комплекс, и тот не действует. Выскажите, пожалуйста, свое отношение к проблеме.

- К какой проблеме?

- Малый город, работать негде, ничего нет…

- Будет. Будут работать на предприятиях - будет город. А если никто не работает - какой же город?

- Но хотят работать!

- Хотят?

- Хотят…

- А кем хотят?

- Да кем угодно.

- Интересно…

- Много специалистов!

- Посмотрим на Плещеницы, хорошо…

- Езжайте!
Добавить комментарий
Проверочный код