Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№35 (605) 03 сентября 2007 г. Архив

Как дрались в Орше

03.09.2007
«Вырвали из первых рядов, затащили в тыл, где забили ногами до смерти»

Елена АНКУДО

У каждого города своя достопримечательность: например, костел, где в каком-нибудь XV в. некая белоруска обвенчалась с польским королем, монастырь с привидением или развалины замка, который некогда охраняли львы. Жители Орши покажут место, где в советские годы прямо напротив горисполкома бетонной урной убили подростка, и подведут к надписи на стене в честь другого погибшего, затоптанного сверстниками: «Паша, мы тебя помним!» С начала 60-х гг. Орша считалась проблемным городом БССР, где подростки убивали друг друга.

Рассказ о недавнем прошлом Орши местные жители начинают одинаково: «Еще недавно в городе было три исправительных колонии и один кинотеатр». 150 тыс. оршанцев, среди которых встречались и недавние зеки, развлекались, как могли. По воскресным вечерам горожане приходили в центр города - там, у ограды исправительной колонии N6, проходили танцы. В перерывах до отдыхающих доносился лай сторожевых псов. То и дело между подростками вспыхивали конфликты. На драки из зарешеченных окон смотрели заключенные.

«ЦЕЛЕНАПРАВЛЕННЫЙ, ЖЕСТКИЙ МОРДОБОЙ»

Начало формирования подростковых группировок относят ко времени появления в городе двух исправительных колоний - строгого режима N8 и усиленного режима N12. Расположенная в центре исправительная колония N6 стояла еще с царских времен и считалась едва ли не памятником истории.

Освобожденные зеки без труда растворялись среди местного населения: одинокие женщины с радостью принимали постояльцев с налетом блатной романтики. Кстати, горожанками многие были условными: в середине 30-х гг. ХХ в. для работы на льнокомбинате Орши свезли жителей близлежащих деревень.

Именно деревенской культурой оршанские милиционеры объясняли причину неожиданного роста подростковой агрессии в 60-х гг. «Целенаправленный, жесткий мордобой, - говорится в одной из милицейских справок, - был привнесен в город из близлежащих деревень. Кто не знает, что славянская удаль в своем пике - это стенка на стенку, деревня на деревню. Драки за межу ушли в историю, а вот неприязнь к соседям, желание проявить свое «я» при помощи кулака осталась».

Национальные особенности вкупе с блатной романтикой выделяли Оршу среди других городов. Объясняя на коллегии МВД БССР в 1975г. причины неблагоприятной обстановки, руководители МВД отметили все оршанские колонии. По их данным, в 1972-74гг. «наиболее высокая рецидивная преступность» зафиксирована среди лиц, отбывших наказание в ИТК-6 (24,9%), ИТК-12 (21,5%), ИТК-8 (9,5%). Самые высокие показатели преступности в БССР оршанские власти, похоже, не удивляли: в городе с тремя колониями не было ни одного вуза.

Преступления взрослых оршанцев отвлекали от подростковых проблем, которые поначалу казались невинными забавами. Взрослеющие дети мерялись силами, присвоив группам названия районов города, где жили. Так в Орше появились «Льнуха» (район льнокомбината), «Мясуха» (район мясокомбината), «Волки» (располагался у лесного массива), «Восточка», «Черемушки» (жилые дома вокруг завода «Легмаш»), престижный «Центр», «Молоково» (по названию улицы у вокзала), «Раница» (по названию торгового центра), «Заднепровье» (с левого берега Днепра) и т.д.

В милицейских отчетах группировки считались «обороняющимися, т.е. не выходящими из района». По воспоминанию старожилов, «начиная с 80-х гг. редкий год проходил без убийства в драках. Тем, кто пытался вмешаться, доставались удары палками и штакетинами. Поэтому в городе было много покалеченных людей».

НА ОБЩАК

Обычно в группу входило от 20 до 60 подростков. По милицейской статистике, около 60% бойцов учились в ПТУ, 30% - в техникумах, остальные вышли из подросткового возраста, изредка в группировках встречались демобилизованные из армии. «Старики» редко выходили на поле боя, обычно они играли роль координаторов. Школьников в бойцы не брали; присматриваясь к физически крепким восьмиклассникам, их приглашали в «нулевки» - первую возрастную категорию, от 14 до 16 лет. За «нулевками» шли «младшие», «середняки» и «старшие».

Территориальное разделение предполагало, что подросток чувствовал себя в безопасности только в своем районе. Как только парень переходил границу, к примеру провожая девушку, он рисковал. «Чужого» окружали «районщики», интересовались, где он живет и ходит ли «за район», после чего ожидали, когда девушка зайдет в подъезд, и начинали драку.

Возглавлял группу «водила» - самый авторитетный и сильный подросток. Не менее двух раз в неделю он проводил «сборы»: подростки играли в футбол, поднимали тяжести, отрабатывали удары. «На «тренировки» ходили с удовольствием, - вспоминает бывший сотрудник инспекции по делам несовершеннолетних (ИДН) Оршанского ГОВД Н. - Основной целью было накачать мускулы и стать сильнее других. Во многих группировках поддерживалась железная дисциплина: бойца, от которого пахло спиртным, наказывали: каждый из членов группировки по приказу «водилы» давал ему подзатыльник. Могли и избить».

Первые бойцы не думали о деньгах. Сбрасываться начали в 80-х гг. - на спортинвентарь и прочие надобности группировки. Затем о деньгах заговорили «смотрящие»: воинственными подростками заинтересовались криминальные авторитеты, осевшие в Орше. По оперативной информации, причастность взрослых зеков к уличным боям подростков просматривалась довольно часто.

Не исключено, что авторитетные жители Орши, отсидевшие срок, забавлялись, глядя на детские игры в войну, и учили бойцов жить по законам криминального мира. Деньги, собранные на общак, передавали пострадавшим в драках, тратили на подогрев - передачи в колонию осужденным подросткам и подъемные после их освобождения.

ПО ТРОЕ В РЯДУ

Драки происходили на пустырях, сельских дорогах и городских улицах - где договорятся «водилы». Были и недоговорные сражения - когда одна группировка нарочно переходила границы района, провоцируя соседей на решительные действия. Начав с кулачных боев, подростки освоили подручные средства - палки, штакетины, выломанные из забора колы и даже металлические предметы.

«Поводом для драки было желание выяснить, кто сильнее, - продолжает бывший сотрудник ИДН Н. -Не все группировки испытывали друг к другу враждебность, некоторые поддерживали дружеские отношения. А вот «Льнуха» и «Мясуха» находились в состоянии постоянной вражды, хотя были соседями».

Дрались в Орше по нескольку раз в месяц. На драку ходили строем. «Я видела колонну дважды, - вспоминает свидетельница давних событий жительница Орши Ольга Ш. -Был морозный ноябрьский вечер, сгустились сумерки, я выглянула в окно, услышав странный шум. Это крепкие молодые люди в черной одежде строем выходили за город - по трое в ряду. Шли в ногу, демонстрируя силу и дисциплину. Все были в одинаковых шапочках со срезанным помпоном - «бойцовках», которые говорили о принадлежности к определенной группировке. Я испугалась, бросилась закрывать ставни, осмотрелась: где мои дети?»

В начале 80-х гг. Ольга Ш. стала свидетелем драки между «Раницей» и «Победой»: «Зрелище страшное: дети закручивались в клубок, распутать который было невозможно. Очевидцы драки ждали милицию. Хотя взрослые не вмешивались, двум мужчинам досталось: у одного пошла кровь».

«СТРОЕМ НЕСЛИ ВЕНКИ»

В начале 80-х гг. появились первые жертвы. «Никто не ставил целью убить человека, с которым в ПТУ сидел за одной партой, - вспоминает Ирина Чернявская, в те годы - начальник ИДН ГОВД Орши. - Раззадоренные боем, подростки забывали неписанное правило драки: не бить лежачего. Случалось, на бойца прыгали с дерева - чтобы добиться большего эффекта».

После первых убийств об Орше заговорили за пределами БССР: местная власть сняла негласный запрет на газетные публикации. Журналисты «Оршанской газеты» писали о судах, подсчитывая количество убитых: в 1986-87гг. погибли пятеро подростков, более пятидесяти получили черепно-мозговые травмы.

Похороны становились своеобразным ритуалом. «Ни один митинг в городе не собирал столько людей, сколько похороны подростка, убитого в драке между группировками, - писала «Оршанская газета» в 1987г. -Подростки собрались со всего города, чтобы соблюсти ритуал похорон. Это венец игры в войну, которая закончилась убийством».

«Ребята собирались из разных районов, - рассказывает Ольга Ш. -Строем, как вымуштрованная армия, несли венки. Создавалось впечатление, что для них это спектакль: сперва убили, а затем торжественно похоронили жертву. Даже в этот момент они демонстрировали свою силу, диктат. Близкие погибшего желали разогнать бойцов, чтобы те не красовались на похоронах, но только однажды мать погибшего отстояла свою позицию».

9 октября 1986г. в драке между «Курган-Дерибасами» и «Раницей» погиб 17-летний подросток из «Раницы» Дмитрий Барановский. Как писала «Оршанская газета», его «вырвали из первых рядов, затащили в тыл, где забили ногами до смерти». Причиной драки стал конфликт: за год до этого в драке убили подростка из «Раницы». По неписаным правилам, после смерти во время боя группировки делали перерыв, соблюдая свое-образный траур около года. А потом группировка, потерявшая бойца, должна была совершить во время новой драки убийство. Так и произошло.

Обычно на похоронах гроб с погибшим бойцы несли до кладбища на руках. Мать Барановского не позволила этого, призвав присутствующих прекратить убийства. «Пусть это будет последняя смерть!» - сказала женщина. И действительно, Дима стал последней жертвой войны оршанских группировок…

СДЕЛАЛ ЗАМЕЧАНИЕ - И УБИТ

Ведение боя во многом зависело от «водилы». Некоторые прекращали сражение после первой крови, другие едва ли не сознательно толкали сверстников на убийство.

Одной из самых жестоких группировок считалась «Льнуха», которую, по слухам, контролировали криминальные авторитеты. Бойцы группировки славились железной дисциплиной и ненавистью к милиции. В этом районе в ночь на 30 июня 1979г. одиннадцать бойцов, собравшихся на проводы в армию, убили лейтенанта милиции Юрия Бобкова.

Как сказано в приговоре, «они громко пели, кричали, нарушая общественный порядок и спокойствие граждан». Бобков сделал замечание - и началась драка. Удар, нанесенный сзади камнем по голове, свалил Бобкова с ног, подростки добили его и разбежались. Их нашли по длинным синякам, оставленным резиновым шлангом, которым один из коллег убитого, защищаясь, наносил подросткам удары. Все одиннадцать человек отправились в колонию на длительные сроки.

«ПРЫГАЛИ НА НЕГО С ПРИЦЕПА»

Хотя для оршанцев не было секретом, чем занимаются подростки, родители редко догадывались, что в группировку входит именно их сын: сборы начинались в шесть вечера, к восьми подросток уже был дома. Власть встрепенулась лишь после первых убийств: начались заседания, на которые приглашали сотрудников ИДН, родителей, представителей общественных организаций, даже врачей. Но драки продолжались. По воспоминаниям одного из участников таких заседаний, пожелавшего остаться неназванным, «совещаний становилось больше, а результатов не было. Чиновники забывали о конкретных мерах. К началу 80-х гг. в ИДН не было психолога, а нас дети игнорировали, улыбались, глядя в глаза - и только. Вырвать подростка из группировки удавалось не многим родителям, которые для усиления контроля над детьми иногда меняли место работы и даже место жительства».

Наказания за участие в драках были незначительными. Как отмечалось на коллегии МВД в 1989г., «пресечение правонарушений со стороны подростков и молодежи этих группировок осуществляется только путем привлечения их к административной ответственности за мелкое хулиганство и неповиновение законному распоряжению работника милиции. Это предусматривает административную ответственность в виде штрафа до 50 рублей либо ареста на 15 суток. В условиях участившихся фактов хулиганских проявлений, посягательств на телесную неприкосновенность граждан такая мера наказания неэффективна в профилактике групповых драк, тяжких преступлений».

Серьезные наказания были предусмотрены убийцам. За одну смерть суд мог наказать по пять-восемь человек и более. Как сообщала об одном из таких процессов «Оршанская газета», «когда зачитывали приговор, зал суда был заполнен. Пришли родители, знакомые подсудимых, члены группировок. Судья читала приговор, родственники подсудимых плакали. Матери по-прежнему не верили в виновность своих сыновей, хотя вина доказана… За смерть надо платить. Заплатят за нее два лидера группировок, хотя непосредственно они и не били парня… Погибшему было нанесено около десяти ударов, каждый из которых был чреват серьезными последствиями. Лежачего били ногами по голове, прыгали на него с прицепа».

«АНАЛИЗИРУЯ КАДРЫ…»

Чтобы определить состав группировки, сотрудники милиции шли на хитрость. «Бойцы любили фотографироваться вместе, - вспоминают в ИДН Оршанского ГОВД, - поэтому мы любыми путями искали групповые снимки – доказательство того, что подросток уже там. Некоторые снимки приносили родители, некоторые делали сотрудники милиции. На похоронах, куда собирались все бойцы, работал оператор. Анализируя кадры, мы предполагали, кто за кого дерется».

Определившись с составом группировки, милиционеры пытались разобщить бойцов: «Есть много методов дискредитации лидера. Милиционер подходил к нему, когда лидера окружали бойцы, спрашивал, как дела, хлопал по плечу и шептал что-то на ухо, словно секретничал. Бойцы начинали беспокоиться: что за дружеские отношения? Если мы располагали информацией о месте сбора групп, то сообщали об этом одному из бойцов, ссылаясь на «водилу». В результате подростки решали, что лидер работает на милицию, в группе происходил раскол».

Активное противодействие группировкам началось во второй половине 80-х гг. По воспоминаниям Ирины Чернявской, «в Оршу приехал начальник Витебского УВД Мечислав Гриб. Он посадил меня в свою машину, и мы поехали по городу - смотреть обстановку. После этого Гриб вздохнул, признав, что «от этой проблемы не отмахнешься». Так из УВД потянулись помощники - патрулировать оршанские улицы помогали бойцы военизированных взводов и СОБРа.

«В 1988г., - вспоминает Чернявская, - руководитель ГОВД Александр Длугаш вышел на трибуну и сообщил подросткам, что отменит дискотеки, если драки на танцплощадке продолжатся. Годом позже ему удалось заставить подростков отказаться от оружия, угрожая жесткими мерами тем, кто выйдет на драку с кольями. Пытаясь предупредить побоища среди призывников, милиционеры поднимались в пять утра, чтобы на призывном пункте было спокойно».

Для подростков организовывали экскурсии в исправительные колонии, где зеки рассказывали о тяжелой жизни за решеткой, а врачи - о тюремных болезнях. Количество группировок начало уменьшаться: если в 1996г. в Орше их насчитывалось тринадцать, в 1998г. - девять, то 2002г. - всего пять. До сих пор по вечерам в центре города, под стенами бывшей колонии N6 собираются подростки. Сегодня - только для того, чтобы выпить пива. Но о том, что в Орше больше не дерутся, местные жители стараются не говорить. Чтобы не сглазить.

«ВОДИЛА» ИЗ ГОВД

Самый необычный человек, принимавший участие в драках, - Сергей Худолеев. В 1964-66гг. он «водил» «Заднепровье», а в 1970г. стал милиционером. Человека, дослужившегося до звания подполковника МВД, а в 1986г. получившего орден Трудового Красного Знамени как лучший оперативник БССР, бойцы боялись больше остальных, узнавая о приближении по звуку его мотоцикла «ИЖ».

«Это был самый разгар уличных боев, - улыбаясь, вспоминает Сергей Худолеев. - «Заднепровье», которую я водил, считалась самой сильной группировкой. На спорте в то время подростки были просто помешаны: в футбол играли до первых звезд, поднимали тяжести. Бойцы из нашей группировки потом за сборную СССР бежали на лыжах, стали мастерами спорта по велоспорту. Днем подростки сидели за одной партой, вечером созванивались - и шли махать кулаками.

Когда по решению коллектива школы, где я работал, меня направили для службы в ГОВД, у милиционеров были большие глаза: они знали, что я «водила». Занял я должность командира взвода патрульно-постовой службы, и те, кто меня когда-то гонял, оказались в моем подчинении. Выдали мне мотоцикл «ИЖ» и палку - я и поехал. Увижу группу - заезжаю в середину и махаю палкой направо и налево. Дошло до того, что подростки по звуку знали, что я выехал, и на улице становилось пусто. Милицию в те времена уважали. В 1974г., когда я был начальником ИДН Оршанского ГОВД, в районе льнокомбината началась драка. Остановив ее, построил 56 бойцов и строем повел в отделение милиции - штрафовать за мелкое хулиганство. Они только спросили, что будет, если нападут на меня. Я им: «Закатаете в асфальт». Они засмеялись и дошли до здания милиции».
Комментарии
  1. владимир 19.06.2013 23:27

    Сам Оршанец! и за район ходил!Особо плохого в этом не вижу.Люди учились ответственности какой то,за своего боевого товарища.Были правила и их как то придерживались.А сейчас?То же самое,только беспредела больше.Бьют мелкие группировки пьяных подростков кого попало,по пьяному желанию и спросить не с кого.Милиция за всеми не угониться.Конечно в центральных районах всё стало потише.А там где милиция редкий гость:Западная,Старая Восточка,Сельхозка,Деребасы и т.д. лупят кто кого хочет,а потом ловят мелкими группами виноватых.Так что же изменилось?Большинство в милицию не обращаются,потому,что в маленьком городке выловить и пресануть проблем не составляет.А жить вместе всё равно придёться.И прятаться по углам если не отомстить-всё равно чмырить будут.Пример из жизни-подрался как то с одним пареньком на вечеринке.Исход его не удовлетворил.Забил стрелку на завтра один на один.Не вопрос.Но это же ОРША!!!и НАДО БЫТЬ ОСЛОМ,ЧТОБЫ ЗАЯВИТЬСЯ ОДНОМУ.Я взял с собой восемь человек поддержки,а он привёл тринадцать!!!Разобрались без всякой бойни по понятиям.Кстати там было половина старых раёнщиков.А если бы и была драка,то в милицию никто бы не пошёл.А если бы кто то из нас пришёл один!?лежал бы под ближайшим кустом с разбитой головой.Вот и думайте есть у нас районы или нет?

Добавить комментарий
Проверочный код