Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
№32 (602) 13 августа 2007 г. Радости жизни

«Лучше нарисую нового Путина»

13.08.2007
Австрийский живописец не заметил в Минске диктатуры

Наталья ПРОВАЛИНСКАЯ

Голубой цвет лица Мерилин Монро, ассоциирующийся с посмертной маской, зеленоватые оттенки в лице Бельмондо и страстно целующей его красотки, синева кожи Марлен Дитрих могут вызвать замешательство любого слабонервного посетителя выставки картин в Музее современного изобразительного искусства. Австрийский художник Хельмут Цвергер, экспозиция которого организована в Беларуси впервые, побеседовал с корреспондентом «БелГазеты» о женщинах в кино и политике, мужской сексуальности, стерильности минских улиц и о том, почему он не рискнул бы нарисовать портрет белорусского президента.

- Вы бывший дантист?

- Я был очень успешным дантистом. В 70-80-х гг. в культовом венском кафе «Централь», где когда-то играл в шахматы Троцкий и сиживали за кофе Кафка и Фрейд, стоял большой круглый стол, за которым встречалась компания известных людей: адвокаты, художники, богема, обеспеченные врачи вроде меня, проныры-журналисты и политики. В то время я не только не думал о живописи, но даже представить себе не мог, что у меня есть хотя бы подобие таланта. Если бы не моя жена, которой необъяснимым образом приспичило взяться за живопись, я бы так и остался респектабельным дантистом, гоняющим по улицам Вены на дорогих спортивных авто.

- Что кроется за вашей игрой с цветами?

- Я рисую реальные очертания, но с цветами творится полный хаос: лица могут быть какими угодно. Эти цвета подсказывает мне сердце или желудок, я чувствую их инстинктивно. Никто не рисует в такой манере, это моя территория.

Никакой философии я в картину не вкладываю. Исправлять мир, вправлять вывихи не в моей компетенции. Раньше я исправлял зубы, но мир это не зуб. Я наслаждаюсь процессом. Многие художники умудряются с помощью одной картины прочитать миру целую нотацию, но не я.

Самые сильные чувства человечества - возможно, любовь и голод. Лично я был женат четыре раза и, соответственно, четыре раза разведен. Сейчас снова обитаю на планете Земля в одиночестве. Но из количества моих браков можно сделать вывод о том, что в моей жизни было четыре сильных любви. Одна из них, самая сильная, закончилась разводом спустя неделю после брака.

- Мерилин Монро и Марлен Дитрих, которых вы изображаете, в вашем представлении являются секс-символами столетия?

- Мерилин Монро - самая красивая женщина из когда-либо живших на Земле. Я отношусь к тем мужчинам, которые пасуют перед красотой. Когда я рисую Мерилин Монро или Марлен Дитрих, это почти физиологическое наслаждение.

- Славянская женская сексуальность отличается от западноевропейской?

- У мужчин Западной Европы славянские женщины всегда вызывали повышенное слюноотделение. Они невообразимо красивы. Есть неуловимая разница между ними и европейскими роковыми красавицами. Тем не менее европейские женщины кажутся мне не менее соблазнительными. Чтобы понять разницу между белоруской и австрийкой, я должен попробовать как первую, так и вторую. Точнее, в данном случае вторую. К сожалению, мне не довелось быть со славянкой.

- Сексуальны ли женщины-политики?

- Женщины, дефилирующие в политике, не будоражат моего воображения - ни Юлия Тимошенко, ни Кондолиза Райс, ни Ангела Меркель. Хотя почему бы не нарисовать портрет Тимошенко? В ней есть не только политический, но и некий сексуальный подтекст.

Стандарты красоты имеют срок годности. Если бы женщину удалось поместить в машину времени, перемещающуюся из 40-х в 60-е, а из 60-х в 90-е, она считалась бы красавицей далеко не на каждой остановке.

- Де Вито утверждал, что творческий человек должен быть «сумасшедшим маньяком». Вы считаете себя таковым?

- Говорят, гений должен быть ненормальным, без царя в голове. Но, как показывает опыт, создавать нормальное искусство могут только нормальные персонажи. Художник должен быть адекватен, хотя и не без легкой помешанности. Иначе сумасшедшие перекроят искусство по своему образу и подобию: это будет искусство психушки, и сама планета превратится во вращающуюся вокруг своей оси психушку. Безумие хорошо в малых дозах.

- А остроумие?

- Многие мои работы комичны. Например, Монро, танцующая с мужчиной, который смеется. Эта парочка выглядит колоритно, но, несмотря на то что Мерилин увлечена танцем, она выглядит так, как будто перед танцем с ним она спала с кем-то другим. Это забавно, нормально и актуально, т.к. происходит на каждом шагу.

- В вашей коллекции есть культовые российские персонажи?

- У меня есть портрет Путина. Я рисовал его дважды, одна из версий картины была в уменьшенном размере специально для выставки, которая проходила в космосе. В 2003-2004гг. мои работы побывали в космосе с третьей космической экспедицией на корабле «Союз». Всего я подготовил для нее шестнадцать полотен, из которых было отобрано три. Самое смешное, что Путин в космос не полетел, даже несмотря на то, что отбор фото проводил русский космонавт.

Что касается других мировых политиков, то невероятно глупая персона - Буш. Лучше нарисую нового Путина, который, безусловно, умен. Он привлекательный политик. Встретив его, ты сможешь рассказать ему все. Думаю, Хуссейна я бы тоже не рисовал. Если художника интересуют убийцы - это патология.

- Почему вы решили выставляться в Беларуси?

- В одном австрийском журнале я прочитал статью о Минске как о развивающемся культурном центре Восточной Европы. Город чрезвычайно заинтересовал меня как новое культурное пространство. В итоге я проявил инициативу и стал первым австрийским художником, чья выставка была организована в Минске.

Я слышал, Беларусь - последняя диктатура Европы. Но лично у меня не возникло никаких проблем. Я не заметил тут признаков диктатуры. Я не видел молодых людей с заболеваниями, Беларусь - поразительно чистая страна. Здешние люди не выглядят так, как будто злые диктаторы порют их сутки напролет.

- Есть мнение, что здешняя чистота граничит со стерильностью…

- Не согласен. В Германии очень грязно. Молодые люди тоже очень грязные. Поэтому чистота, почти стерильность города привела меня в восторг. Интересен ли этот город для художника, другой вопрос. Недалеко от Дворца Республики я видел красивую церковь. Дворец Республики - монолитный квадрат, а квадрат не может быть интересен.

- Что вы думаете о белорусском искусстве?

- Я не встречался с белорусскими художниками и не могу оценить тенденций в вашем искусстве. В любом случае, политизированное искусство - не мой тип живописи. Но есть много живописцев, которые с помощью картин жалуются на голод, войны или диктатуры. Вам бы хотелось повесить дома на стену изображение политических дрязг? Мне - нет.

- Как насчет портрета нашего президента?

- Мне даже интересно, что произошло бы, если бы мне пришло в голову его нарисовать. Могу ли я нарисовать его с зеленым носом или красным лицом? Как бы он отреагировал? Это невероятно интересный вопрос! Я не могу гарантировать, что на моей картине нос президента не будет красным или оранжевым, но если кто-нибудь придет ко мне и скажет: «Я хочу, чтобы ты нарисовал нашего президента» - и, конечно, предложит мне много денег, я его нарисую. Я знаю о нем не так много. Знаю только, что он выходец из деревни, не горожанин. Простые люди его любят. Он харизматичный, высокий и стройный. Сколько он весит, около 120 кг?
Добавить комментарий
Проверочный код