Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Ожидается, что декрет об обеспечительном депозите позволит бизнесменам не опасаться за свою свободу,если они выйдут за правовые рамки. Нужно просто заблаговременно положить не менее BYN50 тыс. на счет в Беларусбанке. От чего еще можно обезопасить граждан?
от призыва в армию
от бедных родственников
от оплаты коммунальных услуг
от вредных привычек
от прохождения флюрографии
№4 (574) 29 января 2007 г. Личный вкус

И в Гаване все спокойно

29.01.2007
Канал: Cuba Vision. Адрес: Astra 1 11508 Mhz 22000 Ks/s v [708] a [728] p [708]. Время: четверг, 25 января. 10.00-24.00.

Родион РАСКОЛЬНИКОВ

После того как 80-летний лидер кубинской революции Фидель Кастро передал бразды правления страной своему брату Раулю, у многих небезразличных к развитию ситуации в регионе появились сомнения. Выдюжит ли Рауль? Сможет ли в одиночку противостоять всем империалистам мира? К 10 утра 25 января 2007г. сомнения у одного отдельно взятого обозревателя «БелГазеты» достигли апогея. Найдя в списке спутниковых каналов ТВ острова Свободы, он погрузился в информационное пространство страны, давшей миру сахарный тростник и сигары.

В глаза сразу бросилось то, что телевидение Кубы, страны победившей революции, острова равенства и справедливости, мало чем отличается от телевидения обычных стран, где есть место эксплуатации, социальному неравенству, угнетению одного класса другим. Логотипом канала Cuba Vision является раскрытый глаз, расположенный на Западе телеэкрана и глядящий на Восток этого самого экрана. Но не какой-нибудь злокозненный, прищуренный глаз, вроде того, что изображен на американском долларе. Нет, добрый, справедливый глаз. Такой глаз мог быть у Ленина. Или у Крупской. Или у Зюганова в молодости, до первых преступных контактов с отдельными олигархами. Ясно было, что глаз олицетворяет весь кубинский народ, докеров и прачек, точильщиков мачете и солдат, высматривающих в ночном небе американские самолеты-шпионы…

На телеэкране начался разговор. Двое мужчин, один в белом пиджаке, другой - в желтом, о чем-то говорили по-испански, неспешно и обстоятельно. Таким тоном не рассуждают о проблемах, заговорах и переворотах. Таким тоном не сетуют на плохое состояние здоровья Фиделя. Значит, все в порядке. Значит, держится Рауль. Значит, не проймет его мировая закулиса. Первое напряжение спало, и я позволил себе отлучиться на завтрак.

Вернувшись, я обнаружил на экране все тот же глаз и все тех же мужчин. Они говорили уже час. Говорили, обращаясь не к зрителю, а исключительно друг к другу. Чувствовалось, что им хорошо вдвоем. «Неужели таким должно быть телевидение страны, где нет места эксплуатации?» - кольнула меня мысль. Откровенно не хватало изображения счастливых, свободных лиц гаванских докеров и точильщиков мачете. «А что ты хотел? Если телевидение сделать интересным, на него попрут рекламодатели, оно превратится в буржуазный проект», - успокоил я себя. Я погладил белье и убрался в комнате. В сотый раз пролистал старый альбом черно-белых фотографий «Гавана. Город пламенеющих небес». А по Cuba Vision продолжали говорить двое мужчин. Один в белом пиджаке, другой - в желтом. На третьем часу я попросил прощения у острова Свободы и убежал на работу.

Первое, что я сделал, примчавшись домой, - включил Cuba Vision. «Если там снова два этих типа, значит, там победила хунта, скрывающая от граждан информацию, как это было с «Лебединым озером» во время ГКЧП», - подумал я. Но по Cuba Vision пошли новости.

Школа тележурналистики острова Свободы очень интересна: о ситуации собственно в стране не было сказано ни слова. Показывали преимущественно скандалы на Всемирном экономическом саммите в Давосе, новые антибушевские выступления в США и какие-то митинги на Ближнем Востоке.

Потом новости культуры. Здесь рассказывали о Кубе. На экране появились счастливые лица, пусть даже не докеров и не точильщиков мачете, а художников и, кажется, музыкантов. Все они вместе нахваливали выставку ранних фотографий Кастро, открывшуюся в Гаване. Новости закончились, и начался фильм. Он был сделан в довольно необычном для мирового кинематографа жанре документального мюзикла. По джунглям ходила компания из шести музыкантов в национальных костюмах, которые время от времени останавливались под какой-нибудь особенно живописной пальмой и начинали петь. Потом у них брали короткое интервью, и они снова отправлялись глубокомысленно ходить по джунглям. Очень интересный фильм, все два часа пролетели незаметно.

Но вот по экрану поплыли титры. «Что же дальше? Неужели покажут обращение Рауля? Или какую-нибудь старую речь Фиделя?» - терзался я. Вместо этого с триумфальными и немного садистскими улыбками вновь возникли двое дядек. Один в белом пиджаке, другой - в желтом. Только тот, что был в белом, надел желтый пиджак. И наоборот. Впрочем, это мне могло показаться.

Они снова начали что-то обсуждать на испанском, быстро забыв и о зрителе, и о времени, и обо всем остальном. Вслушиваясь в их спокойное, уверенное болботание, я понял: пока на Кубе такое телевидение, никакая революция ей в принципе не грозит.
Добавить комментарий
Проверочный код