Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
№51 (570) 25 декабря 2006 г. Мнения

Смерть монумента

25.12.2006
 

Виталий ПОРТНИКОВ

Неожиданная для многих за пределами Туркменистана, не менее неожиданная для самих туркмен и тем не менее ожидавшаяся уже несколько лет кончина Сапармурата Ниязова стала подтверждением банальной исторической истины: даже самая изощренная деспотия бессильна перед смертью.

Ниязов согнул собственную страну буквально в бараний рог, не оставил согражданам не то чтобы альтернативы, но даже потаенной мысли об альтернативе, сделал их заложниками не то чтобы почитания своей персоны, но собственного сумасбродства, способного превратить в дорожную пыль даже самого верного и преданного соратника.

И что теперь? Кто может ответить на вопрос: каково будущее Туркменистана? Сохранится ли построенный Ниязовым режим в неизменном виде, с каким-нибудь Туркменбаши II, решившим воспользоваться опытом предшественника? Начнется ли процесс десакрализации Ниязова и в каком виде? Ведь туркменская десталинизация может проходить различными путями - с развенчанием культа самого Туркменбаши и предъявлением населению свидетельств личных злоупотреблений автора «Рухнамы» или же с разоблачением каких-нибудь недобросовестных соратников вождя, проигравших борьбу за власть и способных стать ответственными за все недостатки режима?

И удастся ли в случае начала такой десталинизации сохранить стабильность в Туркменистане? И сможет ли страна противостоять внешним влияниям, а если не сможет, то какое именно давление извне станет для нее определяющим - российское, западное, иранское, центральноазиатское? Туркменистан сегодня - корабль без руля и без ветрил, совершенно дезориентированная страна, с неопределенным будущим и, что самое важное, неопределенным прошлым: никто не знает, как станет трактовать его новая власть…

15 лет назад никто не ожидал от первого секретаря ЦК компартии Туркмении Сапармурата Ниязова такой прыти, никто не представлял себе, что ему удастся создать до такой степени безальтернативную систему властвования. В Ниязове не было масштабности Нурсултана Назарбаева и аналитизма Ислама Каримова, он не умел очаровывать собеседников, как казахстанский лидер, и покорять их неожиданными откровениями и точными оценками, как узбекский. Но что в нем было, так это абсолютная, всепоглощающая напористость, готовность идти до конца, не останавливаясь, не оглядываясь, никого не замечая. Его убежденность в своей миссии, в своей предназначенности озадачивала (казалось бы, такой человек не должен мыслить подобными категориями), пока не становилось ясно, что эта миссия - не Туркмения, а сам Ниязов.

Всю свою жизнь этот удивительный человек занимался построением памятника себе с использованием вверенной ему республики, а затем и независимого государства как фундамента для такого строительства, как постамента, на котором вольготно разместится его позолоченная фигура. В отличие от других стран мира Туркменистан предоставлял необозримые возможности для такой стройки. И он метался из стороны в сторону, наследуя знакомые примеры, не зная, кем ему хочется быть на самом деле. Брежневым? Сталиным? Ататюрком? Восточным деспотом? Строителем современного государства на Востоке? Генсеком? Отцом нации? В выстроенном им культе были элементы всего, что он знал и что могли ему посоветовать помощники. Поэтому культ этот выглядел одним из самых эклектичных и странных не только на постсоветском пространстве, но и в современном мире.

Это был культ, созвучный возвеличиваниям президентов в новых государствах даже не Азии, а Африки: вспомним о торжественной коронации императора Бокассы в Центральной Африке (решивший стать монархом президент Центрально-Африканской Республики уверенно копировал «маленького капрала»), о почестях, воздаваемых угандийцу Иди Амину или конголезцу Мобуту. Только после смерти «отца нации» можно будет понять самое главное - что же он построил на самом деле.

Мемориальный музей Ниязова, в котором главными экспонатами были его свежеперекрашенные портреты и памятники, или все же государство - пусть не современное, пусть архаичное, но все же государство, способное функционировать и после его смерти? Вряд ли ответ на этот вопрос мы получим в ближайшие недели или даже месяцы. Хотя именно он и важен. Ведь Туркменистан с его газовыми запасами был важной частью всей постсоветской системы взаимоотношений, всех этих корпоративных расчетов и перерасчетов, маневров Москвы, Киева, Ташкента, Астаны…

И то, что эти маневры базировались, по сути, на личных договоренностях с одним-единственным человеком, а не с государством, показывает слабость всей этой системы. Правда, человек этот всем своим видом демонстрировал, что он вечен. Но это была неправда.
Добавить комментарий
Проверочный код