Понедельник, 5 Декабря 2016 г.
Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№41 (560) 16 октября 2006 г. Мнения

Штокмановский маневр

16.10.2006
Московский наблюдатель

Виталий ПОРТНИКОВ

Накануне приезда президента России Владимира Путина в Дрезден и его встречи с федеральным канцлером Ангелой Меркель Москва разыграла целую комбинацию: глава «Газпрома» Алексей Миллер сообщил о том, что российская монополия будет в одиночку разрабатывать знаменитое Штокмановское месторождение, интересовавшее европейцев с точки зрения участия в освоении. Запасы Штокмана планировалось танкерами везти в США. Но уже в Дрездене Путин предложил Меркель переориентировать сокровища Штокмана на Германию. Российские СМИ трубили о беспрецедентном энергетическом альянсе, о том, что Германия становится главным получателем российского газа и лоббистом российских интересов в Европе.

На следующий день после отъезда Путина оказалось, что российский президент перепутал Меркель со Шредером. Федеральный канцлер договорилась об энергетическом сотрудничестве, но не с Путиным, а с Шираком. Что же касается альянса с Россией, то он вряд ли может состояться после того, как Германия и Франция потребовали от главного газового поставщика Европы придерживаться Энергетической хартии, не раз вызывавшей раздражение президента России.

Словом, несмотря на то значение, которое придавалось поездке Путина в Германию, ее единственным серьезным результатом стал спонсорский жест «Газпрома» в сторону футбольной команды «Шальке 04». И рассчитывать на то, что ситуация изменится к энергосаммиту ЕС, особо не приходится.

Почему же ситуация так изменилась со времен договоренностей Путина и Шредера? Нельзя сказать, что Меркель не является преемницей политики предшественника с точки зрения развития энергетического сотрудничества с Россией. Она продолжает выступать за строительство Северо-Европейского газопровода, за увеличение российских поставок газа. Но когда речь заходит о переориентациях и альянсах, в воздухе чувствуется уже не запах газа, а явственный привкус политики. И этой роскоши ни один западный лидер себе позволить не может.

На Западе замечают, что Россия последовательно отказывается от иностранных инвестиций в стратегических направлениях, что не только уменьшает прибыль потенциальных партнеров, но и исключает какой-либо контроль над бизнесом крупнейших компаний. Вместе с тем госконтроль за бизнесом, особенно в энергосфере, усиливается с каждым днем. И государственная заинтересованность в «Газпроме» - тоже. Путин все чаще приезжает куда-либо не как президент России, а как президент «Газпрома», подменяя Дмитрия Медведева и Алексея Миллера.

То, что глава государства глубоко вовлечен в проблемы крупнейшей газовой монополии, нетрудно понять, слушая ответы президента на вопросы, связанные с газом. Путин - не столько политик, сколько менеджер. И в России, наверное, думают, что это очень хорошо: решаем проблемы «Газпрома» всей страной, от президента до последнего клерка. Но на Западе такая ангажированность госструктур бизнесом вызывает очевидные подозрения в личной заинтересованности вовлеченных, в зависимости бизнеса от политики, в нестабильности сотрудничества, связанного с политическими приоритетами.

За примерами далеко ходить не нужно: прошлогоднее обострение энергетических отношений с Киевом Москве так и не удалось объяснить исключительно экономическими соображениями. А впереди еще одна зима, с новыми постсоветскими сюрпризами. И считать, что в Кремле удержатся от соблазнов и не станут вновь пугать европейцев, было бы наивно, по крайней мере в Беларуси…
Добавить комментарий
Проверочный код