Воскресенье, 4 Декабря 2016 г.
Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№29 (548) 24 июля 2006 г. Тема недели

Григорий Нестеров: «Относитесь к художникам хотя бы как к спортсменам»

24.07.2006
 

Татьяна КАРЮХИНА

«Спасибо, но мало!» - несколько грустно резюмирует художник Григорий Нестеров, углубляясь в расчеты: если поделить Br69 млн., выделенные на прошлой неделе из президентского фонда «на приобретение работ белорусских художников для музеев страны», на всех членов Союза художников выходит по $50 на брата. А Br11 млн., выделенные «на закупку творческими академическими мастерскими живописи, графики и скульптуры материалов для создания произведений изобразительного искусства», он даже делить не берется: «мало!». Хотя благодарит и на этом: «Радоваться надо, когда хоть сколько-нибудь дают».

В беседе с корреспондентом «БелГазеты» известный в Беларуси и за ее пределами художник, участник прошлогоднего аукционаChristie’s Григорий НЕСТЕРОВ оценил широту президентского жеста и предположил, как далее распределится выделенная помощь субъектам арт-рынка, который художник определяет словом «базар».

- Br80 млн.«на развитие» изобразительного искусства и«пропаганду его достижений» - широкий жест?

- По нынешним временам, когда художников лишней копейкой не балуют? А как же! Хорошо, что хоть какие-то деньги выделяют.

- Судя по обороту «хоть какие-то», эта сумма не кажется вам большой?

- Спасибо. Но этого мало! Даже если мы округлим сумму, что выделена на приобретение наших работ музеями, до Br70 млн., то все равно выйдет, что на каждого члена союза художников (их число колеблется в пределах от 500 до 700) приходится всего-то по 100-120 тыс. Если бы выдавать их ежемесячно - на краски, на холст только и хватит…

Предполагается, что выделенные деньги пойдут на покупку шедевров, которые создают если не гении, то звезды, талантища - человек 70, возможно, выручат за свои работы по $500. А может, небольшая группа из семи человек, чьи работы будут стоить по $5 тыс.?

- Из чего складывается цена на произведения искусства и сколько живописных полотен смогут приобрести музеи на выделенные деньги?

- Цена работы - понятие сложное, оно складывается из многого. Сейчас тяжелые времена для многих художников. Мои коллеги готовы продавать работы за любые деньги. Даже ниже стоимости самого холста и красок. $40-50 - есть и такая цена за картину. Но вот вопрос: сколько работ купят музеи? Какие? У кого? Решит это, видимо, небольшая группа людей. Как всегда.

- У вас есть предположения, чьи работы будут куплены, а кто из художников останется за бортом?

- Периодически Союзу художников выделяется какая-то «помощь», эти суммы озвучиваются на отчетных собраниях раз в несколько лет, когда выбирают нового председателя. Невнятно, скороговоркой, так что не успеваешь даже понять, какая сумма, кем выделена (может, Минкультом?) и истрачена «на ремонт (у нас очень много денег обычно идет на ремонт выставочного помещения на ул. Козлова: то потолки текут, то еще что-то…), на содержание штата и т.д.».

Какие-то деньги, возможно, и раньше выделялись музеям на закупку работ белорусских художников. Но знал об этом ограниченный круг людей, которые старались, чтобы список художников, чьи работы приобретут музеи, был как можно меньше. И в личных беседах сотрудники музеев порой намекают, что очень хотели бы купить ту или иную работу для музея, но с их мнением просто не считаются.

- Вам самому поступали предложения продать работу хотя бы от одного из белорусских музеев?

- Дважды. В первый раз, на заре 90-х, от Национального художественного музея. Но работы, которые хотел купить музей, были написаны на тонком картоне и, затерявшись средь хлама (я видел, какой макулатурой советского периода были заполнены запасники музея), могли превратиться невесть во что. И потом у меня были покупатели, которые предлагали больше, чем музей. И я отказался.

Во второй раз речь шла уже не о продаже. После закрытия юбилейной выставки в Музее современного изобразительного искусства меня попросили оставить одну из своих работ в подарок. Я не назову себя богачом, которому деньги даются легко, но согласился.

- Как вы оцениваете ситуацию, сложившуюся сегодня на отечественном арт-рынке?

-У нас нет арт-рынка. Это не рынок, а базар. Был период, в начале 90-х, когда казалось: вот оно, наконец-то. Появились покупатели, которые были в состоянии предложить немалые по тем временам деньги за работы белорусских мастеров. Возник интерес к белорусскому изобразительному искусству. Сегодня он почти сошел на нет. Люди, обладающие вкусом, могут позволить себе только предметы ширпотреба - копеечные вещи за $50, максимум $100. А те, кто может скупить разом все работы всех белорусских художников, зачастую не обладают вкусом. Или боятся покупать произведения искусства. Ведь скажут: ага, у тебя появились деньги. А почему же ты не перечислил их детскому дому? или в Фонд Чернобыля? или на какие-то еще, очень важные, с точки зрения государства, вещи?

Чтобы появился арт-рынок, государство должно относиться к художникам хотя бы как к спортсменам: ведь здоровье духовное не менее важно для общества, чем здоровье физическое. Для запуска механизма функционирования арт-рынка, государство должно что-то предпринимать.

- Что?

- Нанять профессиональных менеджеров, дать «зеленую улицу» владельцам галерей, установить льготы для покупателей произведений искусства за то, что они поощряют художников, содействовать тому, чтобы отечественные художники выставлялись за границей, участвовали в зарубежных аукционах. Подогревать интерес публики к своим мастерам.

Возможно, даже участвовать инкогнито в аукционах. Например, можно было бы послать на Christie’s собственного агента, того же сотрудника музея, чтобы он торговался, набивал цену, перекупил, наконец, какую-нибудь из работ белорусских художников. В прошлом году у нас был замечательный результат на Christie’s - почти все выставленные работы отечественных художников были проданы. Но, увы, ненамного выше номинала. У россиян же было все иначе: российские бизнесмены своими жаркими «спорами» поднимали стоимость работы, а, глядя на них, начинали всерьез интересоваться картинами западные дилеры.

Неплохо было бы также построить новые выставочные площадки: Дворец искусства рассчитан на произведения соцреализма - идеальная выставочная площадка для громадных полотен, доходящих до 10 погонных метров. Картины, прославляющие советские ценности, смотрятся там масштабно. Но современные работы - камерные, очень тонкие по живописи, требуют более интимного рассмотрения. В новом здании Национальной библиотеки отвели места под живопись, но в галерее «на барабане» в поле зрения попадают одна-три работы, остальные - под углом, под наклоном, и они не работают друг на друга.

- В Минске нет ни одной выставочной площадки, соответствующей требованиям художников?

- Почему же? Галерея «Университет культуры» в подвале Дворца Республики, но она отдана полусамодеятельному искусству.

- Работу столичных художественных галерей вы оцениваете столь же критично?

- По идее, их деятельность нужно бы сравнить с работой галерей на Западе, но делать этого, увы, не хочется: в Париже тянутся целые кварталы галерей - на любой вкус, для любого потребителя. А у нас раз, два - и все. И потом, это не галереи, а скорее места, где торгуют предметами искусства. Замечательно, что они работают, как могут, в предлагаемых обстоятельствах. Но вообще-то галерея - это профессионалы, менеджеры, имеющие образование, вкус, хватку…

- А в белорусских галереях…

- …работа идет самотеком, не отличишь галерею от магазина.

- А есть разница?

- Конечно. Искусство - это всегда иерархия. Шедевры родятся, когда есть широкий культурный фон. Как в случае со спортом: чтобы появилась звезда, нужно, чтобы были тысячи любителей, огромное множество спортзалов. Галерей у нас мало, в них собраны в груду произведения и начинающих авторов, и профессионалов, и непрофессиональные работы. А должны существовать галереи, где выставлен дешевый товар, ширпотреб; галереи - на ступеньку выше, для начинающих художников, и профессиональные галереи.

- Появление аукционного дома Paragis повлияло на становление или, наоборот, «схождение на «нет» белорусского арт-рынка?

- Скорее доказало, что рынка нет. Paragis попытался наскоком выстроить его: пригласил на торги профессионального аукциониста, нашел спонсоров… Но получилось, что мои работы проданы не были. Их даже не забрали у меня для торгов, просто заявили на аукцион, потом объявили о покупке работы, а еще позже сообщили: покупатель работу не выкупил. И так было, насколько я понимаю, почти со всеми, кто участвовал в первых торгах. Впрочем, художники в любом случае могут быть лишь благодарны руководству Paragis.

- За что?

-За то, что возились с нами. Что организовали не одну выставку, печатали буклеты, за то, что художники упоминались в печатных изданиях. Это ведь как раз то, что нам надо. Мы вынуждены заниматься этим сами - за свои же деньги брать в аренду выставочные площади, самостоятельно печатать буклеты и плакаты. Эту тяжелую, очень утомительную, но необходимую работу делал Paragis.
Добавить комментарий
Проверочный код