Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№17 (536) 01 мая 2006 г. Экономика

Неполная чаша

01.05.2006
«Чтобы понимать вино, его нужно пробовать»

Марина ГУЛЯЕВА

На этой неделе станут известны результаты исследований молдавских и грузинских вин, проведенных республиканским центром гигиены, эпидемиологии и общественного здоровья. Независимый винный эксперт Анна Алексеева полагает, что доминирование молдавских вин на отечественном рынке (около 80%. - М.Г.) объясняется покупательской способностью, знанием этого продукта, традициями потребления и, наконец, наличием широчайшего выбора этих вин - в отличие от напитков из других стран. По оценке эксперта, импортеры напрасно не верят вкусам нашего человека.

Сегодня, как считает Анна Алексеева, на отечественном винном рынке сложился порочный круг отношений между потребителем, импортером и государством. Обозреватель «БелГазеты» прошла вслед за винным экспертом по этому кругу и попыталась понять, как его можно разорвать.

- По мнению некоторых импортеров молдавских вин, если бы решили проверить на количество пестицидов французские, испанские, итальянские вина, то их показатели были бы значительно выше, чем в молдавских и грузинских. Обработка пестицидами - дорогое удовольствие, которое развивающееся виноделие Молдовы и Грузии позволить себе пока не может…

- Начнем с того, что во Франции пробы на пестициды в принципе не существует. В России акцентирование внимания на его наличие в молдавских и грузинских винах, как мне кажется, связано с определенного рода спекуляциями.

В Европе есть узаконенная система контроля за качеством вина, в отличие от стран бывшего СССР, и в этом главная проблема. К примеру, французская система качества разделяет вина на несколько категорий: чем выше уровень, тем жестче анализируется вино. Параметров много, и они действительно очень жесткие. Винодел обязан предоставить свое вино на лабораторные исследования, и только после этого он получает разрешение на продажу под подтвержденным наименованием качества. Французская система качества запрещает высадку сорта винограда, не типичного для данной местности. Ни одному французу не придет в голову посадить, скажем, каберне совиньон в Бургундии - это запрещено законом.

Чем выше ступень классификации, тем дороже напиток. Потому что качество требует очень серьезных вложений. И это вторая проблема вин Молдовы, Грузии, Крыма и стран Восточной Европы. Хотя недавно мне пришлось побывать в Венгрии, и, на мой взгляд, Токай сегодня переживает ренессанс. Объясняется это в первую очередь большими инвестиционными вложениями французских, японских, американских компаний.

У молдавских и грузинских вин также очень большой потенциал - в этих странах богатые традиции виноделия. Думаю, что сегодня культура виноделия там переживает нечто подобное тому, что в 1960-е гг. пережили Италия и Испания. Тогда основная масса вин не бутилировалась и была достаточно простой и дешевой. Хорошее вино требует хороших вложений при этом с очень большой долей риска - это вино, его рождение и жизнь зависят от очень многих факторов. На мой взгляд, молдавское и грузинское виноделие сегодня уходит от объема к более качественным винам.

Но здесь возникает еще одна проблема: очень сложно убедить покупателя, что молдавское вино может быть дорогим и высококачественным. Речь идет о том, что производителям нужно проводить серьезную работу, направленную на переоценку потребителем имиджа молдавских вин.

- В каких мерах нуждается рынок молдавских вин в Беларуси?

- Только не в ограничительных. В немецком виноделии была ситуация, когда за основу качества брались только химические анализы, что привело к стагнации рынка. Параметры были следующими: уровень сахара, плотность сусла, кислотность, процент алкоголя. На основании этих критериев была построена классификация, призванная отражать различные уровни качества. Но емкое понятие качества вина только этими параметрами не может ограничиваться. Получалось, что два одинаковых по этой классификации напитка на самом деле совершенно разные.

Одно вино может быть очень простого происхождения, с очень простым вкусом, без потенциала к хранению. Второе - с аналогичными показателями, но из отборного, собранного вручную винограда, с многолетней выдержкой. И эти два напитка стоят на одной ступени качества.

Такой подход привел к тому, что на рынке появились сладенькие, примитивные вина, которые не то что не стареют - даже в бокале не живут.

Или, скажем, введенный запрет на рекламу алкоголя в США в середине ХХ в. Естественно, уменьшения пьянства и алкоголизма не произошло, напротив, люди как пили всякую гадость, так и продолжали пить. Ведь перемены во вкусах и пристрастиях происходят тогда, когда есть знание. Нет информации - не стоит рассчитывать на перемены.

Любое ограничение - всегда ущемление. Здоровый рынок самостоятельно справляется с возникающими «болезнями». Если вино не покупается - значит, оно не выживет. Если мы будем искусственно ограничивать рынок, мы создадим искусственные условия для его развития, которые обернутся не ожидаемым, а противоположным эффектом.

- А как вы оценивает нынешнее состояние отечественного винного рынка?

- Однозначно можно говорить о развитии, и меня это радует. Хотя еще пять лет назад я была гораздо пессимистичнее настроена. Однако сложности с импортом вин сдерживают развитие рынка. Поставщики боятся привозить неизвестные вина: им проще привезти много известного алкоголя, чем небольшую партию никому не знакомого напитка. Получается, что новое вино поступает редко, знание потребителя не расширяется, поэтому как бы нет спроса. Возможно, проблема в недостаточности ресурсов у наших импортеров, поэтому они не могут себе позволить вложения в расширение кругозора потребителя и не хотят рисковать, привозя дорогие и интересные новинки и рассчитывая, что через пять лет это принесет свои плоды. Наши импортеры, в отличие от европейских, не могут позволить себе такой роскоши в силу самых разных причин.

- А что показывают ваши винные дегустации? Насколько это знание востребовано хотя бы небольшим количеством людей?

-Интерес очень большой. Но опять-таки все упирается в то, что, во-первых, на рынке нет информации о культуре потребления алкогольных напитков, во-вторых, небольшие возможности для выбора вина. Чтобы понимать вино, его нужно пробовать и сравнивать. Вероятно, скудный выбор объясняется тем, что импортеры пока не верят в потребителя.

- Это обосновано?

- На мой взгляд, нет. Я верю в то, что у каждого человека есть вкус. Поставьте перед ним два бокала с вином: один с плохим, другой с хорошим. Человек, возможно, не назовет производителя, год урожая, но точно скажет, какое вино лучше. Вкус есть! Нет знания и опыта.

И получается замкнутый круг: потребитель не знает, потому что импортер не привозит. Импортер не привозит, потому что потребитель не знает.

- Что может разорвать этот круг?

-Свободный рынок и уменьшение рисков по импорту алкоголя. Пока же у белорусского потребителя возможности для выбора ограничены. Меня как-то просили сделать дегустационный вечер с игристыми винами. Я сказала: «Давайте! Только где они?» В Беларуси представлен только один вид известного бренда. А мне нужно сухое, полусладкое и розовое. Но, как оказалось, розовое привозили три года назад, а потом поставки прекратили. До недавнего времени на белорусском рынке вообще не было сицилийских вин, тогда как их пьет весь мир.

- Вы провели дегустационный вечер игристых вин?

- Нет. Потому что компания-импортер отказалась привезти 10 бутылок шампанского на дегустацию, объяснив рядом больших проблем, связанных с оформлением документов и существующими квотами. Оказалось, что следующие поставки были запланированы только в конце года, а заниматься 10 бутылками, которые, возможно, через пять лет будут пользоваться спросом, - сегодня колоссальная головная боль и проблема.
Добавить комментарий
Проверочный код