Воскресенье, 4 Декабря 2016 г.
Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№50 (518) 19 декабря 2005 г. Тема недели

Больше выдашь - раньше выйдешь

19.12.2005
безобидный образ белорусского коррупционера

Глеб ЖИВЛОВ

Борьба с коррупцией в современной Беларуси аккумулировала все главные методы противостояния Дон Кихота ветряным мельницам, но потенциальный коррупционер теперь живет в каждом: от высокого чина до колхозной доярки.

Широко используемое в последнее время слово «коррупция» хоть и относится толковым словарем русского языка к возвышенной книжной лексике, большинством из обывателей трактуется совершенно повседневно и обыденно. Восприятие практически любого должностного лица в роли потенциального коррупционера внесло серьезные изменения в дефиниции рядовых граждан.

Это раньше коррумпированным мог быть лишь продажный хозяйственник-барин и корыстный перевертыш-губернатор. Сегодня коррупционеры повсюду: сантехник, который за починку крана требует пол-литра, механизатор, который во внерабочее время газует на своем тракторе с вязанкой дров для одинокой бабушки, врач-стоматолог, который на свой страх и риск пломбирует зубы более качественными материалами, нежели те, что используют его коллеги в соседних лечебных учреждениях.

Считается, что проявления коррупции возникают везде, где существует монополия чиновника на определенные услуги при отсутствии контроля за его деятельностью. Распространенный образ коррупционера с загребущими руками удачно вписывается в служебный кабинет, куда посетители заходят не иначе как с конвертами, дипломатами и даже чемоданами денег. Белорусам несвойственно предполагать, что у коррупционеров высшего уровня тоже существует некий профессиональный инструментарий. Проще подозревать в коррупции учителей, врачей, мелких предпринимателей.

Это ведь только на Западе бюджетные деньги с легкостью превращаются в личные банковские счета, хорошо замаскированные в оффшорных зонах и швейцарских банках. Наша коррупция практически засушена на корню главным антикоррупционером, общество не прекращает морально очищаться и духовно возрождаться. Большинство отечественных чиновников настолько запугано, что им кажется, будто они уже родились честными и прозрачными. Им вряд ли когда-нибудь удастся попасть в один список с экс-президентом Индонезии Сухарто, который за 31 год правления присвоил, по сведениям из различных источников, от $15 млрд. до $35 млрд., или с бывшим правителем Заира Мобуто Сесе Секо, которому приписывают кражу $5 млрд.

Во многих западных странах все, кто осужден за действия, подпадающие под понятие «коррупция», хорошо знают: срок их пребывания за решеткой напрямую зависит не только от согласия сотрудничать со следствием, но и от готовности вернуть в казну деньги. Наказание преступника-коррупционера в США и Европе - это предмет торга: больше выдашь - раньше выйдешь. У нас, согласно традициям, полученное незаконным путем нужно зарыть поглубже и ни в коем случае не возвращать.

В соседней России до сих пор наиболее осязаемый образ коррупционера - это дяденька с коробкой из-под ксерокса под мышкой. Согласно одному из общероссийских опросов населения, среди действий, совершаемых коррупционерами, наличествуют не только взятки, воровство и махинации, но еще и грабежи с убийствами. В понимании абсолютного большинства опрошенных само по себе слово «коррупционер» носит однозначно негативный смысл. Т.е. независимо от того, насколько ясно представляют себе опрошенные смысл слова «коррупционер», с этим понятием у них связаны отчетливо отрицательные эмоции.

Чаще всего в адрес коррупционеров россияне высказывают обвинения в нечестном и незаконном обогащении. Белорусский коррупционер не очень, но все же отличается от российского. Большинству граждан нашей страны несвойственны подозрения в воровстве в госмасштабе, продажности сотрудников правоохранительных органов или коррумпированности судебной власти, зато очень популярны обвинения в адрес не чистых на руку соседей и возомнивших себя большими фигурами мелких сошек.

Для белорусских респондентов более понятны не категории работников или перечни специальностей, среди которых чаще всего встречаются коррупционеры, а конкретные имена и фамилии, особенно если их обладателям изредка, но демонстративно устраивают публичную порку.
Добавить комментарий
Проверочный код