Воскресенье, 4 Декабря 2016 г.
Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№36 (504) 12 сентября 2005 г. Sexus

В РИТМЕ ВЕНСКОГО ВАЛЬСА

12.09.2005
Татьяна КАРЮХИНА

Утонченный, со слегка вальяжной манерой очень уверенного в себе человека, которому сам черт не брат, и изысканными манерами, он уверяет меня, что мода существует на все, даже на рестораны: облик и меню любого заведения актуальны 6 лет. А затем, если хочешь процветать, все нужно менять. Сам он этим и занимается. Когда почти 20 лет назад Фавад ГАРДИЗИ открыл собственный ресторан в Германии, его любезная матушка плакала, глядя, как ее избалованный сын моет пепельницы. Сегодня он владелец восьми преуспевающих компаний, консультант самых шикарных ресторанов во всем мире. Корреспондент «БелГазеты» встретилась с успешным ресторатором в столичном ресторане «Вестфалия», над новым обликом которого трудился г-н Гардизи.

- Владелец одного из столичных ночных клубов сказал, что умение ходить в ночные клубы и рестораны - такая же наука, как завязать галстук или станцевать мазурку…

- Так и есть. Умение ходить в рестораны - ритуал, наука вкушать изысканные яства, элегантно и со вкусом одеваться, держаться… То, как человек ест, сидит, на каком отдалении от стола находится, как подносит ложку ко рту, говорит о нем лучше, чем похвалы его приятелей.

- За какие проекты ресторанов вы беретесь?

- За самые тяжелые.

- Что вы понимаете под этими словами? Забегаловку, которую необходимо переделать в респектабельный ресторан?

- В том числе. Есть различные варианты начала: когда заведение поднимается с нуля, строится здание, нанимается персонал - это простой проект. Самые «неподъемные» - те проекты, в которых необходимо выработать новый подход, внести новую струю, переделать уже существующий ресторан так, чтобы после его обновления заведение работало успешно, - и при этом оставить старый персонал. Заставить иначе работать слаженную команду, пожалуй, сложнее всего.

- Почему?

- Привычка. Эти люди работают слишком долго в четырех стенах. Сломать их привычки, сложившиеся стереотипы, изменить менталитет, заставить иначе работать персонал порой не под силу талантливейшему из рестораторов. Я почти не берусь за проекты, которые не предполагают переподготовку команды, потому что для меня принципиально важно довести проект до конца. И при этом не позабыть о человечности.

- О человечности?

- Ну конечно! Задача, которую я беру на себя, - тяжелейшая: работа с людьми. Например, в Португалии я стал совладельцем находившейся на грани банкротства фабрики по производству верхней одежды. На фабрике работало около 120 женщин, и быть там единственным мужчиной оказалось задачей не из легких. Но нам удалось увеличить производство рубашек, выпускавшихся на фабрике, с 400 единиц в день до 1800. Не только благодаря реструктуризации объемов и распределению ответственности между всеми, но и отчасти потому, что раз в неделю я встречался с персоналом: мы пили кофе и просто беседовали. У меня была возможность узнать об их проблемах и заботах. Мне никогда не удавалось быть хладнокровным бизнесменом. Человечность и забота о сотрудниках всегда выходит на передний план. И это позволяет получать высочайшее качество работы.

- Можно ли быть цинично «человечным» - во благо роста благосостояния?

- Да, в жизни всегда приходится давать и брать. Если я проявляю человечность по отношению к своему персоналу, то и от своих сотрудников я получаю качественную работу и уважение. Если я узнаю, что у одной из сотрудниц дома болен ребенок, я постараюсь решить эту проблему или, по крайней мере, дам отпуск, чтобы у нее была возможность позаботиться о ребенке. А она отблагодарит меня высоким качеством работы. Но, заботясь о ней, я лично не ожидаю благодарности. Это происходит само собой. Все, что я даю, возвращается ко мне сторицей, может быть, потому что я на это не рассчитываю. Я не циник.

- Глядя на вас, кажется, что вы работаете играючи. Вы воспринимаете работу как игру?

- Скорее, как вызов для самого себя. Мне нравятся вызовы. И я настоящий трудоголик: меньше 16 часов в день 7 дней в неделю я не работаю. Над последним проектом - рестораном «Вестфалия» - порой приходилось трудиться по 20-22 часа в сутки. Это тяжело, но это как раз то, что мне нравится. Обожаю создавать или ставить с головы на ноги.

- В котором часу вы встаете?

- Я бы сказал, поздновато - часов в 8-9 утра: я типичная сова. Но зато я поздно отхожу ко сну: 4 утра - еще самое время для работы, нужно обдумать произошедшее за день, проанализировать.

- Интересно, чем же вы занимаетесь, когда выдаются свободные минуты?

- (Смеется). Такого не бывает. Когда я приехал в Австралию в отпуск, первое, что я сделал, - отправился в магазины, чтобы проанализировать цены на женскую одежду, обувь. Затем начал изучать работу ресторанов и отелей, наблюдал, какой бизнес процветает в этой стране, как работают архитекторы и врачи, сколько их в этом городе… Мне еще ни разу не приходилось отправиться в отпуск и не посвятить половину свободного времени делам, связанным с бизнесом. Я никогда не посвящал себя отдыху полностью. Сидя где-нибудь на островке, я всегда обдумывал новые проекты.

- Что дает вам анализ расценок на женскую одежду?

- Женщины - самые важные наши клиенты: они отдают больше всего денег. Дамы всегда ухожены, хорошо одеты и очень честолюбивы. Поэтому мне важно знать, каковы тенденции в моде в той или иной стране или даже городе, увидеть, как выглядят люди на улицах, чтобы понять, какие траты они могут себе позволить.

- Но в Беларуси, как и во многих славянских странах, чаще за все платит мужчина…

- Это очень консервативное мнение. Сегодня женщины зачастую стоят на ногах крепче, чем их супруги. Они более успешные управленцы и предприниматели.

- То же самое вы можете сказать и о белорусских дамах?

- Конечно. У них, правда, нет тех возможностей, которыми обладают здесь мужчины, но я знаю немало весьма успешных женщин, прочно стоящих на ногах. И при этом понятие «успешность» не означает иметь много денег. Быть успешным - добиться наилучших результатов в том деле, которым ты занимаешься. В Беларуси есть достаточно тому примеров.

- Кто-то из киногероев однажды сказал, что каждый ресторан движется под свою музыку. Под какую мелодию «танцует» ваш последний проект -

«Вестфалия»?


- (Улыбается). Под венский вальс.

- Зависит ли эта мелодия от страны, в которой находится ресторан? Например, если бы он находится в Турции…

- Я был несколько раз в Турции. Эта страна прекрасна, но я никогда не начну там новый проект.

- Почему же?

- Я всегда руководствуюсь своими чувствами. А у меня еще никогда не возникало чувство необходимости что-то создать в Турции.

- Даже если вас приглашают?

- А у меня было два приглашения, но я все же отказался.

- Вы выбираете свои проекты?

- Всегда!

- За что вы никогда не возьметесь?

- За проект, возможность повлиять на который будет у большого количества людей. Я - всегда главный, я не допускаю права вето ни для кого. Если ответственность будет возложена на большое число участников, уже не будет того, что я ожидаю от этого проекта. Я очень щепетильный человек: если маляр не докрасит на миллиметр, я умру со стыда, он будет мне сниться. И даже если этот миллиметр никому не заметен, я-то его вижу, и это всегда будет меня напрягать.

- Вы сразу согласились на участие в проекте «Вестфалия»?

- Нет, я много размышлял об архитекторе, который построил этот ресторан, хотел соответствовать дизайну. Сейчас «Вестфалия» - как маленький ребенок. Он только-только начинает ходить, но уже ходит уверенно. Видно, что он может вырасти в ресторан класса luxe.

- Вы с 6 лет странствуете по миру. Если бы вы наконец решились на оседлый образ жизни, где бы поселились?

- В Австралии: там есть возможность в течение получаса оказаться и в пустыне, и в тропическом лесу, и на пляже. Там и спокойствие, и красота, и чувство свободы, и размах. Я мечтаю построить там дом. А пока время от времени я устраиваю себе маленький отпуск - сажусь в самолет и лечу на weekend в Австралию. 24 часа полета туда и столько же обратно, но зато 36 часов я буду дома!

- Пословица говорит: мой дом там, где моя шляпа…

- У нас принято говорить: «Мой дом там, где я комфортно себя чувствую». Пожалуй, мой дом там, где мне уютно. Моя родина - весь мир: и Германия, и Катар, и Китай, и Австралия, и Минск… Я жил в стольких странах, что, кажется, у меня везде есть маленький дом.

- Переезжая из страны в страну, впитывая разные культуры, наполняясь каждой из них, к какой вы в итоге склоняетесь?

- Безусловно, в каждой стране есть своя культура и своя специфика, но есть и международная культура. Я живу по законам и правилам той страны, в которой приходится работать. Иногда это тяжело, порой даже слишком. Первые 2-3 месяца проживания в Арабских Эмиратах были для меня своеобразным шоком. «Почему ваши лица и руки всегда закрыты от чужих глаз? Что вы видите сквозь ткань чадры?» – как-то спросил я одну женщину. Она ответила: «Я без этого жить не могу!» Для нее выйти на улицу без чадры равносильно тому, как если бы я появился в обществе без галстука. Ее слова сильно меня поразили. Мне всегда казалось, что людям в арабских странах очень тяжело живется. Но это мы так думаем!..

Поэтому прежде, чем приехать куда-то работать, я, выросший в стране, где превыше всего ценятся права и свободы, тщательно изучаю обычаи, императивы, нормы этого государства. Направляясь в Ватикан, ты должен быть соответствующим образом одет: я не пойду туда, как большинство туристов, в шортах и шлепанцах. Заходя в индийский дворец или храм, я сниму обувь так же, как это делают местные старцы. Так полагается! Я выражаю этим почтение к ним, а они уважают меня. Так мне удается сосуществовать с ними, ладить с соседями.
Добавить комментарий
Проверочный код