Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
«Нет в Беларуси того человека, который не знает о вас как о председателе великой страны» - сообщил Александр Лукашенко председателю КНР. А насколько хорошо вы знаете Си Цзиньпина?
давно на короткой ноге с товарищем Си
лично не знаком, но есть общие знакомые
пересекались пару раз на тусовках
тщательно отслеживаю каждый шаг товарища Си
не помню, кто это, но раз президент говорит, наверное, мы знакомы
№36 (504) 12 сентября 2005 г. Sexus

В РИТМЕ ВЕНСКОГО ВАЛЬСА

12.09.2005
Татьяна КАРЮХИНА

Утонченный, со слегка вальяжной манерой очень уверенного в себе человека, которому сам черт не брат, и изысканными манерами, он уверяет меня, что мода существует на все, даже на рестораны: облик и меню любого заведения актуальны 6 лет. А затем, если хочешь процветать, все нужно менять. Сам он этим и занимается. Когда почти 20 лет назад Фавад ГАРДИЗИ открыл собственный ресторан в Германии, его любезная матушка плакала, глядя, как ее избалованный сын моет пепельницы. Сегодня он владелец восьми преуспевающих компаний, консультант самых шикарных ресторанов во всем мире. Корреспондент «БелГазеты» встретилась с успешным ресторатором в столичном ресторане «Вестфалия», над новым обликом которого трудился г-н Гардизи.

- Владелец одного из столичных ночных клубов сказал, что умение ходить в ночные клубы и рестораны - такая же наука, как завязать галстук или станцевать мазурку…

- Так и есть. Умение ходить в рестораны - ритуал, наука вкушать изысканные яства, элегантно и со вкусом одеваться, держаться… То, как человек ест, сидит, на каком отдалении от стола находится, как подносит ложку ко рту, говорит о нем лучше, чем похвалы его приятелей.

- За какие проекты ресторанов вы беретесь?

- За самые тяжелые.

- Что вы понимаете под этими словами? Забегаловку, которую необходимо переделать в респектабельный ресторан?

- В том числе. Есть различные варианты начала: когда заведение поднимается с нуля, строится здание, нанимается персонал - это простой проект. Самые «неподъемные» - те проекты, в которых необходимо выработать новый подход, внести новую струю, переделать уже существующий ресторан так, чтобы после его обновления заведение работало успешно, - и при этом оставить старый персонал. Заставить иначе работать слаженную команду, пожалуй, сложнее всего.

- Почему?

- Привычка. Эти люди работают слишком долго в четырех стенах. Сломать их привычки, сложившиеся стереотипы, изменить менталитет, заставить иначе работать персонал порой не под силу талантливейшему из рестораторов. Я почти не берусь за проекты, которые не предполагают переподготовку команды, потому что для меня принципиально важно довести проект до конца. И при этом не позабыть о человечности.

- О человечности?

- Ну конечно! Задача, которую я беру на себя, - тяжелейшая: работа с людьми. Например, в Португалии я стал совладельцем находившейся на грани банкротства фабрики по производству верхней одежды. На фабрике работало около 120 женщин, и быть там единственным мужчиной оказалось задачей не из легких. Но нам удалось увеличить производство рубашек, выпускавшихся на фабрике, с 400 единиц в день до 1800. Не только благодаря реструктуризации объемов и распределению ответственности между всеми, но и отчасти потому, что раз в неделю я встречался с персоналом: мы пили кофе и просто беседовали. У меня была возможность узнать об их проблемах и заботах. Мне никогда не удавалось быть хладнокровным бизнесменом. Человечность и забота о сотрудниках всегда выходит на передний план. И это позволяет получать высочайшее качество работы.

- Можно ли быть цинично «человечным» - во благо роста благосостояния?

- Да, в жизни всегда приходится давать и брать. Если я проявляю человечность по отношению к своему персоналу, то и от своих сотрудников я получаю качественную работу и уважение. Если я узнаю, что у одной из сотрудниц дома болен ребенок, я постараюсь решить эту проблему или, по крайней мере, дам отпуск, чтобы у нее была возможность позаботиться о ребенке. А она отблагодарит меня высоким качеством работы. Но, заботясь о ней, я лично не ожидаю благодарности. Это происходит само собой. Все, что я даю, возвращается ко мне сторицей, может быть, потому что я на это не рассчитываю. Я не циник.

- Глядя на вас, кажется, что вы работаете играючи. Вы воспринимаете работу как игру?

- Скорее, как вызов для самого себя. Мне нравятся вызовы. И я настоящий трудоголик: меньше 16 часов в день 7 дней в неделю я не работаю. Над последним проектом - рестораном «Вестфалия» - порой приходилось трудиться по 20-22 часа в сутки. Это тяжело, но это как раз то, что мне нравится. Обожаю создавать или ставить с головы на ноги.

- В котором часу вы встаете?

- Я бы сказал, поздновато - часов в 8-9 утра: я типичная сова. Но зато я поздно отхожу ко сну: 4 утра - еще самое время для работы, нужно обдумать произошедшее за день, проанализировать.

- Интересно, чем же вы занимаетесь, когда выдаются свободные минуты?

- (Смеется). Такого не бывает. Когда я приехал в Австралию в отпуск, первое, что я сделал, - отправился в магазины, чтобы проанализировать цены на женскую одежду, обувь. Затем начал изучать работу ресторанов и отелей, наблюдал, какой бизнес процветает в этой стране, как работают архитекторы и врачи, сколько их в этом городе… Мне еще ни разу не приходилось отправиться в отпуск и не посвятить половину свободного времени делам, связанным с бизнесом. Я никогда не посвящал себя отдыху полностью. Сидя где-нибудь на островке, я всегда обдумывал новые проекты.

- Что дает вам анализ расценок на женскую одежду?

- Женщины - самые важные наши клиенты: они отдают больше всего денег. Дамы всегда ухожены, хорошо одеты и очень честолюбивы. Поэтому мне важно знать, каковы тенденции в моде в той или иной стране или даже городе, увидеть, как выглядят люди на улицах, чтобы понять, какие траты они могут себе позволить.

- Но в Беларуси, как и во многих славянских странах, чаще за все платит мужчина…

- Это очень консервативное мнение. Сегодня женщины зачастую стоят на ногах крепче, чем их супруги. Они более успешные управленцы и предприниматели.

- То же самое вы можете сказать и о белорусских дамах?

- Конечно. У них, правда, нет тех возможностей, которыми обладают здесь мужчины, но я знаю немало весьма успешных женщин, прочно стоящих на ногах. И при этом понятие «успешность» не означает иметь много денег. Быть успешным - добиться наилучших результатов в том деле, которым ты занимаешься. В Беларуси есть достаточно тому примеров.

- Кто-то из киногероев однажды сказал, что каждый ресторан движется под свою музыку. Под какую мелодию «танцует» ваш последний проект -

«Вестфалия»?


- (Улыбается). Под венский вальс.

- Зависит ли эта мелодия от страны, в которой находится ресторан? Например, если бы он находится в Турции…

- Я был несколько раз в Турции. Эта страна прекрасна, но я никогда не начну там новый проект.

- Почему же?

- Я всегда руководствуюсь своими чувствами. А у меня еще никогда не возникало чувство необходимости что-то создать в Турции.

- Даже если вас приглашают?

- А у меня было два приглашения, но я все же отказался.

- Вы выбираете свои проекты?

- Всегда!

- За что вы никогда не возьметесь?

- За проект, возможность повлиять на который будет у большого количества людей. Я - всегда главный, я не допускаю права вето ни для кого. Если ответственность будет возложена на большое число участников, уже не будет того, что я ожидаю от этого проекта. Я очень щепетильный человек: если маляр не докрасит на миллиметр, я умру со стыда, он будет мне сниться. И даже если этот миллиметр никому не заметен, я-то его вижу, и это всегда будет меня напрягать.

- Вы сразу согласились на участие в проекте «Вестфалия»?

- Нет, я много размышлял об архитекторе, который построил этот ресторан, хотел соответствовать дизайну. Сейчас «Вестфалия» - как маленький ребенок. Он только-только начинает ходить, но уже ходит уверенно. Видно, что он может вырасти в ресторан класса luxe.

- Вы с 6 лет странствуете по миру. Если бы вы наконец решились на оседлый образ жизни, где бы поселились?

- В Австралии: там есть возможность в течение получаса оказаться и в пустыне, и в тропическом лесу, и на пляже. Там и спокойствие, и красота, и чувство свободы, и размах. Я мечтаю построить там дом. А пока время от времени я устраиваю себе маленький отпуск - сажусь в самолет и лечу на weekend в Австралию. 24 часа полета туда и столько же обратно, но зато 36 часов я буду дома!

- Пословица говорит: мой дом там, где моя шляпа…

- У нас принято говорить: «Мой дом там, где я комфортно себя чувствую». Пожалуй, мой дом там, где мне уютно. Моя родина - весь мир: и Германия, и Катар, и Китай, и Австралия, и Минск… Я жил в стольких странах, что, кажется, у меня везде есть маленький дом.

- Переезжая из страны в страну, впитывая разные культуры, наполняясь каждой из них, к какой вы в итоге склоняетесь?

- Безусловно, в каждой стране есть своя культура и своя специфика, но есть и международная культура. Я живу по законам и правилам той страны, в которой приходится работать. Иногда это тяжело, порой даже слишком. Первые 2-3 месяца проживания в Арабских Эмиратах были для меня своеобразным шоком. «Почему ваши лица и руки всегда закрыты от чужих глаз? Что вы видите сквозь ткань чадры?» – как-то спросил я одну женщину. Она ответила: «Я без этого жить не могу!» Для нее выйти на улицу без чадры равносильно тому, как если бы я появился в обществе без галстука. Ее слова сильно меня поразили. Мне всегда казалось, что людям в арабских странах очень тяжело живется. Но это мы так думаем!..

Поэтому прежде, чем приехать куда-то работать, я, выросший в стране, где превыше всего ценятся права и свободы, тщательно изучаю обычаи, императивы, нормы этого государства. Направляясь в Ватикан, ты должен быть соответствующим образом одет: я не пойду туда, как большинство туристов, в шортах и шлепанцах. Заходя в индийский дворец или храм, я сниму обувь так же, как это делают местные старцы. Так полагается! Я выражаю этим почтение к ним, а они уважают меня. Так мне удается сосуществовать с ними, ладить с соседями.
Добавить комментарий
Проверочный код