Воскресенье, 4 Декабря 2016 г.
Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№34 (502) 29 августа 2005 г. Тема недели

ЧЕГО БОИТСЯ ЧИНОВНИК?

29.08.2005
Павел ДОЛИНИН

Что говорят

Валерий ФРОЛОВ, политик. Ничего не боится. Никакие декларации его не запугают. Он как профессионал своего места очень хороший: ушлый, хитрый. Единственное, чего он боится, - потерять это самое место. В общем, как и любой другой белорус. Эта проблема в нашей стране более чем актуальна. Отсюда всеобщая затравленность и запуганность.

Валерий ДРАКО, депутат ПП НС. Скажу как чиновник с 30-летним стажем, не за других, а за себя: я ничего не боюсь. И то, что прописано в законе, меня не пугает. Кстати, у меня есть свой проект закона о борьбе с коррупцией. Чиновнику бояться нечего, если он живет на трудовые доходы. Но в законопроекте есть запись о декларировании доходов членов семьи. И если ты не в ладах со своими домочадцами (тещей, к примеру), запросто могут быть вписаны ложные данные. Так что тут даже боязнь не за себя, а за близких. Я каждый год декларируюсь. Предпочитаю спать спокойно. А то ведь все равно найдут.

Валентина ПОЛЕВИКОВА, член политсовета ОГП. Не все чиновники подпадут под чистку. Хотя, очевидно, все дрожат за свое место. Чиновники, которые не входят в высший и средний эшелон, больших доходов не имеют. Чего им бояться? А вот крупным хозяйственникам, которые неизвестно за какие средства понастроили себе дворцов, бояться стоит. Но я не думаю, что при нашем законодательстве люди, приближенные к президенту, будут показывать свои доходы. Проблема затронет исключительно тех, кому придется заполнять декларацию. Так что люди из команды Александра Григорьевича могут не волноваться: их это не коснется. Уверена. Каналы их обогащения и так известны Лукашенко.

Павел КОНОВАЛЬЧИК, журналист. Нетрудовых доходов. По закону каждый должен получать доходы с основного места работы. Надо бояться потерять в таком случае не только место работы, но и свободу и имущество. А поскольку белорусские чиновники помимо основной службы могут заниматься преподавательской деятельностью, после принятия закона им следует опасаться слишком больших гонораров за лекции в западных университетах. Но самое страшное - это неправильно заполнить декларацию.

Ольга АНДРЕЕВА, психолог. Боится, что может потерять доходное место. Наибольшее опасения это вызовет у людей, сильно держащихся за свою должность. У них утрачена или попросту не выработана гибкость в плане трудоустройства. Они видят себя лишь госслужащими и не могут сориентироваться в ином мире, случись им потерять работу. У обычного ипэшника этой гибкости больше. Чиновнику жизненно важно оставаться в «колоде». Одну из основных ролей играет для него собственная репутация в системе. Если он однажды скомпрометирует себя, то уже не будет пользоваться былой поддержкой коллег, его соратники не будут с ним в прежних отношениях. Страшнее всего для чиновника проколоться.

Александр КУЛЛИНКОВИЧ, музыкант. Боится не понравиться главному чиновнику. У тех чиновников, которые имеют нетрудовые доходы, эти доходы соответствующим образом задекларированы. Закон не повлечет какого-то страха. Просто теперь будет больше рычагов давления на людей. Чиновники ведь разные. Их масса. Приберут к рукам мелких госслужащих, которые будут за все отдуваться. Для белорусского чиновника самый большой страх - быть неугодным, неудобным и неправильным. На мой взгляд, декларирование – это очередной поводок для людей, ибо чиновник не обязательно должен быть мэром или губернатором, часто это рядовой служащий. За поводок всегда можно дернуть и спросить: «А откуда у тебя это?» Конечно, декларации будут приниматься во внимание, но применяться будут по-разному - в первую очередь к тем, чьи страхи сбылись, кто стал неугодным. А те, кому нечего бояться, будут декларировать все, что угодно.

Дмитрий ТРАЯНОВИЧ, художник. Их начнут потихоньку прибирать к рукам. И если раньше они просиживали штаны и занимались различными махинациями, то теперь, возможно, зашевелятся. Но чиновники никогда не пропадут. И кто мутил, тот и будет мутить. Что с того, что им придется декларировать доходы? Никто ведь не напишет правды. Все это делается для вида: мол, трясут и чиновников, а не только одних предпринимателей. Это фиктивный шаг: чиновники сами между собой разберутся. У кого «лапа волосатая», тот переживет всех остальных. Кто был мелкой сошкой - пойдет на завод. А чиновники среднего уровня будут подкармливать вышестоящих.

Владимир КАЖАРНОВИЧ, энергетик. Сейчас он боится брать взятки у незнакомца. С торбочкой к нему больше не придешь. Все напуганы, что их могут выпроводить в места не столь отдаленные. Еще боится кадровых перестановок сверху.

Ольга НЕФЕДОВА, DJ и телеведущая. Любви, которая приходит, обрушивается на человека и выбивает его из колеи. Это чувство - самое неожиданное в жизни каждого человека. Чиновник - мужчина, который твердо стоит на ногах. У него карьера, семья, дети… И вдруг - любовь. Это выбивает почву из-под ног. Знаю человека, который ушел в жуткий запой, потому что встретил любовь, когда меньше всего ожидал ее и не думал, что с ним может случиться такое.

Леонид ШИРИН, композитор. Отсутствия права запрещать, что является его хлебом. Если чиновник не имеет возможности влиять на людей неформально, в рамках своих обязанностей, он ничем не отличается, скажем, от повара в ресторане. Чем больше правовое поле у граждан, чтобы отстаивать свои интересы, тем больше сужается возможность чиновников управлять процессами - неформально или негласно. Я, разумеется, говорю о том, чего боятся плохие чиновники. Хорошим все равно, они не боятся ничего.
Добавить комментарий
Проверочный код