Понедельник, 5 Декабря 2016 г.
Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№12 (480) 28 марта 2005 г. Тема недели

АКАЕВУ ПРИШЁЛ МАЙДАН. А к белорусам - ОМОН

28.03.2005
Виктор МАРТИНОВИЧ

24 марта на территории бывшего СССР произошла третья за полтора года революция. Президент Киргизии Аскар Акаев был отстранен от власти и бежал из страны. События в Бишкеке навели на мысль о существовании некоего универсального политологического закона, по которому авторитарный властитель, удерживающий свой пост 15 лет подряд, неизбежно сметается разъяренной толпой. 25 марта в Минске тоже произошла революция. Ее итоги показывают, что время вскипания народного разума в РБ пока не пришло.

Политическая ситуация в Киргизии последние четыре года все больше напоминала белорусскую. Аскара Акаева продолжали по традиции называть самым демократичным правителем Средней Азии, он же, пользуясь дружбой со Штатами и Россией, под шумок энергично закручивал гайки у себя в стране: менял Конституцию, закрывал газеты, сажал оппозиционеров.

К марту 2005г. политическое поле Киргизии уподобилось нашему: остатки оппозиции разобщены, единого лидера, способного стать соперником Акаева, не наблюдалось. После аксыйского расстрела мирной демонстрации в 2002г. (шестеро погибших), виновники которого не только не были наказаны, но и существенно продвинулись по карьерной лестнице, мало кто сомневался, что очередные уличные беспорядки будут жестко разогнаны. Веру в улицу утратили и политики, и политологи.

Позиции Аскара Акаевича казались незыблемыми. Кто бы мог подумать, что маленькие шалости с фальсификациями во время выборов в Жогорку кенеш (а Акаев провел туда не 110 своих депутатов, а всего около 50) сдетонируют революционным взрывом в государстве, где все управляемо и контролируемо?

Российские аналитики склоняются к тому, что режим Акаева пал из-за недооценки потенциала митингующих на юге страны. Они считают, что? если бы ОМОН вовремя задавил бунт в Джалал-Абаде и Оше, революции удалось бы избежать. Но представляется более реальной версия киргизских наблюдателей: режим был обречен с самого начала, т.к. против Акаева поднялись такие народные массы, с которыми можно было совладать лишь путем гражданской войны. В такой ситуации первые жертвы среди демонстрантов лишь удваивают число протестующих.

У киргизского бунта и белорусской «революции» 25 марта была лишь одна общая деталь: плохая подготовка оппозиции. Киргизской народной стихией никто не управлял. Пусть бывший премьер Курманбек Бакиев давал 21-24 марта какие-то комментарии прессе от имени протестующих, народная стихия, сжигавшая здания в Джалал-Абаде и Оше, к его словам не прислушивалась. Акаева сместил не Бакиев, а народ. Неуправляемые массы сначала взяли штурмом резиденцию президента, а затем пошли мародерствовать по супермаркетам. Степень консолидации демсил Киргизии лучше всего демонстрирует тот факт, что вплоть до второй половины 25 марта мировые информационные агентства передавали, что Жогорку кенеш старого созыва избрал и.о. президента Киргизии двух совершенно разных персон. Одни утверждали, что Акаева сменил Бакиев, другие - что Феликс Кулов, бывший вице-президент Киргизии, освобожденный из тюрьмы толпой митингующих.

Символом полной анархии, воцарившейся в Бишкеке после захвата центров власти неуправляемой толпой, стал показанный по Euronews напоминающий беспризорника подросток, ошалело расхаживающий по кабинету главы государства. Подросток растерянно улыбался и махал в камеру из президентского кресла. Было бы странно, если бы, пережив такое, киргизы не бросились жечь машины и растаскивать из магазинов телевизоры. Все-таки если в стране происходит революция, в кресло президента должен садиться главный революционер, а не какой-то шальной «шкидовец».

Без всякого сомнения, побег Акаева из страны был преждевременным. Останься он где-нибудь на окраинах Бишкека в хорошо охраняемой резиденции, через двое суток уставшую от беспорядков толпу можно было бы разогнать. Но его отъезд привел к фатальной штуке: очутившись наедине с собой, оппозиция осознала вдруг, что есть еще другие роли, кроме существующих на гранты вечно притесняемых жертв режима. После того как оформился избранный парламентом оппозиционный преемник, вернуть власть оказалось уже невозможным. Распространенное через Интернет письмо опального диктатора ничего, кроме улыбки, уже не вызывало: «Слухи об отставке являются злонамеренными»? Ты это новому президенту расскажи, под которого «легли» милиция и армия.

ТЕ ЖЕ МИНУС НАРОД

Минская революция имела столько же шансов состояться, как и киргизская. События в Бишкеке показали, что низкая популярность партий, отсутствие консолидации в оппозиции отставке действующего главы государства не помеха. Андрей Климов анонсировал свой бунт за три месяца, так что у всех противников Лукашенко было время подготовиться. К тому же, Климову неожиданно начало везти едва ли не так же, как везет обычно Александру Григорьевичу. Сначала появился Александр Козулин, породив ощутимый ропоток в вертикали и вызвав слухи о неких новых друзьях Кремля в Минске. Затем восстали предприниматели, явив новый мощный уличный ресурс. Наконец, и это было уже чистым и непросчитываемым везением, случилась революция в Киргизии, причем за день до намеченного бунта в Минске. Все складывалось удачно: к 15.00 25 марта на Октябрьскую площадь в Минске обещали прийти все, кто умеет митинговать: предприниматели, партии и сам Климов.

У этих двух революций, белорусской и киргизской, было два отличия. Во-первых, силовики в Минске подготовились куда серьезней, чем в Бишкеке. Пожалуй, впервые ОМОН вел себя именно так, как должна вести себя милиция, разгоняющая митинг в авторитарной стране. Демонстрантов сначала вытеснили с площади, затем не давали им собраться в одном месте, создав хитрую систему постоянно движущихся оцеплений. Если бы не дикий «хапун», которым все увенчалось, сорванная акция оппозиции могла даже не попасть на российские экраны.

Второе, куда более серьезное отличие, - степень народной поддержки бунта. Если бы Лукашенко «достал» минчан так же, как Акаев киргизов, никакая хитрая система оцеплений не сдержала бы протестующих от выхода на площадь. И одному богу известно, куда устремилась бы толпа после этого. Понятное дело, что недовольных режимом полно. Однако это недовольство не переросло в ту слепую ярость, которая заставляет людей бросать работу и лезть на баррикады, крича «долой», даже зная, что впоследствии ты можешь получить многомиллионный штраф как участник несанкционированной акции. В Бишкеке, напомним, 10 тыс. протестующих перли на резиденцию, помня об аксыйском расстреле, допуская, что по ним могут шарахнуть из автоматов. У нас активным участникам грозил в худшем случае административный арест, но митинг не набрал и 6 тыс.

...НЕТ У РЕВОЛЮЦИИ КОНЦА

Климов был прав в одной вещи - когда утверждал, что 25 марта в Беларуси революция не «состоялась», а «началась». Можно скептически относиться к версии организатора бунта о том, что события на Октябрьской площади в Минске - начало цепи мероприятий, которые приведут к уходу Лукашенко в 2006г. Но вспоминается известная коммунистическая поговорка: «Есть у революции начало, нет у революции конца». С этих позиций началом революции, которая может когда-нибудь случиться и в Беларуси, вполне можно считать именно 25 марта 2005г. Тоже ведь какая-то дата, хоть и не очень круглая.
Добавить комментарий
Проверочный код