Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№12 (480) 28 марта 2005 г. Личный вкус

ВХОДИТ НЕСВОБОДНЫЙ ПОДОБЕД 

28.03.2005
Андрей КУРЕЙЧИК

№ 12 [480] от 28.03.05 - Театр: Национальный академический театр им.Я.Купалы. Спектакль: Том Стоппард

«Входит свободный человек». Режиссер: Владимир Щербань. Художник: Алеся Снопок

Что это? Пока в кулуарах Купаловского театра и Минкульта шли таинственные переговоры по поводу назначения нового директора (решили, что им будет Николай Кириченко), на большой сцене театра состоялась премьера пьесы Тома Стоппарда «Входит свободный человек» в постановке Владимира Щербаня. И если «подковерно-номенклатурная» деятельность крепко отдавала белорусским колоритом, то спектакль продемонстрировал исключительно «британский штиль», главными атрибутами которого стали «сырость» образов, «туманность» мотивировок, «чопорность» обстановки, холодность отношений и истинно британская неспешность. Впрочем, даже эти неудобства «британского образа жизни» не помешали открыть на белорусской сцене новый фронт борьбы за естественность и вкус, и против дешевой театральщины и пошлой коммерциализации белорусского театрального искусства.

Важность этого спектакля не ограничивается его художественными задачами. Это маленький шажок белорусского театра к нормальной цивилизации. Оказывается, Купаловский пошел на редкий и мужественный у нас шаг - обратился-таки к британскому автору за покупкой авторских прав. И ничего страшного не случилось, кроме того, что пришлось немного заплатить. Так что пусть другим белорусским театрам будет стыдно.

Драматургия. Том Стоппард - один из немногих живых классиков драматургии. Он словно воплощает все лучшее, что создано британской драматургией за последние 500 лет: глубокую философичность Шекспира, тонкий юмор Шоу, фантастическое чувство вкуса и стиля, присущее Уайльду, здравый смысл Моэма, абсурдизм Беккета. По его пьесе «Розенкранц и Гиндельстерн мертвы» снят культовый для интеллектуалов фильм.

Впрочем, в том тексте, который произносят актеры, разглядеть все эти неоспоримые достоинства драматургии Стоппарда нелегко. Связано это со зверскими и неудачными сокращениями пьесы, в результате чего остались либо тяжеловесные, банальные монологи, а-ля «в чем смысл жизни по «свободному человеку», либо истерики, зато пропала удивительная живость и естественность, присущая английскому диалогу.

Режиссура. Щербань поставил перед собой очень трудную задачу - сделать спектакль, обойдясь абсолютным минимумом выразительных средств. Современная белорусская режиссура, в большинстве своем не обладая талантом глубокого погружения и анализа серьезного материала, предпочитает маскировать собственную поверхностность большим количеством всяких «штучек», «фишек» и «примочек»: то музыкой оглушат, то декорацию диковинную соорудят, то мотоциклы на сцену вывезут, то пляски устроят…

Щербань предложил предельно аскетичную форму спектакля: приглушенные тона, декорация, больше напоминающая графику, чем живопись. Атмосфера, ассоциирующаяся с фильмами Сокурова, «Возвращением» Звягинцева, «Жертвоприношением» Тарковского, т.е. для большинства зрителей с чем-то неимоверно тоскливым, скучным и занудным. Впрочем, предложив играть в такой «киношный» интеллектуальный театр, Щербань не учел главного - особой школы и уникальной «психофизики» белорусских актеров. В результате по-настоящему почувствовать тонкость психологического рисунка удалось, пожалуй, только Наталье Кочетковой.

Плюсы. Театр должен взрослеть. Этот спектакль - попытка уйти от инфантильного и пошлого заигрывания со зрителем и поговорить о современном понимании смысла жизни. Правда, пока исключительно в английском «понимании» английского «смысла» английской «жизни».

Минусы. Главный промах - актерский ансамбль во главе с непосредственно «свободным человеком» неудачливым изобретателем Райли в исполнении Александра Подобеда. Архитип изобретателя и фантазера, богато разработанный в кино и литературе от Мюнхгаузена до всевозможных «сумасшедших профессоров» в исполнении Подобеда выглядит престарелым, психически неуравновешенным, лишенным чувства юмора и реальности фатом, проблемы которого глубоко безразличны всем: и персонажам, и зрителю. Спектакль «ошибся» сценой: созданный по законам малой сцены, он почему-то оказался на большой и этим сильно проиграл.

Драматургия/режиссура/актерская игра: 7/8/4
Добавить комментарий
Проверочный код