Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Обеспечит ли работой 500 тыс. граждан, официально зарегистрированных как безработные, обновленная версия декрета N3 «о тунеядцах»?
нет, скрытая безработица гораздо выше
нет, пока не будут проведены структурные реформы в экономике
нет, все закончится очередными акциями протеста
да, если президент приказал
нет, пятая колонна в Совмине преднамеренно дезинформирует президента
№44 (461) 08 ноября 2004 г. Портмоне

ВИКТОР ШАЛКЕВИЧ: «РАССТАВАТЬСЯ С ДЕНЬГАМИ - СМЕЯСЬ!»

08.11.2004
Ирина ЧЕРНЯВКА

Артист, поэт, бард и шоумен Виктор Шалкевич - самый известный в Беларуси аукционист. Его по праву можно назвать символом малой приватизации. Сколько денег принес государству деревянный молоток, который он держит в руке более 10 лет, сколько магазинов, складов, квартир, гаражей и торговых точек «ушло» после его «Продано!», подсчитать невозможно. Одно время с этого молотка даже кормился Гродненский областной кукольный театр: в начале 90-х, чтобы посмотреть, как Шалкевич ведет аукцион, зрители покупали билеты, словно на спектакль.

Гродненский корреспондент «Белорусской газеты» выясняла у Виктора ШАЛКЕВИЧА, как он научился искусству продажи свинарника в нулевом цикле строительства.

- Аукционист - это по сути продавец. Способность к перевоплощению вам пригодилась?

- Конечно! Я совершенно не тоскую по театру! Это сейчас профессию аукциониста внесли в реестр профессий РБ. А раньше она таковой не считалась. Как-то в начале 90-х специалист отдела приватизации горисполкома предложил мне попробовать. Я съездил на стажировку в Брест, посмотрел, как проводят аукционы у них. Мне показалось, скучно. И в Гродно мы ввели такую штуку: когда победитель шел на сцену подписывать протокол аукциона, звучала бравурная музыка.

Людей в зале всегда надо к себе расположить, создать непринужденную обстановку. Я разговаривал с покупателями и знаю, с какими чувствами они приходят на аукцион: у одних земля из-под ног уходит, а другие перед этим даже прощаются с родителями и родственниками! Несколько слов, сказанных залу, может определить дальнейший ход аукциона.

Я всегда им говорю: «Человечество должно смеясь расставаться со своими деньгами!» Многим это нравится! Рассказывая о правиле, согласно которому участник аукциона имеет право предлагать свою, более высокую цену, я привожу пример: «Двести, - негромко сказал Остап». Все смеются.

Как-то после аукциона ко мне подбежала какая-то бабушка и сказала: «Молодой человек, спасибо: я всегда хожу по театрам, но такого спектакля еще не видела!» Хотя, конечно, на аукционе главное - аукцион.

- Какие навыки пришлось приобрести?

- Не каждый человек рождается аукционистом. Нужно уметь охватить одним взглядом 200 или 300 человек, среди 9-12 претендентов определить, кто даст большую цену. Все думают, что аукцион - это обдираловка. Нет, это место, где определяется, кто может дать наибольшую цену. Другой цели нет. Нет цели поднять цену! Аукцион - действительно самая честная форма продажи объекта, публичная. Перед тобой сидят десятки людей и видят каждый твой жест, выражение твоего лица, да еще комиссия, которая тебя контролирует. Подлог или обман невозможны.

Мне рассказывали, как во время аукциона у покупателей «счетчик» в голове работает. У человека есть 20 млн. Цена - 30. Он думает: «Так, пять у меня в заначке, три одолжу, два еще где-то возьму...»- Какой самый дорогой объект вы продали?

- Самая удивительная цена оказалась у молотка, который я продал на 100-м аукционе, проведенном совместно с МФК. Молоток, обыкновенный, деревянный, потянул примерно на $1 тыс. После этого ко мне подходили друзья: «Шалкевич, у меня есть молоток, может, ты продашь?»- Самый нелепый лот?

- Нулевой цикл свинарника! Строили-строили - и построили только нулевой цикл! Потом его кто-то купил. Честно говоря, меня не особенно интересуют объект и цена. Мне нравится, когда здание наконец-то обретает хозяина. А когда в шестой раз его выставляют, но оно не продается, это очень тяжело. Мне жалко здания бывшей областной библиотеки, которое уже несколько лет подряд не может найти хозяина: памятник архитектуры, выставлялось на нескольких аукционах, но нет заявок. Вообще!

- Много зарабатываете на аукционах?

- Наверное, это основная часть моих доходов. Слухи ходили, будто я получаю 5% с каждого аукциона. Увы, я получаю фиксированную сумму: это такая же работа, как у госслужащих, только по договору.

- А чем вас, творческого человека, привлекает продажа зданий, цехов и свинарников?

- Прежде всего интересны люди. Они на тебя смотрят, ты - на них. В каждом прочитываешь какую-то судьбу, какой-то определенный человеческий тип. В одном белорусском городе на аукцион пришел батюшка в полной форме парадной: в кресте наперсном, камилавке. Спрашивает: «Будете продавать этот киоск?» Отвечаю: «Буду». - «А что будет, если я в середине аукциона встану и обращусь ко всем, кто борется за этот киоск, с просьбой, чтобы они его уступили православной церкви?» Я ответил, что он для меня такое же физическое лицо, как и все остальные, и в комиссии ему подтвердили, что на аукционе все равны, как перед Богом. Батюшка боролся до самого конца, но выиграл предприниматель. Батюшка со злости после торгов громыхнул креслом, швырнул номер и вышел из зала!

Как-то шли торги по квартирам, и за одну из них боролась трогательная семейная пара. Муж очень хотел купить, жена считала, что дорого, висла у него на руке, а он ее сбрасывал с локтя и подкидывал свой номер!

В одном городе продавалось право аренды швейного цеха за немыслимую цену - $100 тыс.! Никто не понимал, зачем в городке нужен швейный цех по такой цене. Просто гендиректор отправил своего главбуха и в шутку сказал, чтобы тот купил цех «во что бы то ни стало». Бухгалтер не понял: как поднял номер, так и стоял до последнего. Ему сперва подкидывали цену, а потом уже устали. Сделка, к счастью, была признана недействительной, потому что этот человек не имел права участия в торгах.

- За эти 10 лет аукционы изменились?

- Да, стали более жесткими и сухими. В начале 90-х аукционы проходили очень часто: в Гродно раза по два в месяц. Но сколько в городе может быть магазинов или парикмахерских? Двадцать или сорок? Их можно продать все. К тому же, на мой взгляд, в Гродно сейчас негативное отношение к бизнесу. В Бресте во много раз больше хороших ресторанов. А куда ты поведешь гостей в Гродно? Когда-то мы очень гордились своим городом, но я ощущаю, что того города уже практически нет...

Появилось новое поколение покупателей. Раньше приходили на аукцион солидные дяди с полными чемоданами денег, которые от перестройки до обретения независимости сумели какой-то капитал сколотить. Сейчас покупатели - совершенно молодые люди.

- А в каком городе вы востребованы более всего?

- В Минске. Хотя малая приватизация не в Минске начиналась - в Бресте, потом в Гродно. Люди из Минска приезжали, смотрели и организовывали аукционы в столице. И сейчас в зале на ул. Комсомольской, 9 иногда не хватает мест. Недавно в Минске мы продавали торговые места, их было около 120! В 10 часов становишься, в 12 уходишь - язык на бороде! Два часа - это очень длинный аукцион: продаешь, продаешь, подписывается протокол, снова подписывается протокол... Это уже конвейер!

Сегодня в Минске продается так называемое «право аренды»: ЖЭСы, ЖРЭУ выставляют неиспользуемые помещения. Если продается право аренды помещения на 5 лет, значит, через 5 лет его возвратят - и мы опять его будем продавать. Такой «перпетум мобиле». На одном из последних аукционов место в библиотеке под автомат для кофе - метр на метр - при стартовой цене в 33 тыс. рублей было продано за 950 тыс. Для меня это необычно. Как и аптека, право аренды которой продано за 100 млн.

Но я понимаю: сто человек открывают бизнес - сто разоряются. Это жизнь! В Нью-Йорке, как мне рассказывали, еже-дневно закрываются сто ресторанов и открываются сто новых…

- Не устали стучать молотком?

- Я часто встречаю на улице людей, которые меня узнают, здороваются… Для некоторых наши аукционы стали «путевкой в жизнь»: пришел, купил в аренду два или три квадратных метра на вокзале, поставил киоск, газеты стал продавать, потом пошел в гору. Так многие предприниматели начинали свое дело - с моего молотка! И потом очень трогательно меня благодарили.

В одном городе я продал столовую, и люди, ее купившие, настолько были счастливы, что кричали: «Вы к нам приходите в любое время, мы вам все бесплатно!» Зашел я как-то в ту столовую, но они меня просто не узнали! Но я ничего не требовал, не дай бог!

СПРАВКА «БГ». Виктор Шалкевич родился в 1959г. Окончил БГТХИ в 1980г. Актер Гродненского областного драмтеатра, областного театра кукол. С труппой кукольного театра создал культовый спектакль «Тутэйшыя» (Гран-при фестиваля в Ломже, два специальных диплома фестиваля в Торуне (Польша), 2004г.). Бард, выпустил пять сольных альбомов. Участник фестивалей «Басовішча», «Золотые ворота» (Киев), «Восень бардаў» (Бельск-Подляский). Гордится личными встречами с легендой британского арт-рока Гари Брукером (Procol Harum) и с кандидатом в президенты Украины Виктором Ющенко. Сейчас пишет оперу «Галілейская гісторыя». Женат, дочери Марте 17 лет.
Добавить комментарий
Проверочный код