Понедельник, 5 Декабря 2016 г.
Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
Магазин кухонной мебели. Информация о доставке, акциях компании.
schock-russia.ru
№42 (459) 25 октября 2004 г. Радости жизни

НИКОЛАЙ ПИНИГИН: «МЫ ИЗОБРАЖАЕМ САРАФАН И ГОВОРИМ, ЧТО ЭТО КУЛЬТУРА»

25.10.2004
Андрей КУРЕЙЧИК

В каждом государстве есть люди, которых считают «совестью нации». Эти люди стараются, несмотря ни на что, жить в соответствии с идеалами гуманизма и противостоять злу, какие бы формы оно ни приобретало. В последние годы в Беларуси почему-то «совесть нации» по большей части живет отдельно от самой нации. Утечка совести становится главной проблемой страны. В эмиграции жил Быков. Остались за границей, лишь на время приезжая в Беларусь, Светлана Алексиевич и Владимир Некляев. В театре совесть нации для многих воплощает ныне проживающий в Петербурге Николай ПИНИГИН, с которым общался театральный обозреватель «Белорусской газеты».

- Сколько лет вы живете в России?

- Шесть лет уже.

- Как часто удается посещать Беларусь?

- Раз в год обязательно приезжаю. Раньше что-то ставил для «Альфа Радио». Летом приезжаю в Беларусь отдыхать.

- У вас перед глазами картина жизни в Беларуси и России. В чем вы видите сходство и различие ситуации в «братских» странах и как это влияет на театр?

- Процессы и в России, и Беларуси протекают похожие. Вроде как продекларирован какой-то капитализм. Люди тяжело зарабатывают деньги. Выживай, как хочешь. Скажем, для того чтобы люди пошли в театр, стали интересоваться культурой, осознавать себя гражданами, существовать в некоем культурном контексте, надо, чтобы утихомирилась жизнь и у человека появились время и деньги. В Беларуси есть некий оттенок не географического провинциализма, а внутреннего. Мировые процессы здесь замерли, появилось ощущение остановки времени. В России, особенно в Москве, более бурлящие процессы. Есть и хорошее, и плохое, но главное - есть ощущение движения.

Хотя, думаю, сейчас «нетеатральное» время. Есть время действовать, есть время осознавать. Второе еще не пришло. Вот в советские времена все было зажато, и люди ходили в театр, как к кислородной подушке. Во времена СССР БДТ не был оппозиционным театром, он просто рассказывал человеческие истории человеческим языком, поэтому все ходили туда, чтобы не в дурдоме посидеть, а в нормальных жизненных ситуациях оказаться.

Сейчас ты можешь жить, ездить, работать, не работать. У меня ощущение, что отражать жизнь в искусстве уже неинтересно. Люди не хотят «отражений жизни», люди хотят жить. И это происходит не только в театре, но и в кино. За редчайшим исключением это коммерческое кино. Театр тоже в эту сторону клонится. Появился даже термин такой - «духовка», некое духовное искусство. Раз «духовка» - значит, не надо…

- Где вы больше чувствуете себя в Европе - в Беларуси или России?

- В бытовом отношении - в Беларуси. В силу определенных исторических обстоятельств у русского человека нет задачи хорошо жить. Достоевский еще об этом писал. Это всемирный человек, который всюду сует свой нос, кроме своей квартиры и подъезда.

- Много говорят о родстве белорусской и российской культур. А в чем их фундаментальное различие?

- Я думаю, что белорусы в корневой ментальности остаются язычниками. Не на уровне каких-то верований, а на уровне ощущений: мой хутор, моя речка, мой огород. Белорусы ментально ближе к земле, к природе. Это ощущение у всех, потому что у всех есть бабушки в деревнях, все едут копать картошку. В Беларуси более развиты родоплеменные отношения. Культура Беларуси больше связана с лирикой, с ощущением тепла. Русский человек? Невозможно понять, что это такое. Москва, Новосибирск, Владивосток, Чечня, Дагестан - что такое Россия? Это конгломерат культур, земель, религий. И самое главное: в русском человеке все равно ментально заложено имперское сознание. Вот есть мы, а вокруг нас - младшие братья. Хотя с этим нельзя согласиться.

- Как можно объяснить феномен современного литовского и латышского театров? Ведь это маленькие страны, меньше Беларуси, театры у них в основном негосударственные… Откуда такой взлет? Почему он не случился у нас?

- Уже в советские времена был потрясающий театр в Литве. Для меня здесь загадки нет. Как бы мы себя ни причисляли к Великому княжеству Литовскому, я думаю, что все-таки это была держава балтов. Так, как они играют спектакли, я понимаю, что эти люди могли владеть территорией от Балтийского до Черного морей. Вот смотришь Някрошюса и понимаешь, что это языческое сознание человека. Он апеллирует намеренно к простым вещам: огонь, вода, лед, дерево. Ему понятна шекспировская мистика. Это культурный феномен, связанный с ментальностью народа. Вот как грузины театральны в своем темпераменте, так литовцы выразительны в своих сущностных идеях театра. Но при этом они не скорректированы, как в Беларуси, в сторону этнографии и всякой «клювы», а рассматривают сущностные вещи: жизнь, смерть, предательство. Во-вторых, традиция. Литовский театр в Паневежисе создал Мильтинис. Он приехал в 30-х годах в Литву, изучив у Дюлена в Париже режиссуру, и создал целую театральную систему. Ну и, в-третьих, все литовские режиссеры (за исключением молодого Коршуноваса) учились в Питере или Москве и получили блестящее театральное образование. И когда это соединилось с их традициями языческих ритуалов, получилось невероятное волшебство - литовский театр. Такого нет нигде в Европе. Иметь в маленькой стране пять режиссеров мирового уровня - Вайткус, Туминас, Някрошюс, Коршуновас, Латенас - это невероятно.

- В чем самобытность белорусского театра? Есть ли надежда на прорыв?

- Нужно просто сесть и подумать, в чем смысл существования моего народа на этой земле. Многие народы исчезают. Если народ остался, зачем-то же он остался? Значит, он несет какую-то информацию миру. В искусстве есть радость - в чужом узнать себя. Это сближает людей. Нужно осознать, кто мы и что мы.

- Многие режиссеры тему «белорусскости» уводят в фольклор: лапти, рубахи, пояса - этакая вечная «Павлинка»... Какое современное прочтение этой темы может быть интересно сегодня?

- Надо понимать, в каком контексте писалась та же «Павлинка». То было время надежд: мы к корням возвращаемся, к народу, мол, там все чисто, все искренне. В Беларуси это довели до абсурда. Культура не есть этнография. Гоголь написал замечательную фразу: «Народность - не в изображении сарафана». А мы изображаем сарафан и говорим, что это культура. Я попытаюсь сейчас в Купаловском театре сделать «Сымона-музыку» - историю о судьбе художника на этой земле, о судьбе одинокого человека, который задает вопросы миру, а вокруг люди, которые не живут этими проблемами. Им неинтересно, потому что им надо на кусок сала заработать. Здесь надо какие-то сущностные вещи искать, а не исторические декорации городить или клясться в вечной любви к рушнику. Товстоногов правильно говорил: «Концепция спектакля лежит в зале».

- Какие личности для вас воплощают белорусскую культуру?

- Короткевич и Мулявин.
Добавить комментарий
Проверочный код