Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Ожидается, что декрет об обеспечительном депозите позволит бизнесменам не опасаться за свою свободу,если они выйдут за правовые рамки. Нужно просто заблаговременно положить не менее BYN50 тыс. на счет в Беларусбанке. От чего еще можно обезопасить граждан?
Количество проголосовавших: 58
от призыва в армию
 41.38%
от бедных родственников
 15.52%
от оплаты коммунальных услуг
 12.07%
от вредных привычек
 6.90%
от прохождения флюрографии
 24.14%
№36 (453) 13 сентября 2004 г. Радости жизни

ТРИ КОПЕЙКИ ДЛЯ ШЕКСПИРА

13.09.2004
Дмитрий ДОНСКОЙ

В первые два срока своих полномочий Александр Григорьевич Лукашенко всего лишь пару раз осчастливил храм Мельпомены своим визитом. Но даже человеку, столь трепетно и непосредственно относящемуся к искусству и вместе с тем столь далекому от театра по роду деятельности, как президент, стало очевидно, что в этой сфере не все ладно. Бывало, главу государства раздражало «кумовство» в отношении отдельных авторов, не всегда объективные критерии выбора репертуара, сложности в финансировании талантливой молодежи. И тогда он бросал грозные взгляды на поникших чиновников, ругал их, требовал результата… Тщетно. Ныне рынок драматургии находится в самом нецивилизованном, диком и варварском состоянии по сравнению со всеми остальными сферами интеллектуальной собственности.

ПИРАТСТВО ПОД ГОСУДАРСТВЕННЫМ ФЛАГОМ

Драматический театр потому называется «драматическим», что в его основе находится пьеса. Драматургия - начало технологической цепочки в театре: от выбора репертуара зависит формат и идеология театра. Репертуар любого театра можно поделить на три части. Классическая драматургия - широко известные пьесы давно умерших авторов, коим авторское вознаграждение не выплачивается. Современная иностранная драматургия, авторские права на нее теоретически охраняются международным законодательством. Ну, и современные белорусские авторы…

В отношении западных авторов белорусские театры ведут себя по-холопски: когда возможно украсть пьесу или перевод, делают это. Если не получается или страх берет верх, автора или переводчика ставят в известность, но начинают унижаться, ссылаясь на нищету и Чернобыль, чтобы выклянчить льготные условия. И лишь когда это не проходит - платят. Вопиющий случай произошел в прошлом сезоне в Театре им. Горького: за постановку своей пьесы «Детектор лжи» российский драматург Василий Сигарев потребовал $2 тыс. И ему заплатили! Ни один белорусский автор не смог получить от белорусского театра ни копейки единовременного вознаграждения, а для россиян эти суммы легко находятся.

Как заниматься противодействием театральному контрафакту? В случаях с аудио- и видеопиратством правоохранительные органы совершают рейды, изымая нелицензионную продукцию и возбуждая против виновных лиц административные и уголовные дела. Трудно представить, чтобы в театр во время представления по незаконно поставленной пьесе ворвались люди в масках и с автоматами, уложили актеров, описали декорации и наложили штраф на директора. Театры - государственные учреждения, т.е. пиратство происходит с ведома и при попустительстве соответствующих госорганов.

УНИЖЕННЫЕ И ОСКОРБЛЕННЫЕ

Судьбе белорусского автора вряд ли кто-нибудь позавидует. Во-первых, неясно, признает ли белорусское трудовое законодательство профессию «драматург». Имеют ли эти люди положенные трудящимся трудовые гарантии, каким образом будет исчисляться стаж их работы и размер пенсии? Режиссеры и актеры работают в штате, должность же драматурга в гостеатрах не предусмотрена - в отличие от мировой практики.

Во всем мире (включая Россию) существует лицензионный порядок отношений автора и театра. Если театр хочет поставить пьесу, он запрашивает разрешение либо у автора, либо у его агента. Автор выдает театру лицензию на конкретную постановку, оговаривая условия, гонорар и проценты. Если театр согласен, заключается договор. В белорусском театре, как можно догадаться, не существует лицензий и почти нет договоров. Театры используют интеллектуальную собственность драматургов, извлекают из нее прибыль, отказываясь вступать с ними в договорные отношения. Порой авторов даже не ставят в известность о постановке. Все отношения с драматургом ограничиваются перечислением законодательно установленных минимальных процентов на счет коллективного управляющего авторскими правами. Единовременные гонорары от $500 до $2 тыс. выплачиваются всем авторам постановки: режиссеру, сценографу, художнику по костюмам, композитору, балетмейстеру, но не драматургу. Если тот заикнется о гонораре, его мигом отправляют в Минкульт, где начинается самое интересное.

МИНИСТЕРСТВО КРИВЫХ ЗЕРКАЛ

В Минкульте автору предлагают купить права на его пьесу. Это не обязанность министерства, а его «добрая воля». То есть кому-то министерство может отказать в этом, даже если пьеса поставлена. Но допустим, министерство согласилось. Далее счастливому автору предлагают подписать договор. Странная особенность договора заключается в том, что в нем отсутствует сумма. Пьеса, естественно, стоит денег, но сколько именно она стоит, Минкульт сообщить отказывается: мол, сумму в договор проставят сами, потом. Никого не смущает факт очевидного нарушения гражданского законодательства: с таким же успехом можно давать на подпись чистую бумагу.

Стоимость пьесы определяет некая «репертуарная комиссия». Кто в нее входит, по каким принципам она оценивает стоимость - одна из величайших тайн Минкульта. Достоверно известно лишь, что одни авторы получают значительно больше, чем другие.

Договор подписывает министр, который тоже может скорректировать сумму. В итоге окончательный размер гонорара автор узнает лишь тогда, когда деньги приходят к нему на счет.

Не все авторы соглашаются на подобные юридические выкрутасы. Так и не получили гонорар драматурги Виталий Любецкий и Яна Русакевич, пьеса которых «НАЛУ» победила на конкурсе «Купалаўскiя далягляды» и была поставлена в НАТ им. Я.Купалы. Они отказываются подписывать «пустой» договор, на что в министерстве говорят: тогда не получите ничего.

НАЛОГИ НА СТРИНДБЕРГА

Минкульт - государственный орган, который должен тратить деньги налогоплательщиков на поддержку национальной культуры. В отношении драматургии министерство осуществляет свою миссию очень избирательно. В последние годы самые крупные государственные гранты были направлены на постановки пьес Стриндберга, Гауптмана, Булгакова и т.д. Никто не против классиков мировой литературы, но назвать это вкладом в белорусскою культуру сложно. За счет грантов для молодых режиссеров не было поставлено ни одной белорусской пьесы. Единственная белорусская пьеса «Детский садик», заявленная для постановки в ТЮЗе, была заменена другой при деятельном участии Минкульта, патронировавшего постановку пьесы Сигарева, которая создала прецедент огромной выплаты российскому автору. Деньги налогоплательщиков бесконтрольно тратятся на импорт зарубежной драматургии, в то время как белорусские драматурги вынуждены уходить из профессии. Если же отечественный драматург предлагает пьесу в театр, ему обычно говорят: «Мы бы поставили с удовольствием, но на постановку денег нет».

Странно половинчатое отношение государства к разным сферам искусства. Обязательная 50% квота для белорусской музыки в эфире позволила активизировать поиск новых исполнителей, привлекла в эту сферу дополнительные деньги. В театрах же фактически стимулируется импорт, причем за государственные деньги. Остается уповать на программу «импортозамещения» для белорусского театра: быть может, с ее принятием хоть часть бюджетных средств пойдет на создание и поддержку национальной школы драматургии.
Добавить комментарий
Проверочный код