Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
№7 (424) 23 февраля 2004 г. Тема недели

ТРУБАДУРЫ

23.02.2004
Сергей ЖБАНОВ

№ 7 [424] от 23.02.04 - «Исторический момент» - так назвал Александр Лукашенко газовую блокаду Беларуси, организованную впервые «Газпромом» на протяжении без малого суток: с 18.00 18 февраля до 13.47 19 февраля. Прорвал блокаду белорусский президент просто, дав отмашку на пролонгирование договора с компанией «Транс Нафта». Но остался вопрос: что мешало продлить хозяйственный контракт вовремя, избавляя страну от скандала и риска огромного материального ущерба?

«Белорусская газета» еще осенью 2003г. назвала февраль нынешнего года «месяцем проветривания мозгов» правительства под предводительством несгибаемого Сергея Сидорского. А две недели назад стало очевидно, что в текущем споре хозяйствующих субъектов «Газпром» пойдет до конца. Поэтому назвать «неожиданной» ситуацию, в которой оказалась экономика страны, язык не поворачивается.

Но если знали, то на что рассчитывали, отказываясь подписывать контракты на хорошо известных условиях? Конечно, на несанкционированный забор газа, надеясь, что «Газпром» не будет осложнять свои взаимоотношения с западными покупателями. И просчитались. Технологически к блокаде «Газпром» тоже подготовился - пригодился опыт урегулирования конфликта с Украиной.

Зато белорусские власти тут же забыли, что имеют дело всего лишь со спором хозяйствующих субъектов, решив мгновенно превратить его в крупный межгосударственный скандал. Бросились в это мероприятие как на амбразуру, т.е. без разработанного набора оперативных мероприятий, дающих шанс выйти с честью из надвигающегося противостояния. Причем идеологическое обеспечение акции подкачало так же, как и технологическое. Ответом на российскую газовую блокаду стала неудачная попытка организации блокады информационной.

Правительство даже не удосужилось оповестить нас о необходимости сдать радио- и телеприемники, оставив только радиоточки для прослушивания маршей и лекций по идеологическому воспитанию. В результате население, не изолированное от вражеской пропаганды, имело возможность в репортаже на канале НТВ прочесть на экране запись белорусского президента в книге почетных гостей «Газпрома» от 13.11.1996: «Дорогие друзья! Желаю вам покрыть паутиной труб нашу планету, и обязательно за плату».

Неужели, Лукашенко не видел, что втягивает страну в эту паутину? Если – да, то потому известие «Газпрома» о переходе к коммерческим тарифам (в ответ на им же предложенную умопомрачительную цену за акции «Белтрансгаза») воспринял как оскорбление? Для выражения накипевших чувств президенту пришлось сначала прорвать (им же санкционированную) информационную блокаду и выложить пропагандистские аргументы, припасенные для электората. Немногочисленные, но явно лучшие представители которого бросились, как по сигналу, в пикет у российского посольства демонстрировать неотшлифованные слоганы типа «Вы теряете последнего союзника!»

Угроза, надо сказать, нешуточная: теперь изолированный от внешнего мира Владимир Путин будет получать международную информацию только со слов Александра Лукашенко. Например, о том, как возмущены Польша, Литва и Германия беспардонной акцией «Газпрома» и как мировая общественность одобряет внутреннюю и внешнюю политику Беларуси. Но пока это фантастика.

А реальность такова, что наступила закономерная расплата за попытку построить белорусскую социал-бюрократическую модель, основанную на донорской помощи из-за рубежа. Нет помощи - значит, нет и модели.

И неприемлемый контракт пришлось подписывать, сокрушаясь и жалея самих себя: «И, я думаю, Сергей Сергеевич, пусть нас упрекнут, что мы не выстояли, поддались и т.д. Надо заключить договор на условиях Путина. Хочет Путин, чтобы мы платили эти деньги, давайте будем собираться: отвлекать от чернобыльцев, от тех, кто в окопах гнил, - они у нас, видите ли, богатые. Неужели мы не соберем эти $200 млн.? Соберем! И я думаю, что мы снимем эту проблему. Нами просто перестанут манипулировать, и нас просто перестанут шантажировать».

Этот очередной образчик окопной правды немного стоит. Жители Беларуси в своей подавляющей массе не употребляют газ по смоленским тарифам в $29, а платили и платят почти $70. И, как отметил замдиректора Института стран СНГ Владимир Жарихин, «вся эта разница уходит в тот пресловутый фонд президента Беларуси». Это давно уже не сенсация. Как и то, что не народ является объектом предпринятой акции «Газпрома». Стоит напомнить, что концерн - в случае создания СП - гарантировал российские тарифы на газ не только «Белтрансгазу», но и прямым потребителям, т.е. народу, о судьбе которого так пекутся власти.

Гнев, с которым Лукашенко призывал «не брать кредитов у России», знаком. Но не убедителен, поскольку история братских отношений свидетельствует: духа продемонстрированной эмоциональной независимости обычно хватает на несколько дней. После чего и правительство, и Нацбанк жадно припадают к российскому кредитному источнику.

На этот раз не понадобилось и часа, как министр финансов Беларуси Николай Корбут по команде премьера выразил горячее намерение обсуждать условия выдачи Россией кредита в $200 млн., проект которого, оказывается, уже был готов в момент произнесения пламенной речи президентом.

Сегодня даже независимые российские поставщики отказываются сотрудничать с «Белтрансгазом» на долговременной основе, поскольку не уверены, что поставки будут оплачены. Это подтвердил гендиректор «Транс Нафты» Владимир Кондрачук, заодно напомнив сумму долга в размере более $40 млн., невыплаченную «Белтрансгазом» за поставки газа в январе и феврале этого года. В то время как официальный Минск продолжает отрицать сам факт наличия долгов и скрывать от населения истинную причину возникших разногласий по поводу поставок газа - хроническую неспособность оплачивать контракты на коммерческих условиях.

Есть и другие основания полагать, что это не конец истории с поставками газа. По команде президента Минск готовится к ответному удару, собираясь инвентаризировать взаимные межгосударственные обязательства. Бесперспективная затея, ведь второго нулевого варианта уже не будет. А результат взаимных подсчетов вновь огорчит Минск. Об этом можно судить, просто вспомнив долю экспорта Беларуси в Россию - около 60% и наоборот - около 5%. Россия хоть и болезненно, но переживет повышение транспортных издержек и даже может согласиться на оплату услуг ПВО, но для нереформированной экономики Беларуси любой переход на рыночные тарифы окажется разрушительным.

Поэтому стремление политизировать экономический конфликт - это очередной блеф, как и попытка опротестовать действия «Газпрома» в международном арбитражном суде (ведь совместного суда союзники создать так и не успели). Но со спонсором по поводу невыдачи очередной льготной порции газа не судятся. Тем более, если ты собираешься брать у него кредит, не расплатившись по прежним уже просроченным обязательствам.

И уж совсем напрасно было дразнить Путина, который и отдаленно не похож по характеру на дедушку Ельцина, и со своим запредельным рейтингом ни в моральной, ни в финансовой поддержке союзников не нуждается. Как показывает опыт, оскорблений Путин не прощает, а потому и угрожать обострением межгосударственных отношений из-за какого-то спора хозяйствующих субъектов, очевидно, не стоило.

Зато теперь придется платить «живыми» деньгами по всем счетам, все глубже увязая в «союзной» долговой яме. От этого не спасет даже установленный двойной тариф за прокачку газа по территории Беларуси - $1,02, на который «Газпром» уже согласился.
Добавить комментарий
Проверочный код