Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
№49 (416) 22 декабря 2003 г. Визави

НЕСЧАСТНЫЙ ФЕЛИКС

22.12.2003
Виктор МАРТИНОВИЧ, Марина ГУЛЯЕВА

16 декабря Александр Лукашенко провел совещание по итогам комплексной проверки деятельности КГБ. Орган, служивший опорой белорусской государственности, по меньшей мере последние полвека, подвергся публичной критике главы государства. Лукашенко обвинил чекистов в отсутствии точно выверенной информации о процессах в мировой экономике, в неспособности перехватить финансовые потоки, направляемые радикальной оппозиции. Президент во всеуслышание заявил, что если бы «в своё время» не «создал кое-что резервное», не имел бы сейчас объективной информации о международной и внутренней обстановке. Претензии, предъявленные главой государства руководству КГБ, прозвучали тем более странно, если учесть, что оппозиция и правозащитники беспрестанно сетуют на активную деятельность спецслужб, которые вмешиваются в личную жизнь, прослушивают телефоны и активно влияют на политические процессы. Кто же все-таки прав - президент, полагающий, что КГБ созерцает импорт демократии «со стороны», или оппозиция с правозащитниками, уверенные в том, что эта спецслужба контролирует все инакомыслие в стране? Об этом мы беседуем с исполнительным директором автоцентра «Фиат» Александром МУШТОЙ, в разное время возглавлявшим информационно-аналитические структуры Минобороны, КГБ, Службы безопасности президента, и Гарри ПОГОНЯЙЛО, правозащитником из РОО «Белорусский Хельсинкский комитет».

Гарри ПОГОНЯЙЛО: «НЕПОНЯТНО, ЧЕМ ВООБЩЕ ЗАНИМАЕТСЯ КГБ»

- Согласны ли вы с президентом, что в работе КГБ существуют недостатки?


- Из числа силовых структур именно КГБ сумел сохранить профессиональные кадры и профессиональное отношение к выполнению поставленных задач.

- Почему же тогда прозвучала критика?

- В силу профессионализма и порядочности многих сотрудников комитета эта структура не поддалась давлению со стороны высших должностных лиц государства, ее не удалось окончательно склонить к деятельности, которая не соответствует Конституции. Комитет - единственная служба, которая в результате собственных оперативно-розыскных мероприятий наиболее близко продвинулась к раскрытию тайны исчезновений политиков. Комитет постоянно пытается дистанцироваться от навязываемых ему антиконституционных функций по политической слежке, вмешательству в жизнь политических партий.

- Слежка, прослушивание телефонов, вмешательство в личную жизнь - это неконституционные меры?

- Спецслужбы, обеспечивающие безопасность государства, сохранение конституционного строя, занимаются этим во всех странах. Но там существуют процедуры, по которым проводятся мероприятия, связанные с ограничением прав граждан. Основанием для этого должны быть данные о том, что лицо готовится к совершению тяжкого преступления или уже совершило его. Без таких данных эти мероприятия не санкционируются. Сегодня в Беларуси деятельностью, связанной с ограничением прав граждан, занимается не только КГБ. Президент прямо заявил о существовании параллельной структуры, еще одной спецслужбы. Мы знаем, что она обеспечена всеми средствами, в т.ч. позволяющими прослушивать несметное количество абонентов.

- О какой спецслужбе идет речь?

- Либо о структуре в недрах Совбеза, либо об организации, которая при координации Совбеза действует в системе органов личной безопасности президента. Эта система выросла до огромных масштабов, хотя для общества является загадкой, на какие средства она существует. Деньги, выделяемые на КГБ, погранвойска, МВД фигурируют в бюджете. То, что создал президент, финансируется из спецфондов, которые абсолютно прозрачны только для самого президента.

- Справляется ли КГБ со своими задачами?

- Судя по словам президента, КГБ не совсем выполняет свои функции. Если президента не информируют о данных, которые он должен получать (разведка, контрразведка, борьба с экономической преступностью, шпионажем), то непонятно, чем вообще занимается КГБ.

- И чем же?

- Помимо задач, определенных КГБ законом, добавляется еще и навязанный сверху политический сыск, участие в незаконных акциях в отношении лидеров оппозиции, общественных деятелей, которые критикуют режим. Связано это с тем, что господин Ерин до этого возглавлял службу безопасности президента, которая вела и ведет работу, параллельную той, которой занимается сейчас КГБ.

- Но в то же время вы утверждаете, что КГБ все-таки уходит от несвойственных ему функций…

- Я говорю о том, что стремление к этому есть. Профессионалы из этого ведомства с болью в сердце воспринимают несвойственные им задачи. Но некоторые, боясь потерять работу, куда они пришли с огромным уважением к этой профессии, вынуждены подчиняться требованиям своих начальников.

- Вам как правозащитнику чаще всего приходится сталкиваться с нарушениями прав граждан - какой именно из спецслужб?

- Пирамида нарушений прав граждан такова: сначала весь чиновничий аппарат снизу доверху. На второе место я бы поставил органы внутренних дел, потом - прокуратуру, наконец - суды. Это привело к тому, что народ разуверился в справедливости власти, а показатели доверия к милиции, прокуратуре, судам - наиболее низки.

- В вину КГБ поставлено то, что чекисты не смогли определить каналы импорта демократии в страну. Почему комитет не справился с поставленной задачей?

- Да нет этих каналов. Действующая Конституция провозгласила Беларусь как унитарное правовое демократическое государство, где признаются ценности и принципы современного свободного общества и приоритет прав человека. Однако проблема в том, что установление демократии в Беларуси воспринимается Лукашенко как угроза личной власти. Существуют цивилизованные методы работы государства со структурами гражданского общества в целях продвижения к демократии. В частности, на конкурсной основе неправительственные организации выдвигают социально значимые проекты и программы, которые фондами либо утверждаются, либо нет. Все делается гласно и открыто, деньги поступают на счета организаций в Беларуси и используются по целевому назначению. Причем налоговые службы проверяют их расходование, а Минюст - соответствие деятельности объединений их уставам. Более того, в целевом использовании поступивших денег заинтересованы прежде всего сами фонды, которые проводят независимый аудит, принимают или не принимают отчетные документы. За все время существования независимой Беларуси не было ни одного случая ликвидации по суду или иным правовым основаниям партий, общественных объединений за деятельность, противоречащую Конституции, безопасности государства, нарушение прав и свобод граждан.

- Каждый раз, когда президент обвиняет силовиков в недостатке рвения, это приводит к закручиванию гаек в стране?

- Да уже последние 9 лет гайки постоянно закручиваются по всем направлениям. Но на этот раз, думаю, помимо дальнейшего ухудшения ситуации последуют еще и кадровые решения по КГБ. Кроме того, не исключено, что в скором времени КГБ подвергнется определенной реконструкции. В том виде, в котором он сегодня существует, комитет президента не устраивает. У нас сразу несколько ведомств занимаются одним и тем же, кладут на стол президенту свои отчеты о происходящем.

- Президенту есть из чего выбирать…

- Каждый должен заниматься своим делом. Представьте, если контрразведкой начнет заниматься Служба безопасности президента и прокуратура. Будет в этом смысл? Состояние взаимного недоверия, постоянного страха заставляет людей доносить друг на друга. Снова действует принцип «донеси первым, чтобы не донесли на тебя». В такой ситуации руководители силовых структур больше боятся каких-то разоблачений, доносов на себя, нежели занимаются нормальным исполнением своих функциональных обязанностей.

СПРАВКА «БГ». Гарри Погоняйло родился в 1943г. в Архангельской области. Окончил юрфак БГУ (1969). Работал токарем Минского государственного подшипникового завода (1961-62), адвокатом, заведующим юрконсультацией Костюковичского района Могилевской области (1971-76), ведущим специалистом, зам. начальника отдела, начальником отдела адвокатуры Минюста БССР (1976-88), зав. юрконсультацией Советского района Минска (1989-98). Инициировал создание Союза адвокатов Беларуси и был его первым президентом (1991-93). В настоящее время - зам. председателя БХК, правозащитник.

Беседовал Виктор МАРТИНОВИЧ

Александр МУШТА: «ОЧЕНЬ ВАЖНО НЕ ДОПУСКАТЬ ДЕМОНИЗАЦИИ ЭТОЙ СТРУКТУРЫ»

- По некоторым оценкам, одним из поводов для совещания президента с руководством КГБ стал неожиданный приезд в начале декабря в Минск Бориса Немцова, персоны нон-грата для Беларуси. Как вы оцениваете этот беспрепятственный визит с точки зрения деятельности спецслужб?


- Совещание президента с руководством КГБ и демонстративный вояж Немцова никак не связаны между собой. В шахматах есть такое положение «цуцванг»: куда бы вы ни пошли, все равно проиграете. Давайте отвлечемся от оценок деятельности КГБ в этом вопросе и посмотрим на ситуацию отстраненно: что бы выиграла страна, если бы Немцов был задержан? С учетом крайне низкого рейтинга правых сил его задержание сыграло бы на повышение, начались бы активные спекуляции на эту тему. С другой стороны, его незадержание можно рассматривать в определенном смысле как прокол.

- Учитывая ваше предыдущее место работы, непосредственно связанное с КГБ, какие задачи должно выполнять это ведомство?

- Задачи и компетенция органов госбезопасности Беларуси определены вполне доступным для общественности законом - N102-З от 3 декабря 1997г. Именно он очерчивает компетенцию, задачи и функции КГБ не только как национальной спецслужбы, но и как правоохранительного органа и республиканского органа госуправления. Речь идет о выявлении и пресечении разведывательной деятельности иностранных спецслужб, добывании разведывательной информации об угрозах национальной безопасности, защите независимости, территориальной целостности страны, конституционного строя, экономических интересов, борьбе с терроризмом и др. Как человек, некоторое время проработавший в аналитическом подразделении КГБ, свидетельствую: именно этими задачами там и занимаются.

- По мнению некоторых аналитиков, КГБ в Беларуси стоит не на страже государственных интересов, а защищает интересы конкретных лиц…

- Я не знаком с этими «аналитиками» и «политологами», как говорится, «их имена, Господи, ты сам веси». Хотя было бы любопытно послушать их аргументацию. В частности, если белорусский КГБ защищает только интересы отдельных лиц, то почему именно от этих лиц нередко в свой адрес он слышит упреки и критику? Не могу согласиться и с тем, что после распада СССР роль белорусского КГБ не изменилась. Недавно довелось прочитать интервью режиссера Франко Дзефирелли, некогда снявшего фильм «Гамлет». У него весьма оригинальный подход: шекспировский «Гамлет» - это история шпионов, поскольку весь воздух драмы наполнен подслушиванием, подсматриванием, настороженными взглядами… Видите, у каждой эпохи - свой Гамлет. Второе десятилетие белорусский КГБ - институт суверенного государства, видоизменилась его сфера ответственности, структура, а сотрудников, которые помнят, кем был Э.И.Ширковский, думаю, можно посчитать на пальцах.

- По мнению некоторых бывших сотрудников КГБ, эта структура постепенно становится карательным орудием в руках государства.

- В данном вопросе по крайней мере два понятия нуждаются в пояснении. Вряд ли за эвфемизмом «некоторые бывшие сотрудники» стоят реальные люди. Если это и так, то для комментария необходимо знать побудительные мотивы их авторов, конкретные обстоятельства, вызвавшие к жизни такие оценки. То же касается и КГБ как «карательного орудия в руках государства». Чья-либо личная обида, равно как и конъюнктура отдельных политических игроков, неуместна для обобщений такого рода.

- Глава государства на недавнем совещании заявил, что «Беларусь единственная страна в Восточной Европе, где сохранен КГБ. Мы избежали революционных преобразований». В чем наше преимущество в отличие от других стран экс-СССР, где КГБ видоизменен?

- У нас не принят закон о люстрации, который в ряде стран Балтии подводил общество к расколу: на тех, кто понимал необходимость спецслужб и сотрудничал с ними, и тех, кто ими преследовался и жаждал мести. Некоторые страны до сих пор не вышли из скандалов. И мы могли разрушить всё до основания: сменить название, провести тестирование, после которого одних взять на работу, остальных объявить изгоями. Этого не произошло, что, на мой взгляд, является фактором внутренней уверенности, стабильности и комфорта сотрудников. Были сохранены преемственность оперативной работы, традиции корпоративной культуры. Да, КГБ Беларуси вышел из шинели КГБ СССР. Но до распада СССР он никогда не был тем, чем является сегодня. Комитет никогда не был самостоятельной структурой, приходилось запрашивать директивы из Москвы, все операции осуществлялись в рамках указаний из центрального аппарата. Сегодня КГБ Беларуси достаточно самостоятелен.

Можно много говорить о недостатках КГБ СССР. Но нельзя не признавать, что и были достоинства. Не случайно он входил в пятерку наиболее эффективных спецслужб мира. Да, были события 30-х гг., да, были репрессии и преследования инакомыслящих в 70-80-х гг. Хотя, насколько мне известно, белорусский КГБ никогда не занимался борьбой с инакомыслием - это была прерогатива центрального аппарата в Москве. Очень важно не допускать демонизации этой структуры.

- Вы хотите сказать, что у белорусского КГБ всегда были «чистые руки»?

- Мне не доводилось читать материалы о громких преследованиях инакомыслящих в 70-80 гг. Я опираюсь на оценку, которую в свое время давал бывший председатель КГБ В.А.Мацкевич.

- В интервью БелаПАН вы сказали, что «аналитическая работа не успевает за стремительными изменениями ситуации и не в силах охватить всего спектра угроз национальной безопасности». Перечислите, пожалуйста, что входит в этот спектр?

- Вмешательство во внутренние дела государства, шпионаж политический, промышленный и военный, терроризм, незаконная миграция, оргпреступность, незаконный оборот наркотических средств - вы и сами можете продолжить этот список. Что же касается политических руководителей и аналитических структур, то их отношения имманентно противоречивы, что для госуправления и плохо, и хорошо. Например, сторонник сильной власти и сильных спецслужб уверен: органы должны знать всё, что происходит. Даже в отдельно взятой квартире - а вдруг там обсуждают, как захватить заложников!? Политик такого рода не оперирует категориями решительных действий, поскольку нерешительных действий для него нет и быть не может. Многие пребывают в уверенности, что если «под рукой» или «в поле» два-три толковых профессионала, это поможет принять верное решение. Иногда, кстати, так и бывает. Надо ли говорить, какую реакцию вызовут в этом случае анемичность и вялость аналитической записки, завершающейся дежурной фразой «докладывается в порядке информирования», без конкретных «практических рекомендаций»?

Аналитики, как правило, имеют дело с реальной, неприукрашенной информацией, всякий раз осмысливая которую, привычно вздыхают, словно сантехники, чинящие унитазы, извините меня за это сравнение. Подавляющее большинство из них - всего лишь люди. Одни боятся ограничения степеней личной свободы на изложение собственной точки зрения, другие - в принципе не способны ее изложить, как официанты: «Чего изволите?», третьи выпали из реальности и рассматривают окружающую жизнь как частный случай. Между тем один из усвоенных за годы работы в аналитических структурах мною уроков звучит примерно так: действительность не обязана быть интересной. Гипотезы и толкования - другое дело.

- Претензии президента к КГБ обоснованны, когда он говорил об «импорте демократии и поддержке транснациональных компаний»?

- Не в моей компетенции комментировать заявления главы государства. Не все, что говорится публично Ерину, адресовано только ему. Могу предполагать, что президент хотел перевести этот разговор в другую плоскость и таким образом дать американцам и другим, кто участвует в т.н. демократических преобразованиях, которые на самом деле квалифицируются как вмешательство во внутренние дела, определенный сигнал.

- В чем суть сигнала?

- Может быть, так: «Я знаю, что вы работаете, я вижу эту работу и поэтому нацеливаю свои органы на еще более тщательный мониторинг этой работы. Как только она выйдет за пределы дозволенного, она будет пресечена».

СПРАВКА «БГ». Александр Мушта закончил педагогический факультет Военно-политической академии. Доцент, кандидат философских наук. Автор книги «Политическая безопасность союзного государства».

Беседовала Марина ГУЛЯЕВА
Добавить комментарий
Проверочный код