Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
№43 (410) 10 ноября 2003 г. Контекст

«ПУСТЬ У НАС НЕ ПРОСЯТ, и мы не будем просить»

10.11.2003
Наталья ГРИБ

За последние полтора года работы в качестве Чрезвычайного и Полномочного Посла Российской Федерации в Беларуси Александр Блохин лишь однажды собрал пресс-конференцию. За этим человеком закрепился имидж посвященного во все хитросплетения и замыслы интеграционной политики, а потому абсолютно хладнокровного и молчаливого дипломата. Обозреватель «Белорусской газеты» выясняла у Александра БЛОХИНА, правда ли, что в будущем году Беларусь будет покупать газ по $44 и верит ли он в то, что через год в нашей стране будет введен российский рубль.

«МЫ ХОТИМ ДОБРА БЕЛАРУСИ»

- Как вы охарактеризуете сегодняшнее отношение России к Беларуси?


- Я бы выделил два основополагающих принципа, определяющих мотивацию большинства решений России в области интеграции с вашей страной. Первое, Россия не собирается навязывать Беларуси силой никаких решений - ни в политике, ни в экономике. Второе, в вашей стране люди должны осознать: Россия не может допустить, чтобы в Беларуси проявились негативные последствия интеграции. Поверьте, всё, что Россия пытается сделать, продиктовано только тем, что мы хотим добра Беларуси.

- Вы почти 5 лет проработали послом в Азербайджане…

- Я благодарен судьбе за то, что она меня столкнула с таким мощным политиком, как Гейдар Алиев. У нас было много бесед тет-а-тет, которые, с моей точки зрения, помогли нам выстоять в довольно сложный период российско-азербайджанских отношений. Я бы не хотел переоценивать значимость роли посла, но убежден, что хорошие доверительные беседы с Гейдаром Алиевичем принесли реальную пользу нашим странам. Я вспоминаю об Азербайджане с большим удовольствием.

- От Беларуси нет таких ярких эмоций?

- Нет. К сожалению, я не могу похвастаться частыми встречами с Александром Григорьевичем. Мы встречаемся разве что, когда приезжают наши губернаторы. Но Александр Григорьевич, наверное, считает, что так правильно.

«НЕ МОЖЕТ ЖЕ «ГАЗПРОМ» ПРОДАВАТЬ ГАЗ СЕБЕ В УБЫТОК!»

- Вы недавно встречались с главой РАО «ЕЭС России» Анатолием Чубайсом в ходе его визита в Минск для записи телепрограммы «Свобода слова». Почему и.о. вице-премьера Владимир Семашко так горячо добивался согласия Чубайса на подписание договора об импорте энергии из Литвы?


- Не знаю. Анатолий Борисович - хороший менеджер, и несмотря на то что в экономической интеграции России и Беларуси много спорных моментов, в электроэнергетике проблем, насколько мне известно, нет.

- Что сейчас происходит на переговорах по газу?

- Президенты договорились перейти к рыночным отношениям, что касается цен на газ и на транзит. Сегодня происходит экономическое осознание, какие цифры справедливы и целесообразны. Не может же «Газпром» продавать газ себе в убыток!

- Владимир Семашко заявил в парламенте, что фактически достигнута договоренность о цене газа в $44 за тыс. куб. Так ли это?

- У меня нет информации, что есть какие-то договоренности по цене. И мне трудно сказать, почему Владимир Ильич высказал такую убежденность. Мы ожидаем примерно в середине ноября приезд большой российской делегации под руководством министра энергетики Юсуфова, которая будет вести переговоры по всему комплексу энергетической тематики. В том числе из «Газпрома» прилетит заместитель председателя правления Александр Рязанов. Может быть, тогда и будут поставлены точки над «. А пока, могу предположить, что оптимизм в выступлении Семашко основан на том, что Беларусь предложила условия, от которых Россия не сможет отказаться.

- Вы имеете в виду ход создания совместного предприятия на базе магистральных газопроводов «Белтрансгаза»?

- По словам того же Семашко, позиция белорусской стороны в этом вопросе не изменилась. И эти условия для России неприемлемы. Я говорил об этом еще в мае. Нужны реальная цена и контрольный пакет. Александр Григорьевич утверждает, что Россия хочет купить «Белтрансгаз» по балансовой стоимости, за бесценок. Но в Москве никто так вопрос не ставит. Мы не настаиваем на том, что это должна быть балансовая стоимость. Цена должна быть реальной. Еще на первых переговорах, на которых я присутствовал, Россия предложила: давайте сделаем независимую оценку стоимости «Белтрансгаза». «Газпром» тогда предложил на выбор белорусской стороне 22 всемирно известных фирмы, которые могут провести оценку, и даже готов был оплатить стоимость услуг. На это белорусы ответили отказом. Мол, кто платит, тот и заказывает музыку. Эти опасения, с моей точки зрения, несостоятельны. Известная фирма никогда не пойдет на сговор с заказчиком, потому что она моментально выпадет из разряда известных оценщиков, если будет уличена в непорядочной деятельности.

- Белорусское правительство, по информации СМИ, уже как будто бы согласно с независимой оценкой.

- В докладе Семашко этого не звучало. Никто с белорусской стороны нам не сказал, что согласен с независимой оценкой. А ведь это первое конкретное условие, от которого можно было бы оттолкнуться в переговорах.

- Второй раунд переговоров по газу начался?

- Нет. По этому поводу переговоры не ведутся. Семашко сказал, что Россия не дала нам официального ответа. Но я с этим не согласен. Был ответ России: условия Беларуси неприемлемы. Поймите, у «Газпрома», у России нет желания наказать Беларусь за то, что она не хочет создавать СП на базе «Белтрансгаза». Не хочет - не надо. Просто когда Беларусь имела особую цену на газ, Россия была вправе надеяться на особый подход по организации СП. А если Беларусь с этим не согласна, тогда применим рыночный подход в ценообразовании.

- Беларусь настаивает на получении всего объем газа по цене пятого пояса России прежде, чем введет российский рубль на своей территории. Это реальное требование?

- Я не вижу прямой связи между газом и российским рублем. Это просто политические уловки со множеством условий. Минск демонстрирует так много страхов по поводу российского рубля, что возникает вопрос о целесообразности его введения. Мы считаем, что российский рубль для Беларуси - очень даже неплохо. Это скорее благо, чем риск для экономики. Но Беларусь вольна поступать так, как хочет.

«Я НЕ ПОНИМАЮ ИГРУ СЛОВ - «РАВНЫЕ УСЛОВИЯ ХОЗЯЙСТВОВАНИЯ»

- А как насчет создания равных условий хозяйствования для российского и белорусского бизнеса?


- Я не очень понимаю эту игру слов - «равные условия хозяйствования». В Беларуси я не вижу равных условий хозяйствования для разных предприятий. Александр Григорьевич говорит, что крупным белорусским предприятиям нужны скидки. Т.е. уже нет равных условий у агрофирмы в Ждановичах и, к примеру, металлургического комбината. Кроме того, банки кредитуют разных заемщиков под разные проценты в зависимости от рисков. И невозможно добиться, чтобы российскому и белорусскому предприятиям банки создали равные условия. Можно вечно говорить о том, что из-за отсутствия равных условий хозяйствования мы ничего делать не будем. А их создать в принципе невозможно. Единственное условие - унифицировать законодательство России и Беларуси. Мы последовательно предлагаем сделать это. Согласитесь, что законодательства в сфере бизнеса и экономики у нас несколько отличаются.

- Беларусь терпит убытки от уплаты косвенных налогов по принципу страны происхождения. Компенсирует ли Россия $800 млн. Беларуси в течение четырех лет?

- Спорный вопрос. В торговле с Беларусью все платят НДС по принципу страны происхождения. Когда Горьковский автозавод получает задние мосты для автомобилей из Беларуси, НДС берет Беларусь. Мосты отправляют в Россию, там собирают автомобили, завод продает их за рубеж, и никакого НДС за этот мост Россия не оставляет себе. Беларусь теряет сегодня только потому, что торговый баланс не в ее пользу. Если торговый баланс будет в пользу вашей страны, Россия будет проигрывать.

- Насколько я помню, Беларусь обещала компенсировать России потери в случае превышения потоков экспорта над импортом.

- Пусть у нас не просят, и мы не будем просить. Продавайте больше. У нас же в этом вопросе полный паритет. Но в случае введения российского рубля Москва готова компенсировать Минску потери от уплаты НДС за два предыдущих года и далее - ежегодно.

- Будучи хорошо осведомленным в интеграционных делах, вы верите в введение российского рубля в Беларуси через год?

- Я оперирую другими понятиями. Белорусский бизнес ежегодно теряет на конвертации и прочих банковских операциях порядка $150 млн. Мне хочется надеяться, что Беларусь по достоинству оценит все выгоды этого шага.

«У НАС ПРОСТО ХОТЯТ ОТОБРАТЬ НАШУ СОБСТВЕННОСТЬ»

- Правда ли, что Россия намерена контролировать экспорт нефтепродуктов из Беларуси в будущем году?


- Действительно, из 17 млн. тонн нефти для переработки в Беларуси в будущем году на собственные нужды ей требуется 7 млн. тонн, а все остальное - видоизмененный реэкспорт. До сих пор это регулировал «Белнефтехим». Что будет дальше - вопрос нерешенный.

- В каком состоянии находятся переговоры по трубопроводу, принадлежащему «Западтранснефтепродукту»?

- Это российская собственность. Об этом было прямо сказано белорусской стороне. И подвергать сомнению Бишкекское соглашение равносильно переделу границ в Европе. На Бишкекском соглашении основана стабильность отношений в СНГ.

- Белорусская сторона тоже ссылается на Бишкекское соглашение.

- В данном случае Беларусь напрасно пытается подвергнуть сомнению законность собственности. Я думаю, что здесь нет предмета для спора.

- Белорусская сторона предложила создать СП и совместно управлять этой трубой.

- Это было предложение «Транснефти». Но с тем условием, что факт российской собственности будет зафиксирован протоколом, зарегистрирован как российское предприятие. После этого можно было бы регистрировать СП, что должно быть интересно и белорусской стороне. У Беларуси есть свои возможности участвовать в СП.

- Вложив туда нефтепровод «Дружба»?

- Нет, конечно. Мы вопрос так не ставим.

- 40% акций МНПЗ или «Нафтана»?

- Нет. Это было бы слишком экзотично. Беларуси есть что вложить. Но, повторяю, любые договоренности возможны при условии признания, что это российская собственность и регистрации «Западтранснефтепродукта» как российского предприятия. А ситуация складывается некорректно. В феврале мы с белорусским правительством договорились, что до полного разрешения вопроса предприятие должно нормально работать. Но недавно налоговая инспекция насчитала $12,5 млн. штрафных санкций. Дело передано в Гомельский областной хозсуд, что совсем неправильно. Ведь речь идет о российской собственности. В России тоже есть белорусская собственность - два санатория на юге. Они по Бишкекскому соглашению отошли Беларуси. Почему же Беларусь начинает претендовать на трубопровод?

- Потому что, как говорят в белорусском правительстве, страна участвовала в строительстве этого нефтепродуктопровода.

- В строительстве трубопроводов принимали участие все республики СССР. Но если бы мы начали выяснять, кто, когда и какой вклад вносил, мы бы никогда не поделили союзную собственность. Поэтому было принято чисто политическое решение: все, что находилось в союзной собственности на территории республик, переходит в собственность республиканскую. Т.е. кусок нефтепровода «Дружба» перешел в республиканскую собственность Беларуси.

- Но ведь аналогичные нефтепродуктопроводы на территории стран Балтии стали их собственностью…

- Не совсем так. В Латвии, к примеру, создали СП, куда латыши вошли нефтепроводами, а россияне - нефтепродуктопроводами. Причем доля прибалтов в этом СП больше: стоимость нефтепроводов значительно превышает стоимость нефтепродуктопроводов.

- В Беларуси такой вариант невозможен?

- Нам ничего не предлагают. У нас просто хотят отобрать нашу собственность.

- А почему Россия не обращается в экономический суд СНГ? Боится проиграть?

- Бояться нам нечего, но решения экономического суда носят рекомендательный характер. Поэтому, повторяю, - любые переговоры по этому поводу возможны при одном условии: «Запад-транснефтепродукт» - российская собственность. Любое другое решение будет несправедливым и юридически неверным.

«ВЫ ПОДАВЛЯЕТЕ ТРАНЗИТНЫЙ БИЗНЕС УГРОЗОЙ КОНФИСКАТА»

- Каковы самые болевые точки в экономической интеграции России и Беларуси?


- Если вы хотите создать единое экономическое пространство, должны быть максимально сближены правила игры в бизнесе, унифицировано все законодательство, так или иначе имеющее отношение к экономике и формированию цивилизованного рынка. Другого способа я не вижу.

- Но как вы можете сравнивать две экономики, когда наполнение бюджета России происходит за счет сырьевых отраслей, а в Беларуси есть только лес и калий.

- У Беларуси есть неиссякаемый источник - транзит. Поступления от него составляют очень маленький процент. Чтобы транзит приносил максимальную прибыль, Беларусь должна обеспечить максимальный транзит всего: нефти, газа, автоперевозок. По нефти мы оставим вопрос. А вот создание СП с «Газпромом» увеличит транзит газа по территории Беларуси. Если СП будет создано, то вторая труба «Ямал-Европы» пройдет точно через Беларусь. Я абсолютно убежден в этом.

- А как же Северный путь и украинский консорциум?

- А почему всерьез говорят о балтийской трубе? Потому что есть проблемы с Беларусью и Украиной.

- Не было проблем с «Ямал-Европой» в Беларуси, пока «Газпром» не прекратил фактическое финансирование строительства.

- Я абсолютно убежден в том, что, когда «Газпром» получит контрольный пакет акций в новом СП, у него появится зеленая улица для наращивания транзита, а у «Бел-трансгаза» - неограниченный кредит для восстановления старых труб, пролежавших в земле более 30 лет. Возьмем, к примеру, автомагистраль. Деньги приносит в основном инфраструктура: мотели, кафе, рестораны, платные стоянки. Проедьте по магистрали Брест - Москва. Неплохая дорога. Но нормальных кемпингов, оборудованных стоянок нет. Наконец, Беларуси можно было бы значительно увеличивать поток автомобилей, а вместо этого вы подавляете транзитный бизнес угрозой конфиската. В 2000г. было конфисковано продукции на $15 млн., в 2001г. - на $30 млн., в 2002г. - на $60 млн., за 8 месяцев 2003г. - на $66 млн. Есть фирмы, у которых 14-15 фур конфисковали. Кто же после этого будет ездить через Беларусь? Большинство дорогостоящих грузов идут в обход Беларуси.

Поэтому давайте взглянем на проблему дефицита бюджетов России и Беларуси следующим образом. С каждым годом транзит, если правильно им распоряжаться, будет расти. В отличие от ресурсов, которые с каждым годом скуднеют, а добыча новых становится все дороже. Да, структуры экономик у нас разные. Но какая из них эффективнее и прогрессивнее - это большой вопрос.
Добавить комментарий
Проверочный код