Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Обеспечит ли работой 500 тыс. граждан, официально зарегистрированных как безработные, обновленная версия декрета N3 «о тунеядцах»?
нет, скрытая безработица гораздо выше
нет, пока не будут проведены структурные реформы в экономике
нет, все закончится очередными акциями протеста
да, если президент приказал
нет, пятая колонна в Совмине преднамеренно дезинформирует президента
№40 (407) 20 октября 2003 г. Тема недели

ТРАГЕДИЯ В РАНДИЛОВЩИНЕ

20.10.2003
Ирина ЧЕРНЯВКА

13 октября в Беларуси произошел самый страшный за последние 50 лет пожар: в деревне Рандиловщина Козловичского сельсовета Дятловского района Гродненщины ночью заживо сгорел 31 человек. Жертвами стали пациенты дома-интерната для психо-неврологических больных.

«Мы можем с вами поговорить о чем угодно, только не о той ночи, - с порога заявил директор интерната Александр Белятко. - Со всеми вопросами обращайтесь в прокуратуру. Я вам запрещаю разговаривать с работниками и ходить по территории интерната, иначе мне придется вызвать наряд милиции». Следуя директору, работники интерната отказываются общаться с журналистами. События той ночи удалось восстановить по рассказам следователей и местных жителей.

Пожар начался около 4 часов утра в корпусе на десять палат. В ту ночь присматривать за больными оставались две медсестры. Загоревшийся корпус – старое деревянное одноэтажное здание с печным отоплением - бывший панский дом, построенный в начале прошлого века. Пламя в конце коридора уже разгорелось, когда одна из сестер почувствовала запах дыма. Она бросилась звонить директору в соседнее здание медчасти. Затем вернулась в горящий корпус и вместе со второй медсестрой и сторожем стала выводить пациентов. Директор вызвал пожарных, вскоре приехал сам и тоже бросился спасать больных.

Как рассказывали следователям медсестры и спасшиеся больные, многие пациенты спросонья и в темноте были дезориентированы: они ругали разбудивших их медсестер и снова ложились спать.

Тем временем огонь быстро распространялся. К некоторым палатам работники интерната так и не смогли подойти. В том числе и к изолятору - двум комнатам, окна которых были закрыты металлической сеткой, а двери заперты на ключ. Пациенты изолятора пытались спастись сами, вырвали сетку на одном из окон. Но выбраться из пламени смог только один, 6 человек сгорели. Еще около 10 погибших были «лежачими», неспособными передвигаться самостоятельно. Двое пациентов, уже вырвавшись из огня, вернулись за телевизором и музыкальным центром. В этот момент горящее здание рухнуло. Самому молодому из погибших было 19 лет.

Здание сгорело за полчаса. Первая пожарная бригада добралась до интерната через 6 минут после получения сигнала. Как сказал один из пожарников, когда они подъехали, пламя уже било изо всех окон, шиферная крыша «стреляла». Через несколько секунд все рухнуло прямо у них на глазах.

Наутро пожарные извлекли тела погибших. Некоторые были найдены группами в проходах между кроватями и коридоре, некоторые - под кроватями, многие - лежащими на кроватях.

Впрочем, на четвертый день внешних следов трагедии в Рандиловщине почти не осталось. Экскаваторы снимали с пожарища уже последние пласты черного грунта, трактора вывозили его в специально вырытую траншею в километрах трех от деревни.

Рандиловщина - небольшая деревушка в глубине Дятловского района. Регулярное транспортное сообщение ее жителей с районным центром начинается только в шести километрах отсюда, в деревне Козловщина, где расположен сельсовет, есть «скорая» и пожарная, магазин и аптека. До цивилизации местные добираются пешком, на велосипеде или транспортом интерната. Практически всё население Рандиловщины - персонал интерната, бывший или нынешний. Уже поколения три жителей деревни проработали здесь, кто поваром, кто сторожем, кто санитаркой. Если кому-то плохо и надо вызвать «скорую», бегут опять же в интернат: в корпусе медчасти работает единственный на всю деревню телефон. К директору интерната местные идут за помощью, если надо памятник на могиле поставить, картошку посадить или убрать.

«В каждой хате сейчас траур, в каждой хате свой покойник», - говорит пенсионерка Мария, жительница Рандиловщины. Мария проработала в интернате 26 лет: 6 лет - сестрой-хозяйкой, 20 лет - санитаркой. Говорит, что всех пациентов интерната, в т.ч. и погибших, местные жители знали хорошо. Некоторых больных сельчане опекали: те приходили к ним в гости, как в семью.

«Нет, они не помогать приходили: какая от них помощь, они ж больные. Так, посидеть, поговорить. Миша Матус все истории разные сочинял: например, как он в Козловщину ездил, машину разгружал, аварию видел. Он в огонь за Колей Янковским вскочил. У Янковского центр музыкальный в палате оставался и телевизор - вот он сам обратно полез и Мишку кликнул».

«К нам Гена постоянно приходил, - рассказывает другая местная жительница, назвавшаяся Ольгой. - Придет, сядет на скамейку, посидит. Мать моя, она поваром в интернате когда-то работала, бывало, подойдет, спросит: «Что ты, Геночка, сидишь?» А он: «Мацi чакаю». А самому ему уже больше сорока. Его привезли из Самарской области, когда ему только 16 лет исполнилось, он всю жизнь здесь прожил. Что-то с ногами у него было, ходил плохо. Когда мама заболела и ей хуже становилось, он бежал как мог в медчасть, «скорую» вызывал. Помню, маму в последний раз «скорая» увозила, он все машине вслед кричал: «Катя, не умирай!» Теперь нету Гены…»

В ту ночь никто из местных пожара не видел. Говорят, если бы видели - бросились бы спасать. Пожара бы не потушили, но людей вытащили, потому что знали, как все внутри расположено и где лежали неходячие больные.

Обгоревшие тела сейчас находятся в морге в Дятлове. Как сообщил следователь-криминалист прокуратуры Гродненской области Андрей Васькович, визуально опознать их невозможно. Идентификация будет производиться по геному каждого тела. Эксперты уже взяли биологические образцы и сравнят их с пробами крови родственников, которые обратятся за останками. Таких обращений уже около десятка. Тех, чьи тела затребованы не будут, скорее всего, похоронят в общей могиле на кладбище интерната.

Из Рандиловщины я добиралась попуткой - начальник районного уголовного розыска вез директора интерната Александра Белятко в Дятлово по внезапному вызову следователей прокуратуры. На все мои вопросы в машине директор отвечал: «Без комментариев».
Добавить комментарий
Проверочный код