Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
№25 (392) 07 июля 2003 г. Тема недели

ЮРИЙ ЕЛХОВ: «МЫ РАССЧИТЫВАЛИ НА РОССИЙСКИЙ РЫНОК»

07.07.2003
Максим ЖБАНКОВ

№ 25 [392] от 07.07.03 - 2 июля после завершения премьерного показа новой белорусской «эпохалки» - романтической легенды «Анастасия Слуцкая» режиссер-постановщик фильма Юрий ЕЛХОВ ответил на вопросы «Белорусской газеты».

- На какой стадии проекта вы приняли руководство над ним?

- Фильм запускал Владимир Янковский, я работал на нем как оператор. Спустя три месяца выяснилось, что выделенный нам $1 млн. - это цифра, взятая с потолка. Когда мы посчитали реальную смету, то по самым скромным подсчетам вышли на сумму в $4,5 млн. Янковский отказался работать и сказал, что за выделенные деньги он кино снять не сможет. Руководство студии предложило мне возглавить проект, поскольку я был в материале и имею опыт режиссерской работы. Я пришел как режиссер на подготовительный период фильма. Мы только-только начали писать режиссерский сценарий.

 - Какие изменения в съемочной группе произошли с вашим появлением в качестве режиссера?

- Практически вся группа поменялась. Ушли директор, художник по костюмам, художник-постановщик. Осталась только ассистент по актерам.

 - Кто руководил кастингом и утверждал актеров на главные роли?

- Актеров утверждал худсовет с подачи режиссера-постановщика. Предварительный кастинг проходил под моим руководством. От Янковского мне «досталась в наследство» только Анастасия Волочкова как претендентка на главную роль. С ней велись переговоры, но не сложилось. Может, это и к лучшему. Думаю, что она не сыграла бы Анастасию так, как это сделала Светлана Зеленковская.

 - Вас не смущала специфическая репутация Сергея Глушко, известного в России в качестве артиста стриптиза по имени Тарзан?

- Сергей Глушко - артист варьете, в прошлом военный, окончил Академию космических войск. Вполне интеллигентный человек. Мне говорили: «Зачем ты взял груду мышц, у которой нет никакого интеллекта?» А я считаю, что по части интеллекта Глушко вполне может посоревноваться с тем, кто задал этот вопрос.

 - Но Глушко не имел актерского опыта. Вам была нужна прежде всего фактура?

- В общем, да. Я увидел в нем чисто голливудский типаж: голубые глаза, кудрявые волосы. Очень красивый, накачанный, как Шварценеггер. Шварценеггер снимается, снимается Сталлоне, и любит их публика! Мы шли с Глушко по Тверскому бульвару, и буквально через пятнадцать минут за нами спешила стайка девочек, чтобы взять у него автограф. Так что мне был нужен известный человек, способный повлиять на кассовый успех фильма.

 - Но, насколько мне известно, роль Глушко была переозвучена драматическим актером Александром Тимошкиным?

- Да, у Сергея Глушко были определенные проблемы с техникой речи, поскольку он не драматический актер и этому не учился. Мы специально пригласили профессионального актера, который провел озвучку с блеском и поднял тем самым образ язычника Будимира на несколько порядков.

 - Сценарий фильма перерабатывался несколько раз. С чем были связаны эти изменения и в чем они заключались?

- Серьезных исправлений не было, в основном шли сокращения. Ведь первоначально Янковский выходил на две серии, но «Беларусьфильм» предложил сократить метраж, чтобы уложиться в выделенные средства.

 - В первоначальном варианте сценария значительное место занимала любовная линия, причем в достаточно смелом ключе, плюс боевые сцены. Ваше же режиссерское решение выглядит совсем иначе...

- Во-первых, Волочкова отказалась от роли после того, как ее мама, прочитав первый вариант сценария, категорически запретила ей сниматься в таком пошлом фильме. Там действительно была очень откровенная, эротическая, даже порноэротическая любовь. Для нашего жанра - средневековая романтическая легенда - это совершенно неприемлемо. Когда герой, купаясь в озере, говорит: «Анастасия, я тебя хочу!» - простите, это совсем из другой оперы. Мы переделывали сценарий так, чтобы там не было пошлости. Во-вторых, Янковский большой акцент делал на батальные сцены. Там были сплошные бои с применением суперсовременного по тем временам оружия. Мы от этого отказались, сняли всего лишь три боя. Это связано с ограничением денежных средств. Единственное, на что мы не поскупились, это костюмы. На костюмы и декорации была истрачена половина всех средств.

 - Ребята из рыцарских клубов, участвовавшие в съемках, говорили мне, что лучшие отснятые боевые эпизоды в фильм не вошли. С чем это связано?

- У нас в принципе очень много материала в фильм не вошло, поскольку, первоначально смонтировав картину, мы вышли на две серии. Киностудия категорически приказала сделать одну серию из соображений проката. Поэтому мы выбросили батальные сцены и грандиозный пожар предместья перед тем, как туда входят татары.

 - Фильм снимался на русском языке из коммерческих соображений?

- Да. Наша аудитория в основном русскоязычная. Белорусский прокат - это 0,0003% от бюджета фильма. Поэтому мы изначально рассчитывали на российский рынок и рынок стран СНГ. Но предполагалось, что в обязательном порядке сделаем и белорусскоязычную копию, которая должна выйти в прокат по всей Беларуси. Озвучивание ее начинается уже в этот понедельник.

 - В современном кино исторической тематики существует две основных стратегии: максимально аутентичное воспроизведение эпохи в рамках исторического эпоса и эффектное костюмированное зрелище без особых забот об исторической правде. Какой из этих подходов вам ближе?

- У нас просто не оставалось другого выбора, кроме как фантазия на заданную тему. Об Анастасии Слуцкой сохранилось очень мало сведений. И на основании четырех строчек из летописи, без придуманной истории, фильм снять просто невозможно.

 - Уже сейчас можно услышать критику в адрес фильма со стороны поборников исторической достоверности. Они ищут и находят массу неточностей. Как вы относитесь к подобным заявлениям?

- На протяжении всего съемочного периода велась активная дискуссия о том, делаем мы историческое кино или нет. Да, я нарушаю историческую достоверность. Потому что жанр легенды нам это позволяет. У нас было очень много консультантов по костюму XVI века, но, к сожалению, материальных памятников того времени, по которым можно восстановить стиль эпохи, практически не сохранилось. Поэтому мы взяли для себя за образец средневековую Европу в целом: нам казалось, что в то время Беларусь была гораздо цивилизованнее России.

 - Кажется, что в вашем фильме присутствуют две составляющие: коммерческая и идеологическая. Насколько органично они сочетаются?

- В коммерческом кино подобного рода работают три основных постулата. Во-первых, костюмы. Во-вторых, батальные сцены. И, наконец, романтическая (не эротическая) любовь. Все эти три составляющие присутствуют в фильме. Что касается идеологии, то мы думали о том, чтобы картина имела патриотическое звучание. Недаром в фильме появилась сцена, в которой Анастасия призывает народ воевать «за землю Слуцкую, за веру православную». Но мы вообще старались обойти все острые политические углы. Менталитет белоруса таков, что на протяжении всей истории он ни с кем серьезно не ссорился и не было серьезных войн за национальную независимость. В то время нации белорусов не было, она только-только зарождалась. Язык был единый, старославян-ский, некоторые называют его старобелорусским. У нас в фильме нет ни конфликта с Россией, ни конфликтов с Польшей. Хотя сперва все это было обозначено в сценарии. Мы ушли от этих политических скандалов. Мы не хотели никого раздражать.

 - И как, получилось?

- На фестивале в Польше на прошлой неделе мы открывали «Анастасией» программу. После просмотра к нам подошли поляки и спросили: «А почему у вас в фильме не называют великого князя Александра еще и королем Польским?» А потом литовцы поинтересовались, почему Анастасия, вспоминая о Грюнвальде, говорит: «Смоляне, поляки и мы? А где литвины?» В эти исторические дебри я не хотел впутываться и вмешиваться.
Добавить комментарий
Проверочный код