Суббота, 23 Сентября 2017 г.
Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Чем вам запомнились учения «Запад-2017»?
фобией президента РБ оказаться погребённым в одной воронке с президентом РФ
неприездом на полигон «Борисовский» министра обороны РФ
словами президента РБ о «непоказушных учениях»
вручением пистолета ТТ президенту РБ
истерикой Запада
мощью совместной военной группировки РБ и РФ
№23 (390) 23 июня 2003 г. Арт

ГЛОБАЛЬНЫЕ АМБИЦИИ продюсеров Personal Depeche

23.06.2003
Дмитрий БЕЗКОРОВАЙНЫЙ

№ 23 [390] от 23.06.03 - Продюсерский триумвират Макаров-Старпович-Холодинский прославился благодаря Personal Depeche и на днях успел нашуметь тем, что их новый проект «Руны» играл свой первый в истории концерт не где-нибудь, а перед 30-тысячной аудиторией московских «Лужников» на одной сцене с Massive Attack и Дэйвом Гэханом. Впрочем, как утверждает проживающий последние несколько лет в Москве глава продюсерского трио Руслан Макаров, это далеко не предел возможного для белорусской музыки. О секретах успеха, важности продюсерской деятельности и своих планах во время одного из редких приездов в Минск он рассказал музыкальному обозревателю «Белорусской газеты».

- Ваша продюсерская команда практически с нуля сделала Personal Depeche, который стал одним из самых успешных белорусских проектов последних лет. Благодаря чему вы смогли достичь подобных результатов?

- Это очень похоже на красивую комсомольскую историю, потому что все делалось на этаком радостном энтузиазме. Собрались именно энтузиасты дела, а не бизнеса, который был уже вторичной целью. Можно даже говорить о том, что мы стали воспринимать это как бизнес уже после того, как проект вышел. А первичным было то, что мы любим Depeche Mode и у нас были какие-то ресурсы для осуществления нашего общего желания. Если бы во главу угла сразу ставили деньги, ничего бы не получилось.

 - Мне кажется, что и энтузиастов, и тех, кто стремился заработать, в Беларуси всегда хватало. Но почему-то мало у кого получалось…

- Начинает работать профессиональность подхода. Скажем, до этого все полагали, что невозможно официально купить права на подобный проект. К тому же многие считали это просто ненужным, особенно если учитывать, что права стоят в несколько раз больше, чем запись альбома на лучшей в нашей стране студии.

 - Получается, что нет профессионалов?

- Профессионалы есть, просто нашей территории не хватает определенного рода мышления. И, может быть, в этом плане очень помогло, что я переехал в Москву. Это иной опыт, иные возможности общения. Например, приезжает кто-то из Беларуси, Казахстана или Молдовы в московскую компанию Gala Records, представляющую EMI, и говорит о желании сделать тот или иной проект. У него спрашивают: «Что именно вы хотите?» - и на этом этапе все «зарубается». С одной стороны, человека там не знают и не хотят иметь с ним дела, с другой - он чаще всего оказывается не готов к работе на серьезных условиях. В нашем же случае меня уже воспринимали как москвича, притом обладающего определенными рекомендациями от других москвичей.

 - Насколько сейчас можно судить, Personal Depeche был своего рода пробным камнем…

- Можно сказать и так. На сегодняшний день MSH Records - это уже не только альбом Personal Depeche и продолживший его сингл «Крамы» Enjoy The Silence. Во-первых, это новый проект «Руны». В него входят музыканты «Этно Трио Троица», и они в рамках проекта исполняют осовремененные версии белорусских народных песен - такой арт-фолк-рок «гэбриэловского» склада. Во-вторых, это группа «Чехов», которая уже записала свой дебютный альбом. И в обоих случаях наши амбиции не ограничиваются Россией. Мы говорим о том, чтобы через российскую шоу-бизнес-элиту продвигать эти проекты в мировую шоу-бизнес-элиту. Более того, я считаю, что такое продвижение и создает имидж Беларуси в других государствах. Почему мы должны продвигать свой спорт и вкладывать в него деньги, чтобы представлять где-то белорусский флаг, но не продвигать музыку и тоже чувствовать гордость за это? Знаете, я сейчас ездил по Москве и видел гигантские плакаты, на которых написано «Руны», у меня внутри - как маслом по сердцу. И не потому что я их продюсер, а потому что в отношении «наших» я никогда такого не видел.

 - В России вас уже воспринимают всерьез?

- К нашим проектам проявили интерес все основные российские дистрибьюторы, затем, надеюсь, настанет очередь западных. И надеюсь, что через 5-6 лет мы действительно будем интегрированы в мировую культуру. Просто один из главных минусов белорусской музыки на Западе, с моей точки зрения, сейчас заключается в том, что она проявляет себя очень локально. Т.е. «Троица» уехала в Голландию, отработала определенное количество мелких концертов, выпустила там тысячу дисков и счастлива. Это локальная интеграция, но не интеграция в мировую культуру. Та же ситуация с Kriwi - вроде как их знают в Берлине, но «мирового» процесса с ними не происходит.

 - Но для начала, наверное, нужно «пройти» Россию. Какие проблемы подстерегают белорусские группы там?

- Самая большая сложность с радиостанциями для прокрутки белорусскоязычных коллективов. Русскоязычные станции, скажем, «Наше радио» и «Русское радио», относятся к нам хорошо, но при этом считают, что белорусскоязычная музыка не совсем их формат. Когда же им тыкаешь в «Вопли Видоплясова», которые поют на украинском, они отвечают, что те сначала стали популярными, а потом уже вышли на радио, и это значительно все облегчило. Аналогично с «Океаном Ельзи». Но все понимают, что рано или поздно новый прорыв исполнителей с песнями на близких славянских языках будет. Надо просто постоянно генерировать достойный продукт, и тогда можно пробиться.

 - А есть ли в Беларуси продукт?

- Продукт у нас есть. За последнее время создавалось достаточно много роскошного красивого продукта: и Kriwi делали очень интересный продукт, и N.R.M., и «Нейро Дюбель», и, тем более, «Троица». Другое дело, что этого практически никто не продвигал. Ведь станция - это не точка, куда ты принес запись, там сразу поставили, и оно ротируется. И к тому же Москва не тот город, куда ты приехал, выступил или дал кому-то диск и сразу получил предложение. Надо тыкать их постоянно, и в итоге должно получиться. Так было с Kriwi «Без гучных словаў» из Personal Depeche, которая в результате на «Нашем радио» держалась несколько недель в первой двадцатке.

 - Таким образом, с музыкой у нас все в порядке, не хватает лишь того, кто будет ее продвигать?

- Да, не хватает именно продюсеров. Но продюсер - это не только тот, кто двигает уже существующее. Это и тот, кто влияет на процесс или сам придумывает некоторую концепцию будущего проекта, как, скажем, было у нас с «Рунами».

 - Какие направления белорусской музыки, на ваш взгляд, наиболее перспективны для продвижения в России?

- Это может быть любая музыка. Важно, чтобы кто-то серьезно подходил к продвижению коллектива, чтобы был элемент продюсирования. Я считаю, что N.R.M. могли бы очень много сделать на российском рынке, но понимаю: то, что они делают здесь, - не совсем то, что может быть воспринято в России, а меняться они не захотят. Я думаю, что Zet в этом отношении имеют больше шансов на продвижение. Вместе с тем такие команды, как N.R.M., будут лучше восприняты в других сопредельных государствах - на Украине, в Польше. Москва и Россия в целом все-таки более попсовые в восприятии музыки. Андеграундных команд не так много осталось, потому шоу-бизнес там гораздо сильнее.

 - Благодаря Personal Depeche трибьюты сейчас у нас делать стало модно. Есть ли еще планы относительно таких проектов?

- Да, мы планируем делать один трибьют каждый год. В этом году должен выйти трибьют Doors, в котором будут участвовать «Би-2», «Сплин», «Ночные Снайперы», Сергей Шнуров, «Маркшейдер Кунст», Pep-See, «Дети Пикассо». Из белорусов - «Руны» и «Белорусские Песняры». В следующем году мы будем готовить трибьют Deep Purple.
Добавить комментарий
Проверочный код