Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Обеспечит ли работой 500 тыс. граждан, официально зарегистрированных как безработные, обновленная версия декрета N3 «о тунеядцах»?
нет, скрытая безработица гораздо выше
нет, пока не будут проведены структурные реформы в экономике
нет, все закончится очередными акциями протеста
да, если президент приказал
нет, пятая колонна в Совмине преднамеренно дезинформирует президента
№19 (386) 26 мая 2003 г. Радости жизни

У «НИХ» БЫЛА ВЕЛИКАЯ ЭПОХА

26.05.2003
Янка ГРЫЛЬ

№ 19 [386] от 26.05.03 - Три CD, названные “Запретные вершины” / Forbidden heights, - такова материальная составляющая последнего проекта Игоря Савченко. Автор приобрел известность как фотограф, однако в последние годы главным направлением его деятельности стал синтез искусств: фотографии, литературы, музыки. Отличительная черта творчества Савченко - интенсивный поиск точек соприкосновения различных видов и форм художественности, диалог с прошлым, диалог с культурой - отечественной и немецкой.

Этот диалог начался более 10 лет назад в фотографическом проекте “Мы говорим по-немецки” (1991). С одной стороны, безалаберно-широкий славянский менталитет, стремящийся упорядочить себя самое построением по ранжиру и административным восторгом, только умножающими бесформенность и беспорядок. С другой стороны, “сумрачный германский гений”, который за педантичной логикой умозрительных конструкций и безукоризненным строем марширующих батальонов таит тот же духовный хаос. Наши культурные миры навязали друг другу (начиная от Л.Захер-Мазоха,

О.Шпенглера, Ф.М.Достоевского) определенные штампы: “они” - садисты, “мы” - мазохисты, “они” - метафизики, “мы” - богоискатели, “немец обезьяну выдумал”, а у нас “до сих пор ружья кирпичом чистят”. Последние проекты Савченко “Nach Osten. Bewegt, doch nicht zu schnell” и “Искушения Сергеева” тоже с “немецким акцентом”. К сожалению, должного резонанса у нас (в отличие от Германии) они не получили: искусствоведы с опаской отнеслись к “литературщине”, литературоведы - к “визуальности”.

Концепция “Запретных вершин”, по признанию автора, оформилась при прослушивании записи концерта Брукнера в Берлинской филармонии 1942г.: звуковой фон (живые шумы, шорохи, покашливания) навеял проблематику - человек внутри искусства и внутри истории. Собрав и отреставрировав с грамзаписей 30-х гг. 78 немецких походных маршей и военных песен, снабдив CD стилизованными под цвета и образы эпохи вкладышами с цитатами-воспоминаниями современников о том, как и почему воздействовала на души эта музыка, Савченко задал целый веер вопросов, ответы на которые насущно необходимы нашим культурам.

Когда приходит время Большого Стиля тоталитарного искусства? В какой степени шедевры Л.Рифеншталь (или С.Эйзенштейна) ответственны за Аушвиц (или ГУЛАГ)? Чей вердикт весомее - эстетики или истории? Что делать маленькому человеку в эпоху Большого Стиля? Тоталитаризм - это не только страх, это еще и соблазн, и если прошедшие денацификацию немцы освободились от его пут, то мы, так и застрявшие на перепутье соцреализма и китча, еще находимся в его власти.

 “За музыку обидно”, - говорит Савченко, соотнося ее с идеологией. Тоталитарные режимы 30-х интенсивно обменивались эстетическими ноу-хау: нашу “Все выше, и выше, и выше” немцы бесстыдно похитили для “Триумфа воли”, но и мы не остались в долгу, сделав из их шлягера “кипучую, могучую” “Москву майскую”. И когда в легендарном “Орленке” чувствуешь парафразы из не менее легендарного “Хорста Весселя” (“Орленок, орленок идут Batallionen... У власти орлиной орлят Millionen…”) или смотришь фото Международной выставки 1937г., где А.Шпеер “останавливает” победный марш мухинских “Рабочего и колхозницы” выполненным в той же стилистике орлом III Рейха, становится не по себе. “У них” тоже была Великая эпоха - великая прежде всего по количеству жертв, до сих пор подсчитываемому всем человечеством.

По признанию художника, “Запретные вершины” “не преследуют ни политических, ни идеологических целей и ни в коей мере не являются ни пропагандой, ни оправданием нацизма. Этот проект есть лишь попытка заглянуть по ту сторону всем известных исторических событий”. И взгляд этот во многом тождествен взгляду в зеркало: в фанфарах и расстрельных залпах чужой Великой эпохи мы неизбежно узнаем свою, оставившую нам в наследство мифы о вожде и народе, о тысячелетнем царстве всеобщего благоденствия, о массовом экстатическом единении в маршевых колоннах и лагерных бараках. Проект И.Савченко - не попытка обвинить искусство в соучастии в масштабнейших преступлениях против человечности, а вопрошание искусства и человека: как далеко они готовы пойти во имя идеи, как правило, приводящей к обнесенному колючей проволокой концлагерю. Германии и России их “Великие эпохи” стоили десятилетий национального покаяния и краха имперских амбиций. У нас, в маленькой, но гордой стране, по которой до сих пор воровато бродят призраки тоталитаризма и ксенофобии, этот исторический урок, к сожалению, еще не пройден.

Концепция/ Стилистика/ Резонанс: 5 / 5 / 1
Добавить комментарий
Проверочный код