Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
№46 (362) 25 ноября 2002 г. Архив БГ

НЕИЗВЕСТНАЯ ВОЙНА

25.11.2002
Елена АНКУДО

Трудно сказать, о каком событии написано больше, чем о Великой Отечественной войне. На протяжении шести десятилетий военно-патриотический жанр кормил тысячи писателей, режиссеров и художников, которые не позволяли подрастающему поколению забыть о подвиге народа. В результате забылось другое: в жизни место есть не только подвигу. Преступления на войне совершали и «фашистские захватчики», и «защитники Советской Родины». Бывало, что поступки последних казались населению отнюдь не менее жестокими.

В последнее десятилетие на головы бывших советских граждан вылилось столько горькой правды из рассекреченных документов, что, казалось бы, дальнейшие разоблачения невозможны. Но в Беларуси хватает тайн. Одна из них - преступления бойцов партизанских отрядов против местного населения. Уголовные дела, заведенные на партизан, считались секретными и хранились в архиве КГБ, а затем документы с грифом «совершенно секретно, при опасности - сжечь» переданы в Национальный архив Беларуси. Теперь они доступны историкам. Но, в отличие от подвигов, партизанские преступления описывать не спешат. Неблагодарное это дело: рассказывать о преступлениях тех, кого считали героями…

«ПАРТИЗАНЫ ПОХОЖИ НА КЛОУНОВ»

Советская эпоха не лгала, называя Беларусь партизанской республикой. 213 партизанских бригад (80% из всех созданных за время войны) сражались на территории БССР. По самым скромным подсчетам, до освобождения страны летом 1944г. в партизанских отрядах воевало около 400 тыс. человек. Неудивительно, что партизаны стали таким же достоянием республики, как калийные соли и трактор «Беларус». Трудно даже представить, что было время, когда «маленький, но гордый народ» не имел о «воинах тыла» ни малейшего представления.

Не секрет, что советские полководцы исключали возможность ведения войны на своей территории. Значит, отпадала необходимость и в партизанском движении. Только спустя месяц после катастрофического для Красной Армии начала войны в спешном порядке стали появляться пособия для партизан. Среди советов о том, как пользоваться компасом и вести разведывательную деятельность, брошюры содержали и указания «пресекать дисциплинарные нарушения, факты морально-бытового разложения - пьянство, мародерство».

Законы военного времени рассматривали эти поступки как преступления, карающиеся самым строгим образом - вплоть до расстрела. Но смерть на войне всегда рядом, а удовольствия редки. И потому среди отчетов о боевых действиях, посылаемых первому секретарю ЦК КП(б)Б Пантелеймону Пономаренко, были и такие: «Довожу до вашего сведения об исключительном безобразии отряда Боготырева. Начиная с июня, отряды не вели никаких боевых действий. Занимаются мародерством и пьянством. Основали 5 винокуренных аппаратов. Устраивают именины и дни рождения, сопровождаемые недельными попойками. Сам Боготырев женился и в официальных приказах разрешает женитьбы. Завел себе до десятка ординарцев и требует для себя приготовления изящных блюд. (…) Боготырев вызывает смех и презрение населения. Партизаны Боготырева похожи на клоунов - лисьи горжетки на воротниках».

БОЕВЫЕ ХОЗОПЕРАЦИИ

Несложно представить, как жили партизаны: об этом рассказывает едва ли не каждый второй фильм, снятый на киностудии «Беларусьфильм», получившей в советские времена весьма точное название - «Партизанфильм». Землянки, вырытые в лесной чаще, котлы на костре. К сожалению, никто из режиссеров не рассказал, откуда берутся продукты, из которых партизаны варили «нехитрую» еду в этих самых котлах. Впрочем, вид изможденных и страдающих крестьян, которыми были щедро наполнены киноленты, позволял особо догадливым зрителям сделать некоторые предположения.

По рассказам очевидцев тех событий, к лету 1943г. «продовольственный вопрос стал более организованным. Все деревни района были распределены и закреплены между отрядами». Поскольку крестьяне на оккупированных территориях не имели возможности выполнять госпоставки, их заботой стало снабжение партизанских отрядов. Партизаны кормили себя также «за счет захвата муки, зерна, скота и др. в немецких имениях, за счет захвата со складов противника, угона скота полицейских и захвата их продуктов питания». Среди военных документов действительно есть отчеты о боевых операциях на «складах противника». Однако были и другие бумаги - жалобы крестьян на партизан. Вот лишь несколько подобных заявлений, написанных командирам отрядов и в местные органы НКВД:

«22 июня 1943г. партизанами отряда «За Советскую Белоруссию» взята коровка рябой масти, которая в меня одна. С хозяйства больше ничего не имею. Семья моя состоит из двух человек и трех детей беспризорных, батьки которых погорели в деревне Кузовичи».

«С 11 на12 января 1943г. к нам зашли партизаны из отряда Захарова, трое человек и потребовали от нас одежду и сапоги. Голого Владимира (хозяина дома. - Е.А.) выводили стрелять. После этого мы были вынуждены отдать брюки двое суконных, сапог две пары хромовых и одну пару простых. Кроме этого сделали обыск и взяли шерсть овечью, три навалки белья, овса мешок. Вышеуказанные вещи были взяты последние, и мы совершенно без одежды».

«ЭТО ЧТО-ТО УЖАСНОЕ»

По словам жителей деревень, «грабительские заготовки» отличались от карательных экспедиций немцев лишь тем, что одни говорили по-русски, а другие - по-немецки. Как следовало из докладной записки секретаря Логойского райкома партии Ивана Тимчука вышестоящему руководству, «на заготовках настолько обобрали крестьян Ильянского, Курилецкого, Кривичского районов, что получились антисоветские настроения. В прошлом году это были прекрасные люди, готовые на все за советскую власть, сейчас совершенно противоположное». Доходило до курьеза: однажды запуганное и обобранное население деревни Родевичи «при виде партизан стало скрываться».

Безоружные люди боялись не только «хозопераций». Законы военного времени позволяли расстреливать любого, кто проявлял «антисоветское настроение», на месте, без суда и следствия. Нередкими были и жестокие побои. Партизаны отряда им. Котовского избили 60-летнего сторожа. Тимчук писал: «Старик показывал нам избитые места, это что-то ужасное: тело порублено и синее».

Порой «заготовки» напоминали самый обычный грабеж. Летом 1943г. партизанский отряд N7 проводил боевую операцию в Логойском районе. Как это нередко происходило, безоружное население попряталось в лесу. Бой закончился, и командование, пользуясь отсутствием крестьян, «дало указание обыскать ямы по деревням, где крестьяне кое-что спрятали от немцев». По сообщению Тимчука, «очень тяжелое, враждебное настроение вызвало у крестьян это действие. Крестьянин возвращается из лесу и узнает, что его имущество забрали партизаны».

Чтобы хоть как-то оградить население от таких поборов, летом 1943г. райком партии Логойска распространил инструкцию о проведении «хозопераций». В день с каждого хозяйства можно было взять по 0,5 л молока, а начиная с марта - и по 10 яиц. С полного надела зерновых партизаны получали 15 пудов, картофеля - 20. «Лишних» коров в деревнях к тому времени уже не было, и потому молодняк убивать не разрешалось. Это дало некоторые результаты. К примеру, партизанский отряд «Смерть фашизму» население уже не называло «Смерть свиньям и страх коровам». Но многие деревни к тому времени уже были разорены.

Голодали ли партизаны? Вот как описывают свою жизнь бойцы отряда им. Калинина: «Нормирования в питании не было. Хлеб раздавался столько, сколько мог съесть человек. С мясными продуктами ограничения тоже не было. Имели свою прекрасную скотобойню. Больные всегда были обеспечены маслом и другими молочными продуктами».

Разумеется, в изобилии жил не каждый отряд. Где-то и голодали. Бойцы одного из отрядов вспоминали, что изысканным лакомством была соль: ее выдавали больным в виде раствора, по чайной ложечке. Но случались и такие истории, поверить в которые патриотически воспитанным белорусам почти невозможно.

«ШАЙКА КОМАНДИРА КРАСНЕНКОВА»

Партизанский отряд им. Котовского появился в Логойском районе в декабре 1942г. и почти сразу же стал известен. Прославили его отнюдь не боевые операции. По информации уполномоченных особого отдела отряда (сотрудников НКВД) и многочисленным заявлениям крестьян, командир отряда Митрофан Красненков «организовал под видом разведки Минска группу своих «партизан» и занялся торговлей народным добром».

Партизаны отряда мародерствовали, забирая в деревнях то, что удалось сберечь от немцев, и возили на минские базары. «Было продано 10 крестьянских лошадей, 10 КРС, пару десятков овец, хлеба и пр. За вырученные деньги доставались в неограниченном количестве водка («Русская горькая»), папиросы, духи, пудра, табак, женские чулки, туфли, кожи хром на три пальто для командира отряда и кое-кому из начальства штаба бригады». Для реализации товара «в отряд в апреле было принято два цыгана, которые все время находились в городе «на разведке». В июле о действиях Красненкова стало известно в райкоме. Началось следствие. Назначенные комиссары «не только подтвердили первоначальный материал, но и добавили много нового». Однако показательного процесса не получилось.

«Чтобы не добиться точных данных о количестве проданного народного добра, партизан Наседкин убивает двух цыган за «разоблачение явочных квартир». Партизана Ковалева за то, что он пытался рассказать кое-что об этой преступной деятельности, арестовывают и изгоняют в гражданский лагерь. Дело смазывается».

Это не единственный «компромат», собранный на партизан отряда им. Котовского. Командир роты Цыганков, уже приговоренный ранее условно к расстрелу за мародерство, проиграл однажды бой с полицаями, после чего «рассвирепел и отдал приказ поджечь деревню Стайки. Село подожгли через дом. Сгорело 64 крестьянских двора». Начальник штаба Владимир Кобылкин жестоко избил крестьянина - за то, что тот «сшил ему шапку не такую, как он хотел». В своей жалобе крестьянин, даже не надеясь на то, что его обидчик будет наказан, написал: «Ну что ж, пока придется потерпеть такие невзгоды, потому что на сегодняшний день никого нет старше его, а поэтому он что захочет, то и сделает с любым гражданином».

ПАРТИЗАНСКАЯ ПОРУКА

Многие донесения об отряде им. Котовского написаны Иваном Тимчуком. Секретарь Логойского райкома партии, представленный к званию Героя Советского Союза, он в разное время был комиссаром трех отрядов и многих партизан знал лично. Его рассказы о бойцах отряда им. Котовского и бригаде «Народные мстители», в которую входил этот отряд, изобилуют личными наблюдениями.

В годы войны в Логойском районе были известны 9 партизанских бригад. Одна из самых крупных, объединившая 5 отрядов, называлась «Народные мстители». Первым командиром бригады, который ее и основал, стал Василий Воронянский.

По рассказам Тимчука, Воронянский, Красненков и Цыганков женились на трех сестрах. «Общие встречи у тещи, общие разговоры перенеслись на служебные дела». А вот что пишет о комбриге капитан Серегин, начальник штаба бригады.

«Воронянский с момента появления женщин в отряде, несмотря на то, что по возрасту ему более 40 лет, женится на Бабитской Лизе, которая дважды выходила замуж, имея от роду 22 года. (…) Имевший уже жену и детей, оказался в таком положении из расчета, что его все равно застрелят, и решил жениться на этой женщине. (…) Тимчук протестовал против женитьбы комбрига и других морально разложившихся людей, которые также, следуя примеру, решили пожениться, несмотря на то, что есть жены и дети».

По сведениям Серегина, партизанская жена комбрига была представлена к ордену Красной Звезды за то, что она «с ним спит вместе и готовит ему кушать». Воронянский «в силу своей близорукости создал группу подхалимов, которые всеми силами начали заниматься сплетнями». И все же случай с наградой едва не расколол бригаду. Более трех десятков партизан перешли в другие отряды, остальные потребовали созыва собрания. Но собрание было «смазано». Настроения приближенных к руководству и должность комбрига сыграли свою роль: майор Воронянский отделался легким испугом. Вскоре он был повышен до полковничьей должности и добился перевода Тимчука в другой отряд. Однако жизнь вынесла ему свой приговор.

Спустя год самолет, на котором Воронянский летел в штаб партизанского центра, был сбит. Полковник погиб, что, возможно, спасло его в дальнейшем от судебного приговора. Не вернулись домой и многие «подхалимы». Основанная Воронянским бригада получила его имя. А вскоре закончилась война. Вспоминать плохое было непатриотично.

«НАШИ СЛАВНЫЕ ДЕВУШКИ-ПАРТИЗАНКИ»

Рассказ о неизвестных страницах войны был бы неполон без воспоминаний о женщинах-партизанках. Их было немного в партизанских отрядах - менее 10% от всего количества бойцов. Несложно представить, какие драмы порой разыгрывались в глуши белорусских лесов. Командир отряда «За Отечество» Владимир Захаров, «подозревая своего партизана в интимной связи со своей т.н. «женой», расстрелял его в деревне Новоселки». Последствия списали на военное время.

Пытаясь попасть в партизанский отряд, многие женщины вовсе не стремились «бить врага». «Наши славные девушки-партизанки», как их называли в отчетах, выполняли функции обслуживающего персонала. Они стирали и чинили одежду, ухаживали за скотом и лечили людей. Этой доли можно было избежать, удачно «выйдя замуж». Командир или комиссар обладали неограниченной властью. По их приказу любой крестьянин обязан был снять с себя единственные сапоги, а партизан - пойти на опасное задание, чтобы раздобыть женщине командира шелковые чулки. «Неправильно используется в партизанском отряде женщина, - писал Тимчук. - Как правило, они являются или кухарками, или «женами» командиров. Эти «жены» отрицательно действуют на бойцов. Для них стараются достать лучшие продукты и приличную одежду, а все это надо достать от крестьян. Когда у крестьянина возьмешь сапоги, рубаху или штаны - это полбеды. Но когда берут платья или женскую одежду, это большое неудовольствие. Все крестьяне знают положение женщин в отряде».

«Выходя замуж», юные партизанки решали не только свои личные проблемы - они получали возможность подкормить и приодеть своих родственников. «Хозоперации» иногда проводились именно для того, чтобы набрать «родственникам» продуктов и одеть «жену». Начальник штаба Яков Чумаков (один из тех, кого называли «подхалимами Воронянского») «с целью удовлетворить личные потребности своей жены, не имея на это никакого права, послал двух партизан за костюмами, в результате чего партизан Егоров был убит немцами».

УНИЖЕННЫЕ И ОСКОРБЛЕННЫЕ

Случались в партизанских отрядах и законные браки. Жаль, нельзя подсчитать, сколько на счастливых жен пришлось униженных и растоптанных. Насилие на войне было обычным делом: обладание женским телом считалось законным правом победителя. И часто было совсем неважно, к какой из воюющих сторон он принадлежит. О зверствах фашистов написано немало. Интересно, писал ли кто-то, кроме осведомителей, о насилии со стороны партизан? А ведь белоруски военного времени могли рассказать немало печальных историй. О том, например, как «в деревне Гаянах группа партизан в количестве четырех человек под предлогом осмотра сараев со скотом вызвала хозяек (всего пять женщин) и изнасиловали их». Или о партизане Петрове, который якобы для допроса позвал в комнату некую Анну, местную жительницу. Партизан, не задавая лишних вопросов, заперся с ней в комнате, и колхозники слышали «выстрелы, плач Анны и как Петров сказал ей снимать панталоны».

Изнасилованные и оставшиеся в живых могли считать, что им еще повезло. Бывало, что девушку, оказавшую сопротивление, расстреливали на месте отказа. Военный приговор - листок, вырванный из школьной тетради, с несколькими предложениями, наспех написанными простым карандашом, в таких случаях не составляли. Начальник разведки отряда имени Лазо Борис Келлер, бывший секретарь Минского обкома партии, под угрозой расстрела изнасиловал 15-летнюю дочь старосты деревни. Крики девушки разбудили всю деревню, и Келлер приказ убить ее. Исполнительный подчиненный застрелил девушку, когда она была «под партизаном Тарасевичем». Случай этот, произошедший в деревне Мачулище, стал предметом разбирательства. Но это уже совсем другая история…

(Продолжение в следующем номере.)

Благодарим за помощь в подготовке материала и предоставленные фотографии Национальный архив РБ
Добавить комментарий
Проверочный код