Воскресенье, 4 Декабря 2016 г.
Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№44 (360) 11 ноября 2002 г. Общество

СУДЛЕНКОВА БЕЖАЛА НА «СВОБОДУ»

11.11.2002
Елена АНКУДО

Месяц назад по просьбе белорусских правоохранительных органов на чешско-германской границе была задержана Наталья Судленкова (бывшая Шевко), одна из фигуранток по делу о пропаже кредита АКБ «Белагропромбанк» на $4 млн. Сегодня с уверенностью можно сказать, что Беларусь не добилась выдачи своей гражданки, которая получила политическое убежище в Чехии. Немецкая сторона не стала даже соблюдать сроки, положенные Беларуси для перевода и пересылки документов, доказывающих вину Судленковой. Прокуратуре остается ожидать, пока инцидент на границе не повторится: обвиняемая в хищении кредитных денег продолжает числится в розыске «Интерпола». Корреспондент «Белорусской газеты» разыскала Наталью СУДЛЕНКОВУ на радиостанции «Свобода», где экс-президент финансовой компании «ФИКО» работает в должности корреспондента.

ЖЕРТВА СИСТЕМЫ

- Вы покинули Беларусь после того, как следователь прокуратуры Минска обвинил вас в «совершении хищения государственного имущества путем мошенничества». Ожидали ли вы инцидентов по линии белорусских правоохранительных органов, когда жили в Чехии?


- Не скажу, что я была абсолютно не готова к таким событиям. После первого случая, когда 18 апреля прошлого года меня задержали в Чехии, ситуацию на немецкой границе можно было ожидать. Но, отправляясь в обычную поездку в Германию, я и предположить не могла, чем она может закончиться. 7 октября на основании распоряжения суда, который принимал решение, отталкиваясь от ордера на арест, выданного в Беларуси, меня перевезли в СИЗО города Бамберг. Там я находилась в камере с двумя глухонемыми россиянками, задержанными за нелегальный переход границы.

- Представители белорусской стороны навещали вас в тюрьме?

- Нет. Видимо, не успели приехать. Разве что в момент задержания мне предложили позвонить в белорусское посольство. Это такой естественный механизм, от которого я не менее естественно отказалась, предпочитая связаться с чешским консулатом.

- Со времени вашего отъезда в деле о $4 млн. произошли изменения. Пять человек - руководители и главные бухгалтеры фирм «РАСС» и СП «Пуше-Агро», на счета которых ушли кредитные деньги, а также Станислав Чернышевич - привлечены к уголовной ответственности. Вы следили за процессами, на которых часто упоминалось и ваше имя?

- Безусловно. И могу сказать, что это дело далеко не такое простое, каким его пытаются изобразить в прокуратуре. В определенном смысле слова, я считаю, что практически любой бизнесмен, который руководил - неважно чем, ларьком или крупной компанией - в той или иной степени является жертвой действующей системы.

- Вы и себя считаете жертвой?

- Нет. У меня есть твердые убеждения, касающиеся нынешней ситуации. Свои решения я принимала абсолютно осознанно.

- О каком решении идет речь?

- Я говорю об отказе в мае 1994г. финансировать предвыборную кампанию Лукашенко. С таким предложением ко мне неоднократно приходил небезызвестный Александр Еловик. И обо всех моих дальнейших действиях, в т.ч. об избирательной кампании 1996г., когда я выдвигалась кандидатом в депутаты Верховного Совета 13-го созыва.

ПОБЕГ

- Как велось следствие по делу о хищении кредита?


- Сказать, что у меня есть претензии к следствию, значит не сказать ничего. Но при всем моем уважении к журналистам, СМИ не являются той инстанцией, которая определяет степень вины человека. Поэтому я не хочу оправдываться и комментировать ситуацию на страницах газет.

- Обвинения в ваш адрес появились, когда следствие по делу только началось. Президент «Пуше» Пупейко прислал в прокуратуру письмо, где подробно изложил вашу роль в получении и пропаже денег - вы якобы организовали получение кредита под закупку зерна, материально заинтересовав в этом чиновников, а затем похитили часть кредитных средств. Позже об этом говорил и Чернышевич. Разве этого недостаточно, чтобы хотя бы попытаться оправдаться?

- Устраивать разборки с Пупейко, с белорусской властью - бессмысленно. Придет время, когда я смогу вернуться в Беларусь, прийти в независимый суд и там со всеми документами на руках доказать свою правоту. Пока же я не смогла попасть даже на похороны своей бабушки. Как же я ненавидела власть страны, которая не дала мне попрощаться с любимым человеком. Мне было от этого очень тяжело здесь, в Чехии.

- В судах ваше имя связали с именами высокопоставленных чиновников Беларуси. Прокомментируйте этот слух.

- Вранье. Мне вообще неизвестно, о каких именно чиновниках идет речь. Я не давала никаких взяток и не совершала тех преступлений, в которых меня обвиняют. Что касается бывшего зам. начальника аналитического центра администрации президента Анатолия Дремова, якобы принявшего участие в получении «Белагропромбанком» депозита на $4 млн., о чем когда-то писала ваша газета, мы с ним действительно были хорошо знакомы, но взяток я ему не давала. Все наши отношения носили рабочий характер. Мне очень жаль, что он оказался втянут в это дело.

- В Беларуси в полном разгаре очередная антикоррупционная кампания. Ваше дело по количеству упомянутых в нем чиновников высокого ранга можно считать крупнейшим из тех, что были когда-либо рассмотрены в судах. Были ли в свое время у президента финансовой компании «ФИКО» сложности с представителями госструктур?

- Система, которая существует в Беларуси с 1994г., подталкивает к коррупции. Это нормальная ситуация при тоталитарном режиме, другого пути просто не существует. Это все, что я могу сказать.

- Почему вы покинули Беларусь?

- Я не могла рассчитывать на объективное рассмотрение дела в независимом суде. Потому что таковых в Беларуси нет.

- Одним из слухов, сопровождавших отъезд, был тот, что в вашей судьбе принял участие КГБ, структура, с помощью которой вам удалось скрыться. Это правда?

- Мне удалось выехать благодаря нерасторопности белорусской прокуратуры и МВД. Я официально получила паспорт на девичью фамилию, на которую вернулась после развода с первым мужем, паспорт на младшего сына. И мы совершенно легально пересекли границу, где никто нас не остановил. Действительно, мой муж - офицер КГБ, но к тому времени, когда мы поженились, он оставил службу.

СЕМЬЯ

- Дети с вами?


- Все трое. Старший - Алексей учится в 6-м классе. У него фантастический литературный талант. Младшие - Настя, ей 4,5 года, и 3-летний Андрей - ходят в местный детский садик и иногда между собой говорят по-чешски. Мы с мужем стараемся, чтобы они не забывали русский язык.

- Где вы живете?

- Снимаем квартиру в небольшом городке под Прагой. Этим летом я как политический беженец должна была получить квартиру в рамках интеграционной программы, но случилось наводнение, и в новый дом переселили тех, чьи квартиры пострадали от стихии.

- В Чехии вы стали работать на радио «Свобода»». Как получилось, что известный в Беларуси президент финансовой компании решила стать журналисткой?

- Я очень долго думала, что мне делать дальше, когда приехала сюда. Заниматься своим бизнесом? Идти работать в компанию? У меня имелся ряд предложений, но чувство, что это мое, что я хочу этим заниматься, не появлялось. Я же хотела, чтобы занятие приносило не только прибыль, но и удовольствие, чтобы оно осталось со мной на всю жизнь. Но потом подумала: а почему бы, собственно, и нет?

- Вряд ли уровень доходов и степень влияния корреспондента соизмеримы с тем, чем обладала президент «ФИКО». Трудно привыкнуть к новому положению?

- Последние годы перетряхнули все мои представления о том, что важно, а что нет. Есть ценности, без которых большие деньги не приносят удовлетворения и счастья. Это чувство опоры и смысла жизни, которое дает семья. А деньги - дело наживное. В информационном бизнесе я чувствую себя, как рыба в воде, это то, что мне нравится. Мои ближайшие планы - масс-медиа и коммуникации, в этом я и намерена совершенствоваться.
Добавить комментарий
Проверочный код