Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
Регистрация технических условий с выдачей каталожного листа
glavcert.ru
№38 (354) 30 сентября 2002 г. Радости жизни

ТЕАТР: ДЕТСКИЕ КОМПЛЕКСЫ ВЗРОСЛЫХ ЛЮДЕЙ

30.09.2002
Андрей КУРЕЙЧИК

№ 38 [354] от 30.09.02 - Национальный академический театр им. Я.Купалы. Спектакль: «Кьёджинские перепалки» К.Гольдони

Режиссер: В.Щербань, Художник: А.Снопок, Композитор: В.Курьян

Этим спектаклем молодой, но не в меру энергичный режиссер Щербань, видимо, решил доказать интересный тезис: даже у классиков мировой драматургии есть плохие пьесы. Теперь и широкому кругу зрителей стало известно, что мэтр итальянской комедии Карло Гольдони мог написать примитивную, глупую и нелепую историю, рассчитанную максимум на недалеких пролетариев XVIII века.

После значительной урезки пьеса, и так, скажем прямо, не блиставшая изобретательностью и большим количеством сюжетных поворотов (основная интрига первой части действия для зрителя заключается в том, чтобы разобраться, кто кому из героев приходится), стала хуже анекдота. По большому счету, события, которые там происходят, можно было бы сыграть минут за десять без всякого ущерба для спектакля. Но молодой режиссер со старательностью, которой можно только позавидовать, подробно и занудно показывает нам оставшиеся от пьесы несколько сцен.

Теперь о персонажах. Понять, кто из них кто и в чем их проблемы, в первой трети спектакля не представляется возможным ввиду того, что они разговаривают либо одновременно, либо на языке, весьма отдаленно напоминающем белорусский (его придумал лингвистический гурман и переводчик пьесы Рыгор Бородулин). Но смотреть интересно, потому что Щербань старательно представил все типажи «стерв», какие только есть в Купаловском театре.

Современный театр - это, несомненно, театр самовыражения режиссера, место, где он реализует свои фантазии, идеи и комплексы. Посмотрев спектакль, очень часто можно дать характеристику личности режиссера, ничуть не менее точную, чем после психологической экспертизы. Этот спектакль несомненно открыл нам детскую сторону души Щербаня. Весь спектакль напоминает мультфильм: яркие костюмы, мультяшные гримасы, которые старательно строят друг другу артисты, визгливые, неестественные голоса, позы людей, у которых корчи, плюс образы «существ», способных поубивать друг друга из-за «печеного гарбуза», т.е. изначально обладающие детской непосредственностью и мозгом величиной с грецкий орех. Надо отдать должное: на этой комедии зритель если и смеется, то только случайно. Причем в употреблении слова «зритель» в единственном числе нет никакой ошибки.

Еще одной отличительной особенностью спектакля является сценография. Основной ее элемент - огромная пластмассовая рыба с толстым швом поперек и нарочито прикрепленными хвостом и плавниками. Эта рыба появляется вначале, олицетворяя все, что только можно олицетворить в рыбацкой комедии, вяло качается и махает своими причиндалами в конце, когда всеобщее веселье охватывает и актеров, и зрителей оттого, что спектакль, наконец, закончился, и исчезает перед поклоном.

Кроме рыбы обращает на себя внимание рекордное количество деталей и мелких аксессуаров, которые самым бессмысленным и безликим образом используются в спектакле.

Особо следует сказать про финал спектакля - он музыкальный и по ощущениям длится никак не меньше всего остального действия. Он состоит из предфинала, нескольких фальшфиналов, финала и постфинала и по структуре намного сложнее всего, что происходило до этого. Видимо, режиссер не очень хотел вообще заканчивать спектакль, поэтому откладывал конец столько раз, насколько хватило сил. Большую часть времени этой агонии все танцуют и поют, и это становится похожим на выступление ансамбля Игоря Моисеева, так что кончается все хорошо.

Итак, в итоге мы имеем инфантильную, примитивную, несмешную, но очень добрую комедию по плохой пьесе Гольдони в исполнении прекрасных актеров, сценографа, композитора и режиссера.

P.S. Говорят, в первом варианте спектакля в начале и в конце на сцену еще выпускали древнюю старуху, «праматерь мира». Но старуху уволили: никто так и не понял, какого черта она выходила на сцену, а этот вопрос мучил зрителей больше, чем все остальные вопросы сего спектакля.
Добавить комментарий
Проверочный код