Понедельник, 5 Декабря 2016 г.
Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№13 (329) 01 апреля 2002 г. Архив БГ

БИЗНЕС, КОТОРЫЙ МЫ ПОТЕРЯЛИ. Часть II.

01.04.2002
Вероника ЧЕРКАСОВА

«Могли позвонить утром и попросить $100 тыс., и ни залогов, ни расписок при этом никто не требовал. Через день деньги возвращали» /Окончание. Начало в N12/

МАЛИНОВЫЕ ПИДЖАКИ

В 1992г. в Беларуси состоялась вторая Ассамблея деловых кругов, которую посетил премьер-министр Вячеслав Кебич. Предприниматели попытались объяснить ему свое понимание развития рыночной экономики, он обещал поддержку. Кебич понимал, что от серьезных шагов в экономике никуда не деться и делать их рано или поздно придется. Говоря о том времени, предприниматели единодушно отмечают, что власти тогда понимали: предпринимательство душить нельзя, с предпринимателями старались дружить, их выслушивали и, более того, учитывали их мнение.

С 1992 по 1995гг. белорусский бизнес переживал расцвет. Динамичнее всего развивались фирмы, имевшие связи с властными структурами. Например, холдинг «Пуше», в состав которого входили как торговые, так и сельскохозяйственные фирмы, финансовая и страховая компании, ресторан, банк «Олимп». Не менее стремительный рост наблюдался у коммерческих структур, куда входили банки, финансовые и страховые компании.

Работа в условиях свободного ценообразования стала привлекать в республику иностранный капитал. Правда, стремясь сюда, зарубежные инвесторы проявляли осторожность. Как пишет Александр Лученок, «из зарегистрированных на конец 1993г. 1,3 тыс. совместных предприятий к деятельности приступило только 210 СП. Вклад совместных предприятий в валовой внутренний продукт страны не превышал 1%. Хотя заявленные иностранные инвестиции в уставные фонды совместных предприятий составили $420 млн., реальные вложения не превысили 20-30% от этой суммы».

С кем только не велись тогда переговоры! Крупнейшие мировые фирмы примерялись к нашему рынку. Планов и идей тогда было много - например, превратить Беларусь в оффшорную зону в центре Европы, установить налог на банковскую деятельность в размере 4% на прибыль, а кто-то вполне серьезно предлагал Кебичу закрыть МТЗ и открыть на этом месте всемирный пейнтбольный клуб, куда приезжали бы поиграть в пейнтбол туристы со всего мира.

Признаком респектабельности несколько лет считался малиновый пиджак. Он был чем-то вроде униформы уважающего себя бизнесмена. Хорошую одежду купить было трудно. Однажды в Минск приехал иностранец, который привез целую партию чешских костюмов, блестящих, зеленых, в широкую полоску. По цепочке прошел слух, народ прибарахлился. А потом по случаю чьего-то дня рождения местная бизнес-элита собралась в «Юбилейной». Каждого новоприбывшего встречали раскаты громового хохота. И было отчего: все гости были одеты в одинаковые дорогие зеленые чешские костюмы...

Рэкет в Беларуси серьезного развития не получил. Бандитам платил тот, кому нравилось чувствовать себя настолько «крутым», что им интересуется криминальный мир. Преступники с просторов бывшего СССР рассматривали Беларусь как своего рода «дом отдыха», а какой дурак поднимает стрельбу там, где загорает? Постепенно появилась поросль молодых, не отягощенных принципами бизнесменов, которые стали нанимать бандитов для разборок. А бандиты были хитрыми и стрелять друг в друга не хотели. Одна «крыша» договаривалась с другой «крышей», они брали деньги с одного из бизнесменов и, вместо того чтобы отдать их другому бизнесмену, дружно делили между собой. Бывали и менее безобидные варианты, тем не менее криминал, в отличие от власти, понимал, что курице, несущей золотые яйца, сворачивать шею нерационально.

Как грибы после дождя росли акционерные общества, биржи, банки, страховые и финансовые компании. Как заметил удачливый бизнесмен той поры, «с 1989 по 1992гг. весь бизнес делался радостно. И не просто радостно, а с удовольствием. Было ощущение праздника, была искренность в отношениях. Могли позвонить утром и попросить $100 тыс., и ни залогов, ни расписок при этом никто не требовал. Через день деньги возвращали. «Кидалово» в масштабах страны началось с 1992г. Каждый делал свой бизнес, но так или иначе мы выходили на нефтяные и бензиновые варианты. Неплохо зарабатывали на водке и сигаретах, но вначале торговля ими считалось дурным тоном - этим занимались, но не афишировали. Сколько мы получали? Когда мы узнали о деньгах Березовского и Гусинского, мы поняли, что наши деньги - не деньги. Мы имели устойчивый оклад на советском производстве, а через год появлялся первый миллион «зеленых». Но его не держали, а тут же вкладывали в дело, поскольку были абсолютно уверены, что завтра будет второй, а послезавтра - третий. Мы все хотели здесь жить. Таких экономических схем, как те, что изобретались тогда, надо еще поискать. Собственно, все, что было придумано в ту пору, в той или иной мере используется до сих пор. Это было время, когда схемы ухода от налогов предприниматели разрабатывали совместно, всем миром. Были четкие правила игры, причем эти правила никогда не менялись неожиданно. Мы вели достаточно прозрачный бизнес и играли на условиях, которые диктовало государство, и все мы относительно честными способами обходили законы, пользуясь теми лазейками, которые существовали в законодательстве. Мы не спешили подсказывать законодателям, что здесь в законе - дырка. Мы играли в свою игру, они - в свою. В тот момент мы уже считали себя элитой бизнеса, имели возможность входить в соответствующие кабинеты, представляя соответствующую отрасль, сферу деятельности. С нами считались. Нас считали умными людьми, с которыми не грех и посоветоваться. Власть деньги брала, но меру знала. Правила игры предусматривали отчисления от прибыли, но не выше 20%».

НАЧАЛО КОНЦА

В 1994г. предприниматели потянулись в политику. Владимир Карягин выдвинулся на пост президента, но не смог набрать нужного количества подписей. Предприниматели решали для себя вопрос, кого из кандидатов и в какой мере им стоит поддерживать. Для некоторых это впоследствии обернулось трагедией.

Победу Лукашенко на выборах в 1994г. практически никто не воспринял как начало конца. Напротив, было ощущение эйфории - молодой, энергичный президент, известный своими смелыми высказываниями, конечно же, должен поддержать предпринимателей. 17 сентября 1994г. состоялась очередная Ассамблея деловых кругов, в работе которой президент принял участие, и состоявшийся там разговор внушил новые надежды. Именно тогда была брошена знаменитая фраза: «Предпринимательству - быть!» Вот только многие, цитируя ее, забывали, что на этом жизнеутверждающем тезисе президент точки не ставил и продолжил его следующим образом: «Но я вас привяжу к себе так, что, если я буду тонуть, вы утонете вместе со мной». Практически сразу после прихода Лукашенко к власти была опубликована т.н. «Программа чрезвычайных мер», где в сжатом виде содержалось все то, что впоследствии постигло страну. Поскольку со словом «чрезвычайный» у наших людей связаны вполне конкретные ассоциации, предприниматели включились в работу группы, которая рассматривала программу, и в конце концов, ее переделали в «программу неотложных мер», а самые одиозные пункты из нее были выброшены. Власть сделала из этой ситуации правильные выводы и больше предпринимателей к законотворческой деятельности не подпускала. Во времена Кебича ежегодно при разработке проекта бюджета или поправок к налоговому законодательству Союзу предпринимателей представляли все данные, и СП работал с правительством еще до передачи документов в Верховный Совет. Потом шла работа в комиссиях, иными словами, был создан общественный контрольный механизм. В определенных случаях предпринимательским структурам удавалось воздействовать на ситуацию и добиваться еще на стадии проектов отмены наиболее одиозных решений.

Вспоминает вице-президент Союза предпринимателей Михаил Шавельзон: «Мы могли влиять на решения власти. Как-то после выхода не до конца продуманного распоряжения Совмина я попал к Михаилу Мясниковичу, и через три дня вышло новое постановление, которое отменяло моменты, негативно влиявшие на бизнес». В 1994г. правительство перешло в «закрытый режим», предприниматели ждали, когда их позовут, но власть их мнение больше не интересовало. Очень скоро выяснилось, что правительство впервые втайне разработало проект поправок к налоговому законодательству, 30 ноября 1994г. его подписал премьер-министр Михаил Чигирь, 2 декабря - президент. Было принято в общей сложности около 160 поправок к налоговому законодательству, которые попросту уничтожали предпринимательство. Однако и тогда всерьез еще никто не испугался, хотя это стало началом мощного антирыночного периода, который логически завершился 40-м декретом.

В 1995г. началась череда «посадок». Дело Александра Саманкова стоит особняком в долгой череде белорусских экономических судебных процессов. Хотя бы потому, что оно - первое.

Саманков был совладельцем банка «Европейский» и руководителем Первого республиканского Инвестиционного фонда. Он был обвинен в даче взятки будущему министру по предпринимательству , а тогда - помощнику президента Александру Сазонову. Сам Саманков в ходе суда утверждал, что причиной его заключения стала отнюдь не дача взятки должностному лицу, а преследование за политические убеждения. Действительно, ни для кого не было секретом, что Саманков принимал активное участие в кампании по избранию президента на стороне Лукашенко, помогая его команде решить как организационные, так и финансовые вопросы. Главной ошибкой Саманкова стало то, что он начал говорить вслух о своем непосредственном участии в финансировании избирательной кампании президента. А этого ему уже не простили.

Чтобы посадить Саманкова, к делу привлекли КГБ, который осуществлял прослушивание его телефона, аудио- и видеозаписи его бесед с Сазоновым, которые, впрочем, впоследствии были фальсифицированы или потеряны. В результате суда, завершившегося 28 июля 1998г., судебная коллегия под председательством Александра Василевича признала Саманкова виновным в покушении на дачу взятки и приговорила его к шести годам лишения свободы в колонии усиленного режима.

Вслед за Саманковым последовала целая череда белорусских бизнесменов: Винникова, Климов, Кудинов, Мацулевич, Клименко, Эйдин, Красовский, Коренько, Сурина... Постепенно рос список бизнесменов, уехавших из страны: Круговой, Пупейко, Волк, Эфрон, Островский, Шаткин...

1995г. стал переломным для белорусского бизнеса. Искусственная фиксация курса доллара и закрепление ставки рефинансирования на 40% в месяц стало ударом для всех. Особенно ощутимо пострадал частный бизнес, который работал на кредитных ресурсах. Резко выросли цены, началось разорение предпринимателей. Фирмы, которые уверенно держались на рынке, не выдерживали налогового пресса при стоящем курсе. Ради спасения бизнеса стали рисовать разного рода «серые» схемы.

С приходом Лукашенко активизировались контролирующие структуры, началась законодательная чехарда. Власть боялась роста влияния бизнесменов и прилагала немало усилий к тому, чтобы ни у кого из них не возникло желания финансировать оппозицию или, хуже того, на следующих выборах поддержать альтернативного президенту кандидата.

На смену относительно стабильному существованию пришло ощущение неуверенности и непредсказуемости ситуации. Начался вывоз капиталов. Белорусские предприниматели вкладывали деньги в российские банки, что аукнулось им в 1998г., во время знаменитого августовского дефолта. Кто мог - уезжал.

РОКОВЫЕ ТЕЛЕГРАММЫ

Началом фазы административно-командной экономики можно считать известную телеграмму о приостановке регистрации, перерегистрации и лицензирования от

6 февраля 1996г. Телеграмма на бланке «Правительственная» гласила: «С 6 февраля 1996г. временно приостановить на территории Республики Беларусь государственную регистрацию (перерегистрацию) субъектов хозяйствования негосударственных форм собственности (коммерческих структур и предпринимателей без образования юридического лица), а также выдачу им специальных разрешений (лицензий) на право ведения хозяйственной и иной деятельности до принятия соответствующего указа президента Республики Беларусь». Собственно, на этом рынок и кончился. Причем кончился он как-то очень по-белорусски: ни обычный суд, ни конституционный не могли пересмотреть это положение, потому что телеграмма в число нормативных документов не входит.

1996г. стал годом интенсивной ломки предпринимательства. Летом вышел знаменитый указ N208 о массовой перерегистрации. В результате первая общереспубликанская перерегистрация 1996г. значительно уменьшила количество малых предприятий и индивидуальных предпринимателей. По данным специалистов управления экономического анализа Государственного налогового комитета, после перерегистрации 1996г. общее количество налогоплательщиков - юридических лиц сократилось с 117,3 тыс. в 1996г. до 99,4 тыс. в 1997г. На фоне незначительного сокращения числа госпредприятий, колхозов и совхозов, банков и страховых компаний особенно заметным было резкое уменьшение количества частных предприятий - с 58,3 тыс. в 1996г. до 37,2 тыс. в 1997г. (сокращение составило 36,2%) и до 31 тыс. - в 2000г. На совещании, проходившем 14-15 ноября 1997г. в Могилеве, министр предпринимательства и инвестиций отметил, что в ходе перерегистрации 1996г. было ликвидировано около 30 тыс. предприятий (из них 98% - негосударственных) и 81 тыс. индивидуальных предпринимателей. Началось массовое обрушение системы.

В 1998г. ситуация повторилась, перерегистрация снова была остановлена, и снова - телеграммой. В результате количество предприятий негосударственного сектора сократилось на 9,2%. К тому времени президент своего отношения к предпринимателям не скрывал и на встрече деловых кругов назвал их «вшивыми блохами», озадачив не только предпринимателей, но и энтомологов.

Уровень налогов в Беларуси стал в среднем на 25-30% выше, чем в соседних государствах. После того как в 1998г. доля поступлений в госбюджет и во внебюджетные фонды к ВВП превысила 46%, 50 тыс. белорусских субъектов хозяйствования приостановили работу, задолжав бюджету 9,5 трлн. рублей. После 23 ноября 1999г., когда появился знаменитый декрет N40, предусматривающий внесудебное изъятие имущества, разговоры о либерализации стали бессмысленны. Остался лишь один вопрос: в каком масштабе этот декрет будет применяться?

К президентским выборам 2001г. ситуация достигла пика: была создана «непроходимая» для предприятий система перерегистрации, поставлен мировой рекорд в области лицензирования видов деятельности, произошло резкое сокращение субъектов хозяйствования. Износ основных фондов достиг 78%, а моральный износ - 95-98%.

Сегодня крупные белорусские бизнес-структуры предпочитают перебираться на рынки России или еще дальше. По данным Валерия Левоневского, сегодня более 95% белорусских предпринимателей направляют свои сбережения и доходы в экономику Польши, России, Турции и других стран, а ежегодные инвестиции белорусских граждан в зарубежную экономику составляют более $500 млн.

Таблица
Добавить комментарий
Проверочный код