Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
№11 (327) 18 марта 2002 г. События. Оценки

ОТЛИЧНИКИ ЗВУКА: мастера культуры о неестественной монополии

18.03.2002
Дмитрий БЕЗКОРОВАЙНЫЙ

№ 11 [327] от 18.03.02 - На минувшей неделе с новой силой вспыхнул конфликт между народным артистом Беларуси Михаилом Финбергом и руководителем крупнейшей концертной фирмы “Класс-Клуб ДК” Геннадием Шульманом.

Началось все более года назад с желания руководителя концертного оркестра РБ закрепить за коллективом приоритетное право сдавать в аренду звуковое оборудование организаторам концертов во Дворце спорта. Для этого член Совета республики Михаил Финберг обратился в Совмин, где его поддержали, однако подобное положение вещей по ряду причин явно не устраивало доминирующего на концертном рынке страны Геннадия Шульмана. Увеличение количества обращений и, соответственно, принятых на высоком уровне решений не сильно изменило ситуацию - во Дворец спорта аппаратуру концертного оркестра не пустили. На сегодняшний день конфликт перешел в медиа-войну с публикацией достаточно односторонних статей, а посему музыкальный обозреватель “Белорусской газеты” Дмитрий Безкоровайный обратился непосредственно к участникам конфликта.

Михаил ФИНБЕРГ, народный артист РБ, руководитель государственного концертного оркестра Беларуси

- Почему для вашего оркестра вдруг стал так важен вопрос сдачи аппаратуры в аренду?


- Я заметил, что на многих концертах используется некачественная аппаратура, и мне стало обидно, что это происходит при наличии в Беларуси техники высокого уровня, купленной для нас спонсорами и государством. В уставе нашего оркестра записано, что мы имеем право сдавать в аренду свою звуковую аппаратуру. Мы и раньше пользовались этим правом, но со временем эта проблема стала особенно актуальна, поскольку бюджетникам, которыми мы являемся, дают все меньше денег. Скажем, с сентября мы не получили от государства ни копейки помимо зарплат и оплаты коммунальных услуг. Поэтому сегодня живем практически только за счет концертной деятельности.

- Но ведь вы достаточно много гастролируете и, казалось бы, финансовых затруднений у вас возникать не должно.

- Концертная деятельность даже на Западе не приносит нам серьезного дохода, поскольку из-за того, что у нас большой коллектив, значительные средства уходят на дорогу и проживание. А на родине поднять цены на билеты нам совесть не позволяет. Ведь если мы бюджетники, значит, получаем деньги, которые граждане платят в виде налогов. Если же мы еще и цены поднимем, то, получится, будем дважды брать со зрителей деньги, а это уже нечестно. Но тем не менее именно к этому нас толкают. Билет на ближайшие наши выступления будет стоить 5 тыс. рублей. Я считаю, что это много, правда, в сравнении с той же Пугачевой за 95 тыс. - это копейки.

- Как часто вы сдаете в аренду свое оборудование?

- Не очень. Я к вашему приходу ради интереса попросил сделать выписку за 2000-2001гг. В списке - около двух десятков мероприятий. Самое удручающее, что большая их часть до сих пор не оплачена. При этом, заметьте, с Шульманом у нас было лишь одно мероприятие, и после этого меня еще называют монополистом! Да, цена нашего аппарата на сегодняшний день 2,5 млн. рублей, куда входит обслуживание разового концерта со звуковой и световой аппаратурой. Мы не можем позволить себе опустить цену ниже, поскольку наша техника стоит больших денег и затраты на ее эксплуатацию велики. Нам дорого обойдется даже самая мелкая поломка, а, разумеется, ничто не вечно. В Москве аренда только звукового оборудования, аналогичного нашему, стоит минимум $5-7 тыс.

- Но в стране уже появились компании, которые предлагают аналогичные услуги дешевле…

- Не знаю, почему, ведь это колоссальная работа. Ведь что такое дать аппаратуру в аренду? За день до концерта в 7 утра на базу, где хранится аппаратура, подъезжает наш 22-тонный грузовик. 10 или 12 человек начинают ее грузить и заканчивают в 2-3 часа дня. С 4 до 10 вечера они ее разгружают, скажем, во Дворце спорта, и потом всю ночь идет монтаж. Утром все грузится на машину, и только к обеду начинается разгрузка на базе. Таким образом, один концерт - это три дня работы.

- Какие мотивы движут вами, когда вы настаиваете на том, что все концерты во Дворце спорта должна обслуживать только аппаратура государственного оркестра?

- Дворец спорта - госучреждение, и там нет своей аппаратуры. Мы - тоже госпредприятие, и к тому же этот вид деятельности для нас на сегодняшний день очень важен, поэтому я и обратился совершенно законным образом в вышестоящие органы с соответствующим предложением. Дворец спорта подчиняется Министерству спорта и туризма, а наш оркестр - Минкульту. Оба министерства относятся к социальной сфере, и я благодарен вице-премьеру за то, что он увидел, как спорт может помочь культуре.

Интересно, если Шульман недоволен мной, то почему он не возмущается по поводу того, что в КЗ “Минск” все обязаны всегда пользоваться принадлежащей концертному залу аппаратурой и платить за это? Почему он не скандалит из-за того, что во Дворце Республики он обязан пользоваться стоящим там аппаратом?

- С чем именно вы не согласны?

- Да много с чем. Вот, подняли шум насчет аппаратуры, дескать, она устаревшая и отсталая. Я бы вообще хотел спросить у тех, кто распространяет подобную информацию: кто сделал такие выводы? Какой эксперт? Спросите у лучших звукорежиссеров и звукоинженеров - это просто несерьезно. На этой аппаратуре работало много российских и западных звезд - Пугачева, Киркоров, Патрисия Каас, Slade. Причем не только в Беларуси, поскольку у нас несколько заказов в год приходит из России. Например, наш аппарат работал на 850-летии Москвы.

Шульман пытается обмануть всех. В газетах пишут, что перед концертом Валерия Меладзе Шульман попросил у меня аппаратуру в счет будущих расчетов. Между тем в его официальном письме нет ни слова о расчетах. Он просто попросил предоставить аппаратуру бесплатно, а мы ведь - госпредприятие, и, следовательно, я просто не мог ему ничего дать за просто так - с меня же потом спросят.

Или еще - после реконструкции Дворца спорта первым состоялся концерт Баскова, и Шульман направил мне письмо, в котором сообщает, что вынужден отказаться от аппарата оркестра, потому как, согласно контракту певца, техническую сторону выступления должна обеспечивать московская фирма. Эти объяснения были приняты, однако позже оказалось, что аппарат был мозырский. При этом вместо упоминавшегося в рекламе московского президентского оркестра там под фонограмму с несколькими москвичами работали минчане. Это самый настоящий обман народа.

Последний случай был совсем недавно. Я получил письмо от Шульмана по поводу концертов Пугачевой и Наталии Орейро. В нем указывается, что они не могут использовать нашу аппаратуру, поскольку она якобы не соответствует райдеру исполнителей. Первым пунктом тут значится, что мощность звукового аппарата должна быть не менее 50-60 кВт. Начнем с того, что это абсолютно неграмотный технический термин, поскольку главным параметром является звуковое давление, а оно измеряется в децибелах в точке, где сидит звукорежиссер. Во Дворце спорта наша аппаратура обеспечивает давление в 120 децибел и может озвучить хоть два таких помещения. Мы же Красную площадь озвучивали (там был еще один аналогичный аппарат) и “Славянский базар” много раз!

- Каковы ваши дальнейшие шаги?

- Никакие. Буду работать. У оркестра очень интересные творческие планы. Звуковое и световое оборудование в аренду Шульману давать не будем, о чем я проинформировал руководство Дворца спорта еще в конце февраля, т.е. до начала всех этих публикаций с оскорблениями в адрес нашего коллектива и меня лично. Ведь во Дворец меня так и не впустили, тем самым решение Совмина по оказанию помощи бюджетному коллективу не выполнено. Так кто же монополист?

Геннадий ШУЛЬМАН, руководитель продюсерского центра “Класс-Клуб ДК”

- Не могли бы объяснить, что стало причиной трений между вами и Михаилом Финбергом?


- Подготовка аппаратуры для концерта - один из основных моментов его организации. Мы подходим к этому скрупулезно, тем более что и артисты сейчас, глядя на Запад, выдают райдеры с соответствующими запросами, а потому выполнить их требования становится все сложнее. Вот у Аллы Борисовны недавно был очень серьезный райдер, примерно уровня Nazareth и Deep Purple.

Если раньше аппарат у Михаила Яковлевича был действительно свежий, эксклюзивный и единственный, то сейчас появилась некая альтернатива. Для залов разной вместимости есть 10-15 аппаратов, но претендовать на работу в больших закрытых залах, как, скажем, Дворец спорта или СК “Уручье”, могут лишь три: мозырской Art-Studio, фирмы “БелИнтерМузыка” и оркестра под управлением Михаила Яковлевича. Им был создан прецедент искусственной монополии, которую мы не хотим признавать. Мы себя уважаем. Мы отвечаем за свои мероприятия, платим деньги за их проведение и должны иметь право выбирать агента, с которым работаем; музыкантов, которых мы привозим; зал, в котором проходит концерт; транспорт, на котором перемещаются артисты и, разумеется, аппаратуру.

- Какой была бы ситуация, если бы Дворец спорта обладал собственной аппаратурой?

- Если бы у него был свой стационарный аппарат, мы бы работали именно на нем. Но в данном случае нас вынуждают делать то, чего мы делать не хотим, и, разумеется, мы протестуем. По-моему, это нормально.

- Почему именно вы не хотите арендовать аппаратуру оркестра под управлением Финберга?

- Причин много, но прежде всего - соответствие аппарата райдеру музыканта. Вот требованиям райдера Бориса Моисеева он соответствует, и, если бы не конфликт, мы бы поработали, а что касается райдеров Орейро, Пугачевой и т.д. - не соответствует. Они запросили 60 кВт, которых у него нет. Разумеется, мы вынуждены были отказаться от его услуг и работать с ребятами из Мозыря, у которых эти 60 кВт есть. Мы обязаны выполнять требования, указанные в райдере, поскольку в противном случае исполнитель имеет право не выходить на сцену. Пусть оркестр купит оборудование для подвески и “добьет” объем звука. Тогда можно будет разговаривать дальше.

Но есть еще и финансовый момент. Если у него аппаратура дороже, чем та, которую я беру в Мозыре, то почему я должен брать у него? У них она стоит от $700 до $1.000, а у Михаила Яковлевича - $1.500. Не говоря уже о том, что если брать у оркестра, то нужно дополнительно платить обслуживающему персоналу - звукорежиссерам, звукоинженерам и т.д. - и оформлять с ними отдельно договора. А Клименко из Мозыря сам привозит аппарат, сам ездит в туры, сам кормится, сам селится, и мы не знаем с ним никаких забот. Зачем нам лишние проблемы? С точки зрения бизнеса и целесообразности удобно работать с удобным партнером.

- Что произошло перед концертом Меладзе?

- Уже во время рекламной кампании концерта нас поставили в известность, что стоимость аренды Дворца спорта повышается с $5 тыс. до $10 тыс. Буквально следом в три раза поднялись цены на расклейку афиш. В этой ситуации, даже в случае аншлага мы автоматически оказывались в убытке. Тогда я обратился с просьбой к Михаилу Яковлевичу предоставить аппарат бесплатно в счет будущих расчетов.

- Он мне показывал ваше письмо, в котором о расчетах ничего не было сказано…

- Я тогда пришел к нему и просил его об этом устно, но он отказал. Но этот момент не был решающим, как раз тут у меня претензий нет.

- Финберг утверждает, что на концерте Баскова работал минский оркестр, а не заявленный президентский из России…

- Приезжал его дирижер Овсянников вместе со своими музыкантами. Плюс мы еще брали минский оркестр и хор.

- А вместо заявленной техники из Москвы там стоял аппарат из Мозыря. С чем это было связано?

- Все с тем же. Чтобы себя уважать, нужно делать то, что ты считаешь верным и правильным - отстаивать свою позицию, свой бизнес, свое дело, которому ты посвятил уже пятнадцать лет. А у него своя сфера деятельности. Пускай вывозит свой оркестр на гастроли по Беларуси, делает фестивали, работает в Минске, репетирует и аппаратуру использует, исходя из своих уставных целей и задач.

- Как вы относитесь к тому, что Финберг отказался впредь сдавать свою аппаратуру Дворцу cпорта?

- Это произошло после нескольких публикаций, и, думаю, он принял правильное решение не идти дальше, потому что, на мой взгляд, в его предыдущих действиях есть нарушение закона: создание искусственных монополий в нашей стране запрещено.
Добавить комментарий
Проверочный код