Воскресенье, 11 Декабря 2016 г.
Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
№33 (299) 27 августа 2001 г. Общество

СТРАДАЕТ ТОЛЬКО ПОСТРАДАВШИЙ

27.08.2001
Елена АНКУДО

Те, кто по роду службы посещают судебные заседания по уголовным делам, не могут не заметить своеобразных тенденций в позициях защиты и суда. Создается впечатление, что адвокаты, как, впрочем, и судьи, далеко не всегда ведут честную игру, преследуя исключительно свои интересы.

Возьмем, к примеру, позицию защиты. Здесь сохраняется такой элемент, как выставление на всеобщее обозрение отрицательных сторон потерпевшего. Действительно, пострадавшими от совершенных преступлений могут являться не только законопослушные граждане, но и правонарушители, и даже лица, ранее судимые. Однако в законе отсутствует избирательный подход в оценке общественной опасности и тяжести совершенного преступления в зависимости от законопослушания потерпевшего. Поэтому малопонятна ссылка защитника обвиняемого на то, что потерпевший, которому, скажем, причинены тяжкие телесные повреждения, оказывается, был ранее судим. Выходит, ранее судимых можно резать?

Не менее распространен намек, а иногда даже прямое обвинение органов МВД и прокуратуры в оказании давления как на обвиняемых, так и на потерпевших и свидетелей. После вступления в силу нового законодательства каждый второй обвиняемый заявляет о применении к нему физического или психического воздействия.

Аналогичная ситуация, порой довольно абсурдная, возникает по вопросам процессуальных следственных актов. К примеру, защитник обвиняемого Ш. заявляет ходатайство о допросе понятых по составленному протоколу, ставя под сомнение его достоверность, в то время как сам Ш. подтверждает в присутствии защитника соответствие указанных в протоколе обстоятельств фактическому положению вещей.

В ряде случаев защитники своеобразно используют данное им право на сбор и предоставление доказательств, склоняя потерпевших и свидетелей к изменению показаний в пользу обвиняемого. Распространено явление, когда потерпевший кардинально меняет свои показания после перерыва в судебном заседании, общения с защитником и родственниками обвиняемого. Иногда показания потерпевших и свидетелей согласовываются защитой не только уговорами. Пример - дело в отношении адвоката Пигуля, который несколько лет назад привлекался к уголовной ответственности по ст. 179 УК в старой редакции - "оказание воздействия на свидетелей". Он защищал неких людей, обвиняемых в захвате заложников и вымогательстве. Как выяснилось в результате оперативной проверки, адвокат воздействовал на потерпевших - граждан КНР, подкупом и угрозами заставляя их изменить свои показания. Уголовное дело в отношении Пигуля было прекращено из-за нарушений в оформлении оперативных данных. Следствие ограничилось лишением адвоката лицензии Минюста.

Уже само название "государственное обвинение" предопределяет направленность деятельности прокуратуры в сфере судопроизводства. Наверное, этим и обуславливается жесткая позиция прокурора в судебном заседании и высказываемое им мнение о виде и мере наказания обвиняемого. В противоположность защите обвинение исходит из показаний потерпевшего. Ведь именно его охраняемые законом права и интересы нарушены обвиняемым. Но при всем этом участие адвоката - как представителя потерпевшего в уголовном судопроизводстве - большая редкость.

Высокий суд должен взвесить приведенные обвинением и защитой доводы, принять их либо отвергнуть и вынести решение сообразно тяжести содеянного и личности обвиняемого.

Тем удивительнее подчас бывают принимаемые судьями решения. Так, по уголовному делу некоего М., принимавшего участие в хищениях автомашин и задержанного на угнанной машине благодаря показаниям свидетеля, суд назначает меру наказания, даже не связанную с лишением свободы. Практически сразу после этого у свидетеля произошел несчастный случай с родственницей, а затем и он сам погиб при странных обстоятельствах. Совпадение?

Преступного авторитета Д., задержанного за сбыт наркотиков, вообще оправдали, несмотря на изобличающие показания работников милиции.

Аналогичным образом был вынесен оправдательный приговор по уголовному делу в отношении Ф., ранее судимого за разбой и вновь обвиняемого в совершении разбойного нападения. Виновность Ф. подтверждается показаниями потерпевшей. Кроме того, в ходе следствия были опровергнуты три различные версии обвиняемого о наличии у него алиби. Но суд почему-то не принял их во внимание. Очевидно, у суда были какие-то особенные мотивы для принятия таких решений.

Обращая внимание на эти моменты, невольно ловишь себя на мысли, насколько незавидным оказывается положение потерпевшего или свидетеля, у которых участие в уголовном процессе обусловлено отнюдь не желанием и не их работой, как у представителей МВД и прокуратуры. Выходит, у того же обвиняемого гораздо больше прав и привилегий. Впору задуматься: кто же защищает потерпевшего?

Работник районной прокуратуры, пожелавший остаться неназванным
Добавить комментарий
Проверочный код